По правую руку от Бога

❝ Совершенное существование, значит? В мире нет ничего совершенного. Может, это, конечно, избитое клише, но это правда. Обычный человек восхищается совершенством и хочет им обладать. Но какой смысл добиваться совершенства? Абсолютно никакого. Совсем никакого. Ни единого. Я ненавижу совершенство! Выше совершенства уже не подняться. Тогда не будет воображения. Не будет нужды получать новые знания и способности. Смекаешь? Для таких ученых как мы совершенство несет только разочарование. Мы должны создавать вещи лучше предыдущих, но никогда не достигнуть совершенства. Ученые должны получать удовольствие, а не страдания от этого парадокса. ❞

Маюри Куроцучи

Слухи о проекте Заельапорро Гранца ползли по Лас Ночес уже несколько недель. Они сочились из щелей его лаборатории, как ядовитый дым, передавались шепотом от слуги к слуге, от Нумерос к Нумерос. Никто не знал точно, что именно задумал Восьмой Эспада, но все понимали: ничего хорошего. Когда Заельапорро запирался в своей башне на долгие дни и оттуда доносились звуки, которые даже арранкары предпочитали не обсуждать, – это не сулило ничего доброго никому. Ичиго впервые услышал об этом от Дордонии. Его фрасьон, сам бывший объектом экспериментов Заельапорро, обладал особым чутьем на всё, что касалось Восьмого. Он замечал мельчайшие детали: каких Нумерос вызывали в лабораторию и какие из них не возвращались, какие реагенты доставляли в башню Заельапорро, как менялось настроение слуг, работающих на Восьмого. — Он что-то заканчивает, — сказал Дордони однажды вечером, когда они втроем: он, Ичиго и Нелл, сидели в покоях Десятого. — Проект, над которым он работал месяцами. Возможно, годами. Я слышал от одного из слуг, что Заельапорро называет его «Совершенство». — Совершенство? — Нелл нахмурилась. — Я уже говорила, что он всегда был одержим созданием идеального арранкара. Превзойти пределы, наложенные самой природой, но все его предыдущие попытки провалились. — Эта может быть другой. — Дордони сжал кулаки, и на его предплечьях проступили старые шрамы – следы экспериментов. — Я слышал, он запрашивал у Айзена образцы духовной силы всех Эспад. Включая вашу, Господин Ичиго. Ичиго поднял голову. — Мою? Зачем ему моя сила? — Вы – гибрид, — ответила Нелл. — Шинигами, человек и пустой. Три источника силы в одном существе. Для такого ученого, как Заельапорро, вы – идеальный объект для изучения. Возможно, он нашел способ воспроизвести вашу уникальную структуру. — Воспроизвести? Ты имеешь в виду клонировать? — Или модифицировать уже существующего арранкара. В любом случае, нам нужно узнать больше. Случай представился через три дня. Айзен созвал экстренное собрание Эспад – не общее, а узкое, только для тех, кого он выбрал лично. Ичиго был среди приглашенных, как и Харрибел, Улькиорра и, что было необычно, Гин и Тоусен. Когда Ичиго вошел в малый зал заседаний, круглую комнату с черным столом в центре, Заельапорро уже был там. Восьмой Эспада сиял. Его розовые волосы были уложены с особой тщательностью, маска в виде очков поблескивала в свете сфер, а на губах играла та особенная, самодовольная улыбка, которая появлялась у него только в моменты величайшего триумфа. Рядом с ним стоял высокий, закутанный в белый плащ арранкар с капюшоном, полностью скрывающим лицо. От него исходила странная, искаженная аура, которую Ичиго не мог идентифицировать. — А, Десятый! — Заельапорро всплеснул руками в театральном приветствии. — Я так рад, что вы здесь. Мой проект имеет к вам самое непосредственное отношение. — Ко мне? — Ичиго попытался выразить искреннее удивление, чтобы не показать того, что он уже слышал об этом. — Ко всем нам, — вмешался Айзен, входя в зал. Он занял свое место во главе стола и жестом приказал всем сесть. — Заельапорро, будь добр, объясни суть твоего... проекта. Я полагаю, ты готов представить результаты? — Более чем готов, Господин Айзен! — Восьмой поклонился с преувеличенной грацией и щелкнул пальцами. Закутанный арранкар откинул капюшон. Ичиго замер. Харрибел, сидевшая напротив, подняла бровь. Не менявший выражения лица, Улькиорра чуть склонил голову набок и для него это было эквивалентом крайнего удивления. Даже Гин, стоявший у стены со своей неизменной ухмылкой, приоткрыл глаза чуть шире обычного. Перед ними стоял арранкар, которого никто из них раньше не видел. Высокий, мощного телосложения, с бледной, почти белой кожей. Его грубая, костяная, напоминающая шлем, маска закрывала верхнюю половину лица. Но самое поразительное было не в его внешности. Самое поразительное было в его ауре. Она была... гибридной. Ичиго чувствовал это с пугающей ясностью. В арранкаре