Дело миссис Гонт

Госпожа Маньолия Гонт вошла в зал заседаний, как сладкий грех, на языке одного конкретного Обвинителя. Окинув ведьму быстрым пожирающим взглядом, он оценил и её чувственный, «боевой» макияж, и элегантно-воздушную мантию, почти потеряв дар речи, что не укрылось от роскошной девушки. Да и остальные ведьмы и волшебники были ошеломлены Главой Департамента магического транспорта. Окружающие, привыкнув за два года к строгим костюмам, лаконичной причёске и естественному макияжу повзрослевшей ведьмы, не ожидали вновь увидеть ту самую роковую красотку, первую Леди Британии, супругу бывшего Министра Магии — миссис Гонт, во всей своей богатой, аристократичной девичьей красе. Поэтому это было так интригующе возмутительно и волнительно. Защёлкали затворы колдокамер, замелькали вспышки, и послышались шепотки, каждый обсуждал появление волшебной нимфы. Гермиона Грейнджер-Малфой торжествующе глядела на свою подругу, которая сполна воспользовалась магической косметичкой. Малфой бросил взгляд на Корнера и понимающе ухмылялся. Его сестрёнка всё ещё могла удивить и сразить не одно заблудшее сердечко. Госпожа Гонт дошла до своего места и села на кресло, как на трон. Полы тёмной мантии полностью разошлись, являя свету макси платье, которое сидело на ней как вторая кожа — змеиная. Она положила руки на подлокотники и слегка развела колени, насколько позволял узкий подол. К девушке решительно приблизился Обвинитель и взмахнул палочкой. Тонкие цепочки, подобные жёстким, беспощадным драгоценностям, облепили голые щиколотки и запястья ведьмы. Голодный взгляд Корнера так и говорил, как он желает связать эту ведьму и остаться с ней наедине. Она подарила ему ухмылку и снисходительный взгляд. Министр призвал окружающих к тишине, объявил тему собрания и присутствующих сегодня лиц. Лия слушала всё с нарочито скучающим видом, рассматривая свой маникюр. А когда Министр закончил и передал слово Обвинителю, она удосужилась поднять глаза лишь тогда, когда речь зашла непосредственно о ней. — Итак, проверка личного кабинета Главы Департамента магического транспорта и изъятая документация на сегодняшний день не выявила нарушений в работе подразделения Портального управления. Сотрудниками отделов были представлены все необходимые следствию документы и ответы комитету по сбору улик. Мистер Сирил Грегори Гойл, личный помощник и сотрудник отдела Портального управления, согласился пройти проверку Веритасерумом и ответил на вопросы о своей работе с Главой Департамента… Лия удивлённо перевела взгляд с Майкла и нашла на трибуне Сирила — молодого парня, сына своего бывшего сокурсника Грегори Гойла. Сирил сейчас лукаво и довольно улыбался своей начальнице. — Проверка дома Главы Департамента выявила ряд нарушений касательно хранения некоторых подозрительных артефактов и редких ингредиентов для настоек и зелий. Главный целитель Гиппократ Сметвик, классифицировал ингредиенты… и дал им характеристику, как очень редких и даже практически исчезнувших с прилавков обычных аптек и специализированных магазинов. Поскольку компоненты абсолютно уникальны, на них просто не успели ввести соответствующие запреты. А вот артефакты точно подпадают под категорию «тёмных», поэтому они были изъяты и переданы Отделу тайн. Министр слушал отчет подчинённого и хмурился. — Родители задержанной Маньолии Гонт, Лили и Джеймс Поттеры, которые попали под заклятие, отражённое и перенаправленное мистером Гонтом, были перемещены специальным портключом в Болгарию, заявка на который была одобрена и подписана Главой Департамента Маньолией Гонт в обычном порядке. Тут нарушений нет, хоть она и не отчиталась об этом перед Министром. Целитель Сметвик знал, что пациенты будут находиться в особой палате Больницы Святого Михаила в Болгарии, где Главный целитель Яков Дидух предоставит свой инновационный и никем неподтвержденный метод лечения от недугов и проклятий. Три недели между целителями ведётся переписка о тяжёлом состоянии пациентов… Наступила пауза. Чей-то негромкий голос из толпы нарушил образовавшуюся тишину: — Какого драккла задержана Лия?! И рядом послышались смешки и обсуждения текущей ситуации. — Вы спрашиваете, почему же тогда миссис Гонт находится здесь?! Я отвечу вам, господа и дамы! — развернулся к трибунам Обвинитель Майкл Корнер. — Как вы слышали ранее, из Азкабана сбежала дюжина преступников. Все они входили в группировку Пожиратели смерти. Смею вам напомнить: данная группа тёмных волшебников тайно и долго занималась запрещённой в Великобритании практикой