На краю земли

Семен не любил Карелию. Много леса, много тишины и уж слишком много мест, где можно спрятаться - тебе, твари или кому-то еще. Он приехал за неделю до расчетного срока. Всегда приезжал заранее. Осмотреться, понять, где засада, где отход, где можно затаиться, если что-то пойдет не по плану. Заказчик обозначил место - бывший лесопункт, заброшенный лет двадцать назад, пара полуразвалившихся домов, колодец и лес, который подступал со всех сторон, будто голодный зверь. Ведьмак прошелся по периметру, проверил чердаки и подполы. Никого, только запах сырости, да мышиный помет. Единственным призраком жизни из прошлого была пара газет, лежащих на полу и уже изрядно поеденных крысами. Он расположился в доме на отшибе - тот, что стоял чуть вдалеке, ближе к лесу. Лучший обзор, но худшая защита, в случае его обнаружения. Но он не планировал, чтобы его находили. Меч он положил у изголовья - старая привычка, выработанная еще в юности. Рукоять, обмотанная черной кожей, тускло блестела в свете керосиновой лампы. Первую ночь он не спал. Слушал лес. Ветра почти не было, но деревья все равно шумели - низко и протяжно, словно говорили между собой, на понятном только им языке. Семен не любил языков, которых не способен был понять. На вторую ночь он заметил дальний свет фар, ползущий по дороге, которую он в первую ночь посчитал не проезжаемой. Машина свернула в сторону поселка, через пол часа свет фар исчез, еще через полчаса Семен вышел на крыльцо. Он почувствовал запах. Трава, мокрая шерсть и еще что-то, что ему не удалось определить. Шаманка, - подумал он и выругался сквозь зубы. Первый день наблюдения Семен не подходил близко, опасаясь, что его могут заметить. Он обошел её убежище по лесу. Нашел место, с которого было хорошо видно дом и часть дороги, ведущей к крыльцу - старый чердак над сараем. Оттуда он и начал свое наблюдение. Она появилась около девяти часов утра. Вышла на крыльцо, щурясь от низкого солнца. Темно-рыжие волосы были собраны в низкий пучок, из которого выбивались пряди. Бледное лицо, под глазами залегли тени - видимо со сном у шаманки были некие трудности. Она была худой, почти хрупкой. но в ней чувствовался стержень, некая уверенность, которая придавала, её образу воинственности. Она простояла на крыльце около минуты, затем пошла к колодцу, чтобы умыться. Медленно, без лишних движений. Вернулась в дом, но ненадолго. Через час она снова показалась на крыльце - уже в куртке и с рюкзаком на плечах. На поясе был небольшой нож. Обычный, охотничий. Не оружие для убийства тварей из леса, но, может, ей и не нужно было оружие. Она двинулась в лес. Семен - следом, но держась на безопасном расстоянии. Её вылазка не была бесцельна. Ведьмак видел, как пристально она осматривала местность, ища места для укрытия, как останавливалась возле сосен, вглядываясь в трещины древних растений. Проходила по краю заброшенного карьера, долго вглядывалась, потом покачала головой и двинулась дальше. Семен смотрел, молчал и двигался за ней тенью, стараясь не привлечь внимания молодой шаманки. Она не была новичком, это прослеживалось в движениях, напряжению в теле и даже во взгляде. Она шла бесшумно, почти не оставляя следов. Только он - ведьмак с обостренным чутьем, мог держаться -за ней. Обычный человек, будь он даже опытным охотником, потерял бы её через пять минут преследования. Вернулись они к дому, только к вечеру. Семен видел, как она села на крыльцо, обняв колени руками. Сидела так почти час. Смотрела в лес, но не туда, где таился он. В другую сторону. День второй Он заметил, что она действительно почти не спит. Круги под глазами стали темнее, движения медленнее. Она пила что-то из кружки - не чай, слишком горький запах, что чувствовался даже на расстоянии. Травы. Шаманские сборы. Семен успел проверить её машину - старенький