смешались три потока силы: темная, голодная энергия пустого, холодная, дисциплинированная сила шинигами и нечто почти человеческое. Точно так же, как у него самого. — Позвольте представить, — Заельапорро положил руку на плечо своего творения. — Проект «Совершенство». Первый в истории искусственно созданный гибрид шинигами, человека и пустого. Я назвал его Супремо. В зале повисла тяжелая тишина, полная невысказанных вопросов. — Как? — первой заговорила Харрибел. Её голос звучал ровно, но Ичиго слышал в нем напряжение. — Как тебе удалось? — О, это было непросто! — Заельапорро заходил по залу, наслаждаясь вниманием. — Видите ли, создание гибрида – это не просто смешивание духовных сил. Это сложнейший процесс балансировки. Слишком много пустого – и субъект теряет разум. Слишком много шинигами – и он отвергает пустоту. Нужна была точка равновесия. И этой точкой стал человеческий элемент. Крошечная, но необходимая искра смертной души, которая удерживает всю конструкцию от распада. — Где ты взял человеческую душу? — спросил Ичиго. Его голос прозвучал глухо, с нарастающим напряжением. Заельапорро повернулся к нему с улыбкой, от которой кровь стыла в жилах. — О, не волнуйтесь, Десятый. Никто из ваших драгоценных друзей не пострадал. Я использовал души, собранные в Уэко Мундо за столетия. Брошенные и забытые, они уже застряли между мирами и медленно превращались в пустых. Я же просто... ускорил процесс. И направил его в нужное русло. — А сила шинигами? — спросила Харрибел. — Образцы, любезно предоставленные Господином Айзеном из его обширной коллекции. Кровь. Клетки. Фрагменты занпакто. Ничего, что нельзя было бы восстановить или позаимствовать у павших врагов. — А сила пустого? — подал голос Улькиорра. — О, это было проще всего! — Заельапорро рассмеялся. — Я использовал свои собственные клетки. Клетки Эспады. Они послужили основой, на которую я наслоил остальное. А знаете, что самое интересное? — Он сделал драматическую паузу. — Для стабилизации всей этой конструкции мне понадобился уникальный катализатор. Духовная сила, которая уже была гибридной и уже прошла через трансформацию. И здесь, — он повернулся к Ичиго и отвесил театральный поклон, — я должен поблагодарить нашего драгоценного Десятого. Образцы вашей силы, Куросаки Ичиго, стали ключом ко всему. Ичиго почувствовал, как его пальцы сжимаются в кулак. Так вот зачем Восьмому понадобились образцы его духовной силы. Не для изучения. Для использования. Его сила стала шаблоном для создания этого... существа. — Ты использовал меня, — произнес он. — Без моего ведома и согласия. — О, простите, если это вас оскорбило! — Заельапорро прижал руку к груди в жесте, который должен был изображать раскаяние. — Но согласитесь, результат впечатляет. Супремо – не просто копия вас. Он – улучшенная версия. Его сила стабильна с самого рождения и ему не нужно бороться со своим внутренним пустым – у него его просто нет. Он – чистый лист. Идеальный воин и совершенное оружие. Супремо стоял неподвижно, глядя перед собой пустыми глазами. Его лицо не выражало никаких эмоций. Он был как кукла или марионетка, ожидающая приказа. Даже здесь Заельапорро не отступил от своей способности. — Он разумен? — спросил Тоусен. Его голос звучал задумчиво. — Или ты создал просто биологическую машину? — Он разумен, — с гордостью ответил Восьмой. — В той мере, в какой это необходимо. Он способен выполнять приказы, анализировать боевую обстановку. Даже принимать тактические решения, однако его воля подчинена мне – абсолютно и безоговорочно. — Значит, раб, — с отвращением резюмировала Харрибел. — Значит, идеальный солдат, — поправил Заельапорро. — Солдат, который не знает страха и сомнений. Не знает предательства. Разве не об этом мечтает любой полководец? Айзен, всё это время молча наблюдавший за происходящим, наконец заговорил: — Демонстрация. — Простите? — Ты представил нам свой проект. Теперь покажи, на что он способен. — Айзен указал на дверь. — В тренировочном зале. Немедленно. Заельапорро просиял. — Как прикажете, Господин Айзен! Супремо, за мной! Тренировочный зал номер один был самым большим в Лас Ночес, если не считать огромную пустыню, расположенную под главным куполом дворца, и использовался только для особых случаев. Сегодня случай был как раз из таких, и зал был заполнен. Айзен созвал всех Эспад, кто находился в пределах досягаемости. Барагган, грузно опустился на костяной трон, Харрибел, скрестившая руки на груди встала неподалеку. Улькиорра, как всегда, занял место в стороне. Ноитора, ухмылялся с видом предвкушения, на фоне отстраненного Зоммари, выглядел противнее обычного. Гриммджо, нетерпеливо переминался