Тёмных искусств, продвигая идею изучения данного предмета в школе Хогвартс, и в конечном итоге демонстрировала собственное превосходство над другими волшебниками! Иллюзия собственного величия подтолкнула тёмных магов к ряду серьезных правонарушений, среди которых кражи редких артефактов, создание и использование нелегальных портключей, шантаж должностных лиц Министерства и использование непростительных проклятий. В 1970–80-е годы, лидер Пожирателей смерти — Тёмный Лорд, активно склонял вступить в свои ряды семью Поттеров. Однако те трижды отказывались, оказывая сопротивление. В 1981 году, Лили Поттер с младенцем на руках — Маньолией Поттер, прокляла волшебника древнейшим проклятием Рода Поттер, которое поразило Того-кого-не-принято-называть и частично саму мисс Поттер, которая получила свой шрам и мишень на лбу на долгие годы. Ведь Тёмный Лорд не погиб от проклятия миссис Поттер, а лишь временно развоплотился! Кто был на заседании вчера, знают, о чём я говорю. Тёмный Лорд — это тот самый, многими обожаемый, Министр Магии Великобритании и супруг Маньолии — мистер Томас Гонт! Понимаю ваш шок, друзья. Но это чистейшая правда! Вчера все доказательства были переданы Министру и членам Визенгамота. Раздалось покашливание Кингсли Бруствера. — Мистер Корнер, мы сейчас говорим о миссис Гонт, а не о Томасе. — Да!.. Да, конечно, мистер Бруствер. Просто всё очень тесно связано, кхм… — Обвинитель достал кипу своих бумаг и быстро стал их просматривать, сверяясь с тем, что он сказал, а что только собирался. Его взгляд скользнул по председателям, по прессе. — Я предоставил суду чёткие доказательства того, что колдун — Томас Гонт является активным членом группировки Пожиратели смерти, и более того является их лидером, владея именем — Тёмный Лорд! Именно он возглавил недавний побег из Азкабана и, вероятно, совершить такое злодеяние стало возможным через портключи! Но, раз улик против миссис Гонт не было обнаружено… вероятно бегство произошло иным способом! — барахтался Обвинитель. — Кроме того! Из Отдела тайн исчез редкой ценности артефакт, которым ранее пытался завладеть Тёмный Лорд и его люди… Философский камень! И какое совпадение, что именно с помощью Камня можно вылечить родителей миссис Гонт! Он снова обвел взглядом присутствующих, проверяя реакцию на свои слова. — И пусть юная мисс Поттер была целиком очарована Гонтом в 1996, это в целом не мешает ей, как всякой женщине, весьма неглупой, смею заметить, быть в курсе противозаконных целей собственного супруга. Поэтому… для дальнейшего ведения беседы, я по-прежнему настаиваю на использовании «Сыворотки правды» на миссис Гонт, — остановил он свой победный взгляд на ведьме. Лия, собрав всю свою мужественность, села поудобнее, и окатила презрительным взглядом Обвинителя с головы до пят и назад. Тот скривился, видя явное к себе пренебрежение. — Господин Министр, вы даёте разрешение на применение Веритасерума? — приблизился к месту Бруствера Майкл Корнер. Временный Глава магической Великобритании тоже смотрел на своего подчиненного с нотками неуважения и уничижительности. — Нет. Я не удовлетворяю твой запрос, Майкл, — твёрдо и чётко проговорил Министр. Тут же защёлкали колдографы, чтобы увековечить сбитый с толку взгляд Корнера и холодный — Министра. А также триумфальную улыбку госпожи Главы Департамента магического транспорта. — Как… нет?! — растерянно проблеял Обвинитель. Министр Магии Кингсли Бруствер выпрямился у своей трибуны, собираясь сделать заявление. — Уважаемые волшебники и волшебницы, дамы и господа! Спешу сообщить Вам, что из тюрьмы Азкабан, не было совершенно побега двенадцатью Пожирателями смерти! — припечатал он. Майкл как-то побледнел и сделал шаг в сторону и назад. — Дело в том, что специальные сотрудники Аврората, которые несут службу в тюрьме Азкабан, совершили ряд канцелярских ошибок, которые привели к такому печальному, и, я подчеркиваю, насквозь неправдивому развитию событий! — обвел он взглядом зал, особенно останавливаясь на корреспондентах. — Вызвав из отпусков авроров и проведя тщательную проверку… Было заключено, что семь членов группировки Пожиратели смерти, умерли в течение последних десяти лет, отбывая своё наказание. Поэтому их камеры оказались пусты! Еще пять членов, были переведены на верхние этажи тюрьмы Азкабан, за примерное поведение. Это не значит, что им стало принципиально легче жить… скорее дементоры посещают их теперь гораздо реже. Посему, подчеркиваю — побега не было! Всё сказанное ранее мистером Корнером касательно нелегальных