Депрессия

      Глэм залпом выпил небольшую часть жидкости из бутылки. Алкоголь мгновенно ударил в голову. Всё вокруг начало вертеться, кружиться, будто на аттракционе. Ходьба теперь давалась с трудом. Но блондин держался... почти достойно. Он опирался на рукой о ближайшие стены, не падал, и почти казался нормальным человеком. Голубоглазый усмехнулся. «Нормальным человеком». Интересно, он хоть когда-то был нормальным? И если да, то когда он переступил эту черту и стал тем чудовищем, что есть сейчас? Наверное в тот момент, когда поднёс нож к чужому горлу. К горлу столь родного человека. На глаза выступили слёзы, но парень по привычке смахнул их, хотя вокруг никого не было и он мог нарыдаться вдоволь. Да, он не осознавал свои действия в тот момент. Да, он даже не помнит, как так вышло, что он схватил нож и стал таким зверем. Не помнит, о чём думал тогда, что чувствовал....не помнит, что вообще тогда было. Но даже так - Чес прав. Это был он. И это его вина. И только его вина.       Наверное умереть сейчас было бы легче, чем мучаться. Но вот незадача, под рукой нет ничего подходящего. Бутылкой себя не убьёшь, а нож он выбросил после того случая. А больше у него с собой ничего и не было. Только пустые карманы, смятая купюра в одном из них, бутылка в руке, и все. Ни воды, ни еды. Ничего. Глэм даже не был уверен, можно ли на те деньги, что у него остались, купить бутылку воды. Подросток не рассмотрел номинал.       Ноги сами несли его куда-то. Юноша не был уверен, зачем он идёт и почему продолжает это делать. У него... сейчас особо не было причин для жизни. А найденные казались пустышками. Глупыми оправданиями для существования монстра, который не заслуживает земли под ногами. Жить ради Чеса? Он его ненавидит. Это очевидно. Ради Лидии? Лидия ему просто сестра. Они даже не близки. За все семнадцать лет жизни они не сблизились ни на миллиметр. Это бессмысленно. Жить просто так? А кто вообще хочет жить, когда знает, что у него нет дома, нет денег, что нету никого, кто мог бы помочь, и того, кто любит и ждет? Зачем жить, если ты будто капля в море - исчезнешь, а никто и не заметит. Потому что людей вокруг тысячи. У всех них своя личная жизнь, желания, мечты, семья, работа... У них есть то, ради чего продолжать это. А у него нету. Возвращаться в трейлер он точно не собирается. Его там не ждут.       Голубоглазый остановился и прислонился к стене. Сколько он уже скитается? Час? Два? В любом случае алкоголь уже начал отпускать, а небо постепенно окрашивалось в рыжие тона. Тона рассвета. Блондину было все равно. Он тяжелым взглядом оглядел местность, и тут же вспомнил её. Когда-то здесь рядом у него и группы был концерт. И они с Чесом ходили на мост, который был поблизости. В голове вспыхнула тусклая лампочка идеи. Мост. Гениальное место. Достаточно оставить свои ботинки у края, спрыгнуть, и наутро уже будет известно, что кто-то совершил здесь самоубийство. Разве не прекрасно? ... Нет, совсем нет. Потому что плевать как-то. Узнают Лидия и Чес о его смерти, не узнают... Итог будет один. Они даже не будут горевать. Просто поведут плечами и забудут его, как помеху в жизни.       Наконец взор упал на ярко-алый мост, выполненный в японском стиле. Раньше он впечатлял своими масштабами, красочностью и вниманием к деталям. А теперь это выглядело как дешёвая декорация, не подходящая к сеттингу, в театре. Парень подобрался к середине моста. Ловкими, но ленивыми движениями, снял ботинки и залез на забор. Уперевшись руками в него, он начал смотреть на водную гладь под ним. Кристально чистая. Не испорченная. Стало даже немного жаль, что она будет осквернена трупом такого отброса. Блондин стал медленно махать ногами из стороны в сторону. Он смотрел на картину перед ним с апатией и долей сожаления. Было слегка грустно от того, что он прошел такой большой путь, чтобы в конце концов сброситься с моста. Но, по его мнению, это было заслужено. Да и вполне можно было предположить такой финал. Чес не мог не злиться на него после того инцидента, как и любой здоровый человек. А Глэм просто чересчур чувствительный и мягкотелый. Стало стыдно за себя.       Столько пережитых чувств, столько стараний, столько боли и радости было пережито... чтобы сбросить это в мусорное ведро. Покончить с жизнью из-за логичной ссоры. Слёзы снова налились на глаза. Глэму... было больно, но сейчас он даже не отреагировал на них. Просто позволил течь по лицу. Одна слеза упала на белую смятую рубашку. А затем еще одна на голубые брюки. А потом еще, и ещё. Парень посмотрел наверх. Солнце уже взошло. Белокурый издал тяжкий вздох. Наверное, если бы кто-то смотрел на него прямо сейчас, то определённо обозвал бы как-нибудь. Назвал "не таким, как все". Сказал, что он "мученник во плоти", явно желая поиздеваться. И... впрочем, был бы прав.       