с ноги на ногу – он пропустил утренний спарринг с Ичиго и был не в духе. Ичиго встал рядом с ним, положив руку на рукоять Зангецу. Противником Супремо вызвался добровольцем один из Нумерос. Здоровенный арранкар со шлемовидной маской, вооруженный огромной секирой. Его рейацу была сильной, грубой, но стабильной. Типичный боец передовой линии. — Только не убей его сразу, — предупредил Заельапорро своё творение. — Демонстрация должна быть... наглядной. Супремо кивнул – коротко, механически. Бой начался. Нумерос атаковал первым: мощным, таранным ударом секирой, способным расколоть камень. Супремо не уклонился. Он просто поднял руку и остановил лезвие ладонью. Кожа на его пальцах затвердела, образовав своеобразный щит, и секира отскочила, выбив искры. Затем он ударил. Его кулак врезался в грудь Нумерос с силой, которая отбросила здоровяка через весь зал. Тот врезался в стену, проломив каменную кладку, и рухнул на пол. Супремо переместился, использовав сонидо, и оказался рядом с поверженным противником. Его рука легла Нумерос на горло. — Достаточно! — крикнул Заельапорро. — Отпусти его. Супремо отпустил и отступил на шаг. Нумерос, кашляя кровью, попытался подняться, но не смог. Его грудь была вдавлена, ребра сломаны. Один удар. Всего один. — Впечатляет, — произнес Улькиорра. Его голос был ровным, но Ичиго уловил в нем нотку интереса. — Физическая сила выше среднего уровня. Скорость сопоставима с Эспадой низшего ранга. Но это только начало. — Разумеется! — Восьмой щелкнул пальцами. — Супремо, серо. Супремо вытянул руку. На его ладони зажегся алый, с черными прожилками, свет и серо сорвалось с его руки, ударив в дальнюю стену тренировочного зала. Взрыв был оглушительным. Когда пыль осела, в стене зияла дыра диаметром в несколько метров, а края её были оплавлены. — Серо смешанного типа, — прокомментировал Заельапорро. — Включает элементы как стандартного серо пустых, так и энергии шинигами. Мощность примерно на тридцать процентов выше, чем у обычного серо Эспады десятого-девятого ранга. — А защита? — спросила Харрибел. — Супремо, режим защиты. Тело Супремо окуталось белой, полупрозрачной аурой, смесью иерро и духовного барьера. Заельапорро сам выстрелил в него серо. Не в полную силу, но достаточно мощным, чтобы пробить обычную защиту. Серо ударило в ауру, рассеялось и погасло, не оставив на Супремо ни царапины. — Он может держать этот барьер неограниченное время, — пояснил он. — В отличие от обычных арранкаров, чья защита зависит от концентрации, Супремо не знает усталости. Его духовная сила восстанавливается быстрее, чем расходуется. В зале послышался одобрительный гул. Даже Барагган, обычно не проявлявший интереса ни к чему, кроме собственного величия, чуть подался вперед на своем троне. — А Ресуррексион? — спросил он. Заельапорро замялся. Впервые за всё время его уверенность дала трещину. — Ресуррексион... проблематичен, — признал он. — Поскольку Супремо – искусственное создание, его занпакто также искусственен. Он не рожден из его души. Он создан мной. И хотя я смог запрограммировать базовые функции – серо, сонидо, иерро, – воскрешение меча требует подлинной, глубинной связи между арранкаром и его клинком. Этого я пока не достиг. — Значит, твой «идеальный воин» неполноценен, — резюмировал Гриммджо. В его голосе звучало разочарование пополам со злорадством. — Без ресуррексиона он – просто сильный Нумерос. Не более. — Это временная трудность! — огрызнулся Заельапорро. — Я работаю над решением. Мои расчеты показывают, что при правильной стимуляции эмоционального ядра воскрешение может быть пробуждено. Нужно только время. И подходящий... катализатор. Его взгляд на мгновение скользнул к Ичиго, и в этом взгляде было что-то, что заставило Ичиго внутренне напрячься. После демонстрации Айзен приказал всем разойтись. Проект Восьмого Эспады получил предварительное одобрение, но окончательное решение было отложено. Восьмому было приказано продолжать работу над ресуррексионом. Ичиго, выходя из зала, чувствовал на себе пустой, безжизненный, но при этом странно... изучающий взгляд Супремо. Вечером он собрал своих фрасьонов в своих покоях. Нелл, как обычно, сидела на стуле, Дордони стоял у двери. Оба молчали, ожидая, когда он заговорит. — Этот Супремо, — произнес Ичиго. — Он создан с использованием моей силы. — Не совсем вашей, — поправила Нелл. — Ваша сила была катализатором, а не основой. Основа – клетки Заельапорро. Но да, ваша уникальная структура послужила шаблоном. — Это значит, что он может обладать моими способностями. Моими техниками. Возможно, даже... — Он замолчал, не желая произносить это вслух, и его брови нахмурились еще сильнее