портключей является заблуждением, основанным на канцелярской ошибке и халатном ведении документации Азкабана. В ближайшее время в тюрьме ожидается проведение жёсткого аудита, во время которого будут выявлены и устранены все возможные нарушения и неточности. Министр навёл свою палочку на цепи миссис Гонт и освободил её от них. — Лия… — на секунду замялся Министр, — приношу свои извинения за это недоразумение. Ведьма улыбнулась и кивнула. — Кто за то, чтобы снять все подозрения с миссис Гонт? — строго и безапелляционно проговорил Министр. И все члены суда синхронно подняли руки. — Миссис Гонт, вы свободны. Можете пересесть на удобную вам трибуну, — махнул рукой Кингсли. Маньолия изящно встала и расправила плечи. — НЕТ! Не может! А как же Философский камень, а Гонт? Она точно замешана в этом! — закричал Обвинитель. Ведьма, не обращая внимания на эти крики, прошагала к первому ряду скамей амфитеатра, и опустилась на ближайшую. — Думаю, я способен пролить свет на ситуацию с Камнем! — проговорил внезапно Драко Малфой. — Мистер Малфой? — удивился Министер. — ТЫ? — одновременно проговорил с Бруствером Корнер. — Да! Поскольку в это дело была замешана моя семья… А я давно считаю Лию своей сестрой, — улыбнулся он, — я провёл своё личное расследование. И нашел «крысу»! — Правда? — поддался вперёд Министр Бруствер. — М-да? — холодно поинтересовался Корнер. — И кто же это? Драко прошагал к входной двери Зала №10 и открыл её пошире. Внутрь ступило три волшебника. Винсент Крэбб и Грегори Гойл держали вскинутыми палочки и вели перед собой зрелого колдуна, опутанного невидимыми веревками — Питера Кордена. — ТЫ? — удивленно зашипел Майкл Корнер, когда очевидно рассмотрел кого ведут помощники Малфоя. Он и многие другие маги узнали известного в обществе волшебника. Он был выходцем из богатой и уважаемой чистокровной семьи. — Питер?! — вскрикнул Кингсли Бруствер, тоже разглядывая мужчину. Питер Корден приходился старшим братом Далусу Кордену, молодому Аврору, а его жена — Сара Корден, работала Невыразимцем в Отделе тайн. — Пит?! — снова изумленно проговорил Корнер и перевел взгляд на Малфоя. — Это точно? Ошибки не может быть? — хмурился он. — Ну, кто из нас двоих Обвинитель? Посмотри и убедишься, — пожал плечами Драко. — По-посмотри? — промычал испуганно Питер, у которого затряслись поджилки, при переводе взгляда с Малфоя на Обвинителя. Корнер взмахнул своей палочкой и волшебника быстро припечатало к креслу подсудимых, плотно оплетая того толстыми цепями. Уполномоченный, при разрешении Министра мог проводить допросы с помощью Веритасерума, извлекать нужные воспоминания для просмотра тех в Омуте памяти или прибегать к легилименции. — Корнер, — окликнул Министр. — Опять за тебя сделали всю работу… — покачал он головой. — Может, хоть сейчас ты выполнишь свои обязанности дознавателя? Можешь выбрать сыворотку, если так тебе будет легче проводить допрос, — уже откровенно насмехался над Майклом Министр, и окружающие заметили это. Обвинитель поморщился, тоже считывая это. — Я, пожалуй, воспользуюсь легилименцией… — неуверенно проблеял Корнер, который вовсе не был безупречным практиком. — Если что, я могу посмотреть и вытащить всё что нужно, — вызвался Драко Малфой дерзко. Корнер прорычал какое-то ругательство, и возразил: — Ты не имеешь права. Здесь я решаю! — Приступай уже! — вздохнул Министр. — Силенцио! — проговорил Корнер. — А это ещё зачем?.. — удивлённо спросил Министр. — А впрочем… — и ничего не досказал. Разрешение было получено. Майкл Корнер подошёл к Питеру и опасно усмехнулся, глядя тому в глаза. Мужчина глухо замычал, стал рваться из своих цепей, которые от его действий только сильнее затягивались, мотал головой и лил слёзы. Обвинитель снова махнул палочкой и Корден замер, будто разом успокоился. Наведя оружие на висок подозреваемого, Майкл прошептал заклинание и проник в разум волшебника. За те несколько минут пока длился сеанс легилименции Питер смиренно и спокойно сидел на своём стуле. А когда Обвинитель закончил, то из носа и ушей Питера хлынула кровь. Майкл отошёл и развернулся спиной к «крысе», задумавшись. Малфой подошел к Питеру и влил в того зелье. Волшебник послушно всё проглотил и описался. — Ну? — спросил Министр. — Удалось что-то узнать? Майкл Корнер взглянул на Министра. — Он виновен, — чётко проговорил он. — В чём конкретно? Он украл Камень? Обвинитель обернулся к Питеру и произнес: — Фините! Он сам всё расскажет, — нахмурился Обвинитель. — Говори же, Питер… — Я признаю свою вину! Признаю! — закричал тут же волшебник. Корнер поморщился: — Конкретнее изъясняйся. Корден кинул взгляд на Обвинителя и затрусился. — Это я подбил жену украсть Философский камень, чтобы создавать золото и варить Эликсир жизни на продажу! — Тьфу ты, Питер! Серьёзно? Тебе, что денег не хватало, я не пойму?! — скептически проговорил Министр. — Я, как ты, Бруствер, на мешках с золотом не сплю! — выплюнул подозреваемый, а когда взглянул на Обвинителя замолк. — Так ты ещё во всё это втянул и Сару?! Ты совсем идиот? — продолжал Кингсли. — Нет! Не вмешивай в это её! Она не знала! Я… я накладывал Империус! Она не виновна! Слышишь, Бруствер?! Не смей трогать Сару! — зарычал он. — Если Сара не знала, то… кто ещё замешан? — спросил Обвинитель, — складывая руки на груди. Питер заёрзал на своём месте. — Твой брат! Далус! — вскочила со своего места Маньолия и прошла вперед. — Питер, твою мать! Твой брат специально напал на Тома? — она встала рядом с Корнером и теперь они вдвоём ждали ответа. Питер смотрел на Лию и нервно сглатывал. — Корден! — опасно зашипела ведьма. — Сука… если ты сейчас же не ответишь… — начала она терять контроль. — Тихо, Лия, — остановил девушку Корнер. — Это моё дело, — посмотрел он ей в лицо, касаясь пальцами тонкого запястья. — Это моя территория. Ведьма кивнула, и сложила руки на груди. — Итак, Пит? Поведаешь нам правду всё-таки? Или нам действительно стоит поговорить с Сарой? — проговорил Обвинитель с опасными нотками. — Если я скажу, ты её не тронешь? — поджал он губы. — Не зна-аю… — неопределённо протянул Майкл. — Мистер Корнер! Не запугивайте мне обвиняемого! — одернул Министр подчиненного. Уполномоченный кивнул, переводя взгляд с Бруствера на Кордена. — Конечно, мы ничего не сделаем Саре… — проговорил Майкл, но вышло только хуже. Питер вздохнул: — Мы с братом десять лет собирали доказательства против т…кха-кха, — резко закашлялся колдун. — Против Томаса Гонта. Мы оставляли анонимные сообщения в Аврорате о том, что он входил в группировку Пожиратели смерти и желали его смещения. Спустя годы работы в Аврорате, брату удалось достать эти сообщения и улики, и… — Сфабриковать дело! — воскликнула Лия. — Да… — кивнул Питер. — Мы собирались убить Министра. По своим каналам мне удалось достать опасный артефакт, с помощью которого Далус должен быть «случайно» поразить Томаса Гонта при задержании. — ТВАРЬ! — закричала Лия и бросилась к Питеру, протягивая к нему руки. Её едва успел остановил Майкл, перехватив и удержав за талию. — Да я тебя… — кричала ведьма, но Корнер накрыл её рот ладонью, не давая закончить предложения. — Успокойся, Лия! — говорил он девушке. — Никто не умер! Все живы! — уговаривал он её. — НЕТ! Он не заслужил! Том. Он… он! Более двух лет! Из-за этой твари! — рычала она, уже слабее вырываясь. — Ты ублюдок, Питер! Ты недоносок! Ты бы никогда не вписался! А у твоего брата шанс был! — Что? — удивился он. — Ты врёшь! — смотрел он внимательно на ведьму. Она покачала головой. И мужчина стыдливо опустил голову. — Что со мной будет? — спросил он, вновь глядя на волшебников. — Вернее… что будет с Сарой? — Министр ответил уже, — произнес Обвинитель. — Ничего ей не будет, если она не замешана в этом. — Хорошо!.. — кивнул Питер. — Она ничего не знала… А Далус? — посмотрел он на всех по-очереди. Все молчали. — Питер! — снова заговорил Кингсли Бруствер. И теперь все обернулись к Министру. — Ты предоставишь свои воспоминания, и если твои слова подтвердятся, то ты и твой брат, вероятно, попадете в Азкабан за то, что вы сделали. — В… А-азка-бан? Я-я?.. Мои во-воспоминания?.. — запинался он испуганно и стал вырываться из цепей. — Малфой! — закричал он. — Малфой! — повторил он уже настойчивее. Драко посмотрел на волшебника. Питер молча, но с красноречивым намёком, смотрел в ответ, и Малфой только отрицателньо покачал головой, находя глазами Гермиону на трибуне. — Крэбб, Гойл? — посмотрел он по очереди, но те остались смиренно стоять не двигаясь и даже не ведя бровью. — Трусы! — закричал Питер. — Корнер! Ты же Обвинитель! Так чего же ты ждёшь?! Сделай это! Или может быть ты, крошка Лия? Ты мне всегда нравилась, знаешь? А сегодня вырядилась, как настоящая ш… — Авада Кедавра! — раздался голос из толпы. Зеленый луч угодил точно в Питера Кордена, сводя его счёты с жизнью. С вытянутой волшебной палочкой, на трибуне обнаружился молодой аврор — Далус Корден. Секундная звонкая тишина сменилась внезапным шумом. Драко и его помощники быстро выколдовали носилки, переложили убитого волшебника на них и накрыли того плотной тканью. Крэбб поднял носилки в воздух, и направил тело к выходу. Гойл своей палочкой быстро и профессионально точно подчищал за убитым, убирая не только пятна, но и разгоняя неприятный запах. Пока Драко следил, чтобы всё было в порядке, Обвинитель бросил обездвиживающее заклятье на Далуса Кордена. Подняв его тело в воздух, над трибуной, где находились волшебники, он левитировал его прямо на чистенький стул. Ещё один взмах Корнера и теперь молодой Аврор сидел прикованный. — Как интересно получилось, — насмешливо проговорил Майкл. Он обернулся к Малфою. Тот, последовав к своим парням, обменялся с ними парой фраз и вернулся в центр. Взял за руку Лию, и решительно потащил её на скамейку. Ведьма, немного растеряно упиралась и качала головой. Тогда Драко, касаясь её спины, надавил немного сильнее и направил ведьму в сторону трибуны, подальше от новой драмы. Они сели вместе, и девушка прижалась к другу, сильнее сжимая его ладонь. Малфой вздохнул и приобнял сестрёнку за плечи, пытаясь хоть немного отвлечь её. В это же время корреспонденты делали множество фотографий и записей. Они фиксировали все реакции публики, судей, Министра и волшебников подле убитого. Сам же Глава Министерства долго и безуспешно успокаивал взбесившуюся, возбужденную толпу, но не мог в одиночку перекричать такую ватагу. Тогда Майкл Корнер приложил к горлу палочку и, усилив собственный голос, проговорил: — Если вы сейчас же не заткнётесь, то покинете зал немедленно! — ледяным, спокойным тоном произнёс он. И к удивлению Министра, хор голосов смолк и все чинно расселись по своим местам. Бруствер благодарно кивнул Корнеру: — Я даже не знаю, как лучше поступить… — проговорил Министр. — Отправить сейчас Далуса в камеру, ждать нашего решения, и следующего заседания… или продолжить с того места, где мы остановились… Хотя даже одно убийство, на глазах всех присутствующих — это безоговорочный поцелуй дементора. Ты понимаешь это, Далус? Насколько твой поступок был глупым и недальновидным? Молодой аврор перевёл взгляд с главы Великобритании на Обвинителя и кивнул: — Да, я понимаю. Я виновен в случившемся не меньше своего брата, — ровно проговорил он, игнорируя пассаж про убийство. — Ты про кражу? Или про клевету на Гонта? — уточнил Кингсли. — Про мистера Томаса Гонта… — и тяжело вздохнул, переводя взгляд в пол. — Эта история целиком и полностью враньё! — чеканил он каждое слово. — Но… Питер моя семья, мой брат, был... и если нужно признать ситуацию и с Камнем… Я готов! — решительно договорил юноша вскидывая глаза на Корнера. Обвинитель на эту самоотверженность закатил глаза, и усмехнулся, качая головой. — Чего же ты хочешь, юный Корден? — насмешливо спросил он, складывая руки на груди, тоже решив проигнорировать произошедшее убийство. — Я хочу донести до всех правду. Министр Магии Томас Гонт всегда был чист! Брат завидовал этой семье, и хотел… ммм… быть частью элитного общества волшебников. Но когда перед ним каждый раз захлопывали двери — он осерчал. К сожалению, три года назад я был под сильным влиянием брата, это меня не оправдывает, но я это признаю… — вновь опустил он голову. — Я готов нести самое строгое наказание и за себя, и за него, но я также хочу быть уверенным, что остальная семья не пострадает… Со мной можете делать что хотите! — Мистер Корден, — обратился Кингсли Бруствер, — это всё очень похвально, хоть и несколько по-юношески высокопарно… никто не тронет вашу семью, успокойтесь! А вот то, что вы совершили убийство и признаете клевету на Министра Томаса Гонта… — Признаю! Я сделаю, что нужно! Мистер Гонт не виновен! — яро закивал головой молодой волшебник. — Да он натурально запугал парня! — обратился Майкл к Кингсли. — Вы видите, что этот Гонт делает? Видите, что я говорил правду о нём? Он самый что ни на есть Тёмный Лорд! Его срочно нужно найти, и привести сюда для проведения тщательного расследования касательно его прошлого и настоящего! Вдруг раздался сильный, звучный хлопок ладони о деревянную поверхность трибуны. С таким звуком лопнула выдержка Бруствера. — Довольно, Майкл! Я долго терпел, честно. Ты неплохой парень и неплохой специалист, но твоя неприязнь граничит с маниакальной одержимостью! Ты не проверил информацию должным образом об Азкабане, обвинил и задержал Маньолию, прибегал к шантажу! Да-да, я всё знаю… И если миссис Гонт захочет, она может составить официальную жалобу! Ты вчера привёл кучу непроверенных фактов и нелепых обвинений, основываясь на собственном предвзятом отношении и школьной влюблённости. Извини, но я более не потерплю этой ахинеи, — строго припечатал Министр. — Но его нет! Он сбежал! Из-за него Поттеры в лечебнице при смерти! — перешёл на крик Обвинитель, понимая, что ему всё равно терять уже нечего. — А вот и нет! — заявил Кингсли Бруствер, и зашуршал пергаментами. — Со дня задержания миссис Гонт, по моему приказу, вся её почта доставлялась лично мне. И вот, что вчера вечером написал в письме госпоже Гонт целитель Сметвик: «Дорогая миссис Гонт, случилось невозможное! Ваши родители очнулись и идут на поправку. По словам целителя Дидуха, его революционное зелье из редкого Цветка папоротника, полностью привело в порядок нервную систему Поттеров, «перезагрузило» увядающее магическое ядро и выжгло остатки Круциатуса. Подробнее…», — и он поднял глаза на Лию, которая сидела зажав себе рот ладонью и смотрела на Министра глазами, полными слёз. — Прости, что сразу не сказал. С ними правда всё в порядке. Утром ты получила аналогичное письмо из Болгарии от самого Дидуха. Ведьма от радости обняла Драко, и спрятала собственное лицо у брата на плече. Шепотки снова грозились подняться прежним шумом, но Обвинитель так строго оглядел толпу, что все снова проглотили свои языки. Мужчина недовольно хмурился и сложив руки на груди, молча прохаживался перед трибуной. — Майкл, по-хорошему прошу тебя… Иди-ка ты в отпуск. От всех дел ты и так отстранён… — Корнер вопросительно и испугано посмотрел на Министра. — Не пойдёшь сам, я договорюсь со Сметвиком, и отдыхать будешь уже под присмотром в Мунго! Ясно тебе?! Волшебник раздраженно кивнул. — Так с мистера Гонта снимут обвинения? — будто невзначай спросил прикованный к стулу Далус Корден. — А что, мистер Корден, совесть мучает? — усмехнулся Министр. Парень серьёзно кивнул. — Если моя участь и так ясна, так хоть сделаю что-то правильное… напоследок… — понуро закончил он. — Что же… господа и дамы! Мы все чертовски вымотались за эти дни. И нам всем срочно необходимо проветрить голову после стольких новостей и событий, — хлопнул в ладоши господин Министр, привлекая внимание судей. Послышался несколько возбужденно-радостный гомон голосов, в ожидании завершение заседания. — Но прежде, чем мы все пойдём пить холодный чай и радоваться лету, у нас есть одно важное, нерешённое дело… Присяжные заметно напряглись, а Бруствер выдержав паузу, окинул взглядом собравшихся. — Я говорю следующее!.. — сделался его голос весьма грозным. — Ввиду открывшихся обстоятельств, показаний братьев Корден и выздоровления мистера и миссис Поттер… кто за то, чтобы раз и, Мерлин, навсегда, снять все обвинения с мистера Томаса Гонта, признать бредом тот факт, что он состоит в группировке Пожиратели смерти и является их лидером. Признать, что суд ошибся, и не провёл должную, тщательную проверку всех обстоятельств задержания… и установить ежемесячную компенсацию в двести золотых в течение трёх лет, за вынужденное нахождение Министра Магии в тюрьме Азкабан… В зале было слышно, как звонко щёлкают колдоаппараты и быстро записывает прыткопишущее перо. Обвинитель поражённо застыл, миссис Гонт подняла голову и взглянула на Министра изумлёнными, но счастливыми глазами. Медленно поползли вверх руки судей. Острые глаза Кингсли Бруствера следили за каждым членом Визенгамота, и никто не посмел удержаться. — Все обвинения сняты. Мистер Томас Гонт полностью оправдан. Я бы потребовал немедленно вытащить его… однако, кажется он и сам справился… Если это не очередная канцелярская ошибка. Будем надеяться, что Томас жив, здоров, и не собирается разнести Министерство по камешку… чего не могу обещать вам, господин Обвинитель. Вы тронули его жену… И Корнер вздрогнул. — А Гонт такого не прощает… Поэтому, Майкл… Идите в отпуск! И мы пойдём тоже… — А я? — снова спросил закованный парень. И все снова устало вздохнули, от такого долгого и высасывающего энергию и соки, заседания. — Посидишь пока в изоляторе. Потом решим, что с тобой делать. А сейчас всё! — поставил точку Министр. Присяжные облегчённо выдохнули и стали собираться, когда снова раздался голос Корнера: — Лия! На когда у тебя портключ? Я с тобой! — Наглость — второе счастье, Корнер? — пораженно и зло выговорила девушка. — Майкл! Драккл тебя дери! Как у тебя только смелости — или дурости — хватило?! Оставь девочку в покое. Она и так столько перетерпела… и из-за тебя в том числе! — заговорил Бруствер, спускаясь с помоста и останавливаясь возле волшебника. Вся немалая толпа спускалась и расходилась по своим делам, уже не интересуясь, куда там собирается Обвинитель. — Оставлю! Я просто хочу выбраться из этого душного Лондона! А портключ от этого бездаря Гойла ждать ещё как минимум месяц! Ты сам сказал мне проваливать из страны! — разозлился Корнер. Министр устало вздохнул, и перевёл измученный и умоляющий взгляд на Маньолию. — Миссис Гонт, решать вам… — проговорил Бруствер. Лия закатила глаза и тяжело вздохнула. Переступила с ноги на ногу и подошла к ненавистному Обвинителю. — Я просто хочу скорее попасть к своим детям и родителям! Портключ на тринадцать часов, и мне плевать опоздаешь ты или нет! Колдун кивнул и развернулся, быстро шагая на выход. Когда вся немая толпа рассосалась, Министр ещё раз извинился перед Гонт за весь этот балаган. — Эта должность просто проклятие какое-то. Как думаешь, Томас согласится снова забрать её? Мне осточертело это всё! — тихо, но эмоционально делился с ведьмой Кингсли. Лия тихо посмеивалась и пожимала плечами. — Без понятия. Я только надеюсь, что с ним всё в порядке. Но, как ты знаешь, Том не любитель сидеть сложа руки. Вероятно, он вернётся, но в какой роли… — развела она руками. — Понятно… — и он протянул девушке её письма. — Прости ещё раз… И прости, что не тормознул Корнера, — смущённо опустил он глаза. — Я приказал присматривать за тобой… Надеюсь, он не позволил себе лишнего? Лия застыла и покраснела. — Ничего! Всё нормально, — мотнула девушка волосами. — Я рада, что весь этот ад наконец-то позади. — И я рад! Вчера… честно говоря, когда Майкл стал приводить аргументы Гермионы даже я всерьёз засомневался… Но потом, вечером, я получил от неё письмо, где она лично разнесла в пух и прах свои же аргументы и оба заседания целиком. Я искренне считаю, что если бы она захотела, то с лёгкостью доказала бы перед всем Визенгамотом, что Тёмный Лорд — это Я! Или ты! — засмеялся он. — Аха-ха, это точно! Я ей сказала почти то же самое! — Кха-кха… — раздалось рядом тихое покашливание. Это привлёк внимание один из членов коллегии судей. — Да, Сэм, ты что-то хотел? — спросил Кингсли. — Мне нужна госпожа Гонт, Министр… — смущённо проговорил взрослый мужчина. Бруствер понятливо кивнул, тепло попрощался и вышел. — Да? Я внимательно вас слушаю, господин Моран, — сложила девушка руки на груди. Взрослый волшебник замялся. — Дело в том… госпожа Гонт… — Ой, прошу, давайте сразу к делу, — лениво махнула она рукой. Волшебник всё равно тушевался. — Я понимаю, госпожа… у вас сейчас столько дел, а тут я, а вы скоро покидаете Британию… — Сэм! — раздражённо одёрнула она волшебника. — Мне срочно нужен портключ до Италии на завтра на восемь утра для восьми человек! — быстро протараторил волшебник и смущённо замер. Глава Департамента усмехнулась и выглянула за плечо колдуна. Её помощник Сирил Гойл только понятливо кивнул своей начальнице, подтверждая, что волшебник лоялен семье Гонт. Лия добродушно улыбнулась и потянулась к своим волосам, доставая оттуда небольшую массивную заколку. — Гойл! Мою палочку! — приказала ведьма помощнику. Тот сразу оказался рядом и протянул своей госпоже её орудие. — Сэм, я правильно понимаю, туда же, куда и в прошлом году? Оттуда же… С поместья жены? — Вы помните?! — пораженно застыл колдун. В этот раз девушка только хмыкнула и перевела взгляд на Сирила. — Смотри внимательно и запоминай… — и она начала колдовать над украшением. Два мага внимательно смотрели, как совершается магия. Заколка немного взмыла вверх с ладони ведьмы, несколько раз крутнулась в воздухе и засияла, напитанная магией. А когда свет потух, послушно опустилась на раскрытую руку. — Гойл! Какой в очереди была заявка мистера Морана? — О! — не растерялся помощник. — В первой пятёрке! — бодро ответил Сирил. — Отлично! — кивнула она юноше. — Вот ваш ключ, мистер Моран. Хорошего отдыха! Надеюсь, приятные впечатления и тёплые места, положительно скажутся на вашем здоровье! Колдун удивлённо открывал рот, и хлопал своими большими, как у испуганного лемура, глазами. — Что-то не так? Вы чем-то недовольны? — дерзко усмехалась Глава Департамента. — Что вы! Что вы, госпожа! Я безмерно благодарен. Я… — снова замялся, и проговорил куда тише, — Что я должен? — и серьёзно ждал инструкций. Маньолия лишь улыбнулась и хлопнула волшебника по плечу. — У нас всё по закону, Сэм! — и задорно подмигнула. — Беги уже к супруге. Привет от меня Виоле и твоим разбойникам! — Благодарю, — и низко поклонился он. — Передам! И вам, госпожа, хорошего отдыха. Надеюсь, господин скоро вернётся и наведёт порядок! До свидания! — и снова кланяясь, удалился из зала. Миссис Гонт, оставшись наедине с помощником, задумчиво заходила туда-сюда по мрамору. — Сирил! — Да, госпожа! — Как дела в отделах? Насколько всё плохо? Помощник махнул рукой. — Когда была проверка из МАКУСА, было хуже. А это так, фигня! Легкая разминка, — усмехнулся молодой парень. Лия улыбнулась и кивнула. — Ты справишься сам, пока меня не будет? Если что я могу иногда приходить, — опустила она голову к плечу. — Да нет… Думаю, я справлюсь! А вы… — замялся он, и прикусил губу немного краснея. — Что? — Вы можете кое-что передать Кассандре? — решился он. — Кэсс? Что же? — сложила руки на груди Лия, в которой тут же проснулся чисто материнский интерес. — Я тут это… немного… — и он достал из своего кармана небольшой свёрток, протягивая начальнице. Маньолия взяла коробочку и вопросительно выгнула бровь. Молодой парень смутился, пожал плечами и кивнул. Ведьма аккуратно открыла подарок. И из него вылетел небольшой золотистый шарик с маленькими быстрыми крылышками — снитч. — Ух ты! Это ты сделал? — подставила она ладонь под мячик, и тот опустился. — Угу… У меня есть такой же… Они зачарованы… Могут менять цвет, в зависимости от настроения… друг друга. Передадите? — спросил он с надеждой. — Конечно, Сирил! — улыбнулась она. — Который час? Я тороплюсь как бы!.. — У вас ещё полчаса! Все собрано и давно готово. Так что, вы успеете перекусить и дать последние указания перед перемещением! — подошёл он к двери и открыл её для своей начальницы. — Отлично! Идём! *** — Миссис Гонт! Я тут, — быстро шёл к ведьме по Атриуму Майкл Корнер. Лия обернулась и закатила глаза. Часы показывали без трёх минут час дня. — Я успел! — улыбнулся он, кивая знакомым сотрудникам, которые проходили мимо торопясь куда-то. — Успел… Ещё б немного и!.. — зашипела она. — Да ладно тебе. У меня были дела, — улыбнулся он. — Знаю я твои «дела»… — тихо проговорила девушка. Он подошёл ближе и обернул руку вокруг её талии. Она вопросительно уставилась на его руку и оглянулась вокруг. В целом, до них окружающим не было никакого дела. Колдун широко улыбался и притянул девушку ещё ближе к себе. Наклонился к её уху, и зашептал: — Вот бы портключом были твои трусики. Ведьма вздрогнула и уставилась огромными глазами на мужчину, облизывая губы. — Ты что творишь? Сколько времени? — Ещё примерно минута. А до перемещения? — Тоже примерно минута… — выдохнула она. — Моё терпение на исходе. — Моё тоже, — прижалась она, кладя одну руку ему на плечо, а второй протягивая свои солнечные очки. Он вопросительно взглянул. — Полчаса назад сделала, — и широко улыбнулась. Он взялся за предложенный портключ и выдохнул ей в губы: — Плевать! И втянул ведьму в поцелуй. Девушка опешила и прижалась в ответ, чувствуя, как их всасывает в воронку переноса. Целоваться во время такого дальнего перемещения было тем ещё «удовольствием». Плюс волшебник испытывал дополнительные неудобства. Лия же, ощутив под пальцами родные плечи и знакомые губы, застонала в поцелуй и шире открыла рот, впуская в него горячий язык. Одна рука зарылась в тёмные густые волосы и сжала пряди у самых корней. Мужчина с удовольствием касался девушки, где ему хотелось и жадно, неистово целовал. Они уже некоторое время как прибыли в Болгарию. Но внешняя суета не могла сейчас отвлечь их друг от друга. Они слишком оголодали, слишком долго терпели и ждали этого времени. Рядом слышалось тактическое покашливание, проходящих мимо волшебников. Наконец-то пара поняла, что им не хватает воздуха и медленно стала отстраняться друг от друга. Мужчина ещё несколько раз жадно касался её губ в быстром поцелуе, а затем целовал её щеки, подбородок, носик и прикрытые от удовольствия веки. Она легко и тихонько засмеялась, открывая глаза и видя напротив его — бесконечно желанные и любимые. Колдун держал её лицо в своих ладонях, а она сжимала его плечи. — Ну, здравствуй, Мой Лорд, — улыбалась Маньолия, глядя на своего мужа. — Ну, здравствуй, Моя Леди, — улыбался он в ответ и не мог отпустить её, когда она наконец-то оказалась в его руках. Лия глядела чуть-чуть прищурено и лукаво. Гладила его плечи и радовалась. Он всё ещё удерживал её лицо в своих ладонях, снова склоняясь и целуя желанные губы. И ещё раз. Сотрудники Министерства Болгарии, смотрели, кто с умилением и широкой улыбкой, кто с явным неодобрением подобных ярких чувств на публике. Знакомая Маньолии ведьма — сотрудница Министерства Магии Болгарии приблизилась и остановилась возле пары. — Приветствую в Болгарии, миссис Гонт и?.. — перевела она взгляд на мужчину. Ответила ей сама колдунья: — И мистер Гонт! — не отводя восторженного взгляда от супруга.