В скором времени слезы закончились. Постепенно на улицах начали появляться люди. А за несколько часов парень даже не сдвинулся с местечка на мосте. Люди смотрели на него с... непониманием. Некоторые с сожалением. В основном просто замечали и игнорировали. Никто даже не пытался поговорить с ним. Просто проходили мимо с мыслями «очередной подросток привлекающий внимание», а после забывали, будто и не видели никогда.       Так Глэм просидел до обеда, после чего наконец слез и, не забыв обуться, направился к своему старому дому. Рядом с ним был его тайник, в котором он прятал одежду. Там также была еда и вода. Блондин сам не знал, зачем оставляет всё это там, но он был уверен, что когда-нибудь это пригодится. И ведь прав был.       Дорога была долгая, но парень дошёл. Нахлынули воспоминания. Он даже не стал думать о них. Просто открыл стену и залез внутрь, не забыв прикрыть местечко снова. Тут не так много места, как хотелось бы, но повезло, что такое помещение вообще есть. Взгляд цвета моря метнулся к еде. Это была еда быстрого приготовления, которая почти не портилась. Чес однажды поделился такой, а Глэм, не зная что делать с этим, просто оставил тут, как память о моменте. Живот болезненно заурчал при виде еды. Но Глэму остало отвратно от одной лишь мысли, что он будет есть, поэтому парень просто глотнул воды. После того, как блондин выпил каплю жидкости, он прислонился к тёмной стене и постепенно его настигнул приятный сон. Теплый, как одеяло. Мягкие, почти невесомые фантазии о жизни "как раньше". Он и Чес сочиняют какую-то песню. Глэм придумал свою партию и каштановый хвалит его за это. Блондин улыбается сильнее. Хотелось бы, чтобы этот миг длился вечность. Но к сожалению, это невозможно. Ещё пара приятных мгновений и сон обрывается.       Парень рвано и быстро дышит, когда наконец просыпается, будто у него был кошмар. Спустя пять секунд он успокаивается. Апатия нахлынула вновь. Вопоминание о том, что он теперь, по факту, бомж, никак не помогает проснуться и сильно ранит. Всё было бы просто прекрасно, если бы он тогда не испугался так сильно. Это его вина, и только его. Руки налились свинцом и ими трудно даже пошевелить. Поднять ее сейчас кажется достижением. Юноша лежит так ещё десять минут, неспособный подвинуться. Он даже не знает который сейчас час. Солнечный свет не проникает через импровизированную стенку, а часов у него нет. Глэм наконец смог сделать пару движений и неспешно присел из "лежачего" положения. Спина заныла. Сон здесь явно не идёт на пользу организму. Блондин кинул взгляд на еду. К горлу подступили рвотные позывы. Не то, чтобы парень сильно хотел есть, однако понимал немножко, что стоило бы. Но, мысли о том, что он не заслуживает её, и внезапно появившееся к ней отвращение сделали своё дело. Подросток не стал есть, просто выбрался из своего подобия убежища, а после посмотрел на небо. Оно было немного серое, но все еще отдавало голубизной. Наверное сейчас день. Глаза слипались из-за недостатка сна, но Глэм проигнорировал это. Закрыв свой тайник он направился... сам не знает куда. Ему некуда было идти. Но он все равно шёл. Бродил и бродил. Прошел рядом с алым мостом, со своим прошлым домом. Побродил рядом с заводским районом, не решаясь зайти на эту территорию, будучи поглощённый тяжёлой болью. Впрочем, побывал где только можно.       Постепенно солнце начало укатывать за горизонт, а на смену ему пришёл большой белоснежный шар. Луна. А вместе с ней и ночь. Глэм просто бесцельно ходил по неизвестным ему закоулкам даже в такое время. Не то, чтобы ему была страшна смерть. Скорее наоборот - он хотел встретить её, пусть и большую часть времени относился к этой концепции апатично. Однако, будто специально, голубоглазый даже никого не встретил во время своих похождений. Ни одного человека. Улицы будто переместились во времени к пост-апокалипсису, где не осталось ни одного выжившего. Такое даже немного раздражало. Смерть всегда по ощущениям поджидала его везде. За углом, в парке, в трейлере... Её присутствием веяло повсюду. Она будто преследовала его. Но теперь, когда парню стало абсолютно плевать на неё... Её попросту нет. Словно специально скрылась, чтобы попялиться на эти страдания со стороны и похихикать.

Грёбанное издевательство.