универсал, грязный после, тяжело проходимых, карельских дорог. Номера были другого региона. Вряд ли она была взята в аренду. Он начал подмечать детали. Как она трогает виски, как шевелит губами, будто ведя диалог с кем-то не видимым для глаз. Как иногда замирает на середине шага - и стоит так несколько секунд, прислушиваясь к чему-то, что он не мог уловить. День третий Она снова ходила в лес. Другой маршрут, другие ориентиры. Семен шел следом. На этот раз она дольше задерживалась у ручья, потом вышла к старой вырубке, что обгорела лет десять назад. Там она замерла. Просто стояла посреди гари, закрыв глаза, и дышала. Ровно, глубоко. Он не слышал её дыхания, но видел, как ровно вздымались её плечи. В какой-то момент ему показалось, будто она плачет. Но она просто стояла. Вернувшись в точку наблюдения, Семен достал блокнот - тонкий, потрепанный, исписанный его корявым почерком. За эти несколько дней он успел наградить шаманку прозвищем. На чистой странице он написал: "Беда. Шаманка. Приехала на своей машине. Ищет что-то в лесу, возможно туже тварь, что и я. Опытная, осторожная. Опасности пока не несет. Но наблюдаю." Он посмотрел на последнюю фразу и усмехнулся. Он наблюдает уже третий день. Её здесь не должно было быть. Она может существенно замедлить работу, а в худшем случае - сорвать заказ полностью. Отдавать деньги, которым Ведьмак уже мысленно нашел применение, очень не хотелось. Но объяснить почему он не отправил её вон с объекта он не мог. День четвертый Ночью ему снился сон. Редкость для Семена - он почти не видел снов, а те, что довелось увидеть забывал к утру. В этот раз запомнил. Ему снилась женщина, не та молодая шаманка, а старая женщина, чьё лицо было изрезано морщинами. Она смотрела сквозь него. Женщина сидела у костра, рядом с ней был высокий мужчина - молодой, в темном плаще, с жестким лицом и мечем, очень похожим на его собственный. - Ты пришел за тем, что тебя не касается, - сказала старуха. - Уходи, пока это не затронуло тебя. - Мне заплатили, - ответил Семен во сне. Деньги не спасут тебя от него, - она усмехнулась. - Оно не убивает. Оно забирает. И то, что оно заберет у тебя, ты не заметишь, пока не станет поздно. Он проснулся в холодном поту. За окном было еще темно, а где-то вдалеке надрывно кричала птица, будто звала того, что не ответит. Семен сел, машинально нашарив в темноте кожаную рукоять меча. - Сказки, - сказал он пустоте. - Глупые игры подсознания. Но будто не слушая хозяина, рука потянулась к амулету, на кожаном шнурке - старому ведьмачьему знаку. Он сжал его в кулаке. День пятый Он заметил, что "беда" к чему-то готовилась. Собрала рюкзак, взяла нож. Вышла рано утром, не накинув даже куртку - только темный свитер, облегающий её худые плечи. Семен двинулся следом. Она шла быстрее, чем обычно. Не оглядывалась. Семен знал эту тропу - она вела к поляне, где пару дней назад он почувствовал присутствие Кильку. Она шла прямо туда. Семен ускорил шаг, он не собирался её спасать, просто если она спугнет или уведет тварь, то заказ может сорваться. Шаманка вышла на поляну первой. Ведьмак замер на опушке, скрываемый стволами сосен. Он видел, как она замерла посередине поляны, как повела головой, прислушиваясь к посторонним звукам, как достала нож - маленький. кажущийся почти игрушечным, по сравнению с мечем за его спиной. Она замерла. Семен тоже застыл. Воздух стал становиться гуще, как перед грозой. Где-то справа, в глубине леса, что-то шевельнулось. Это не было видно, не было слышно, но он чувствовал. Переведя взгляд на девушку он понял - она тоже заметила присутствие третьего. Кильку был здесь. Она повернула голову. Посмотрела в ту сторону, куда устремил взгляд Семен. Он понял, сейчас она заметит не только тварь, но и его. Шаманка еще немного повернула голову и посмотрела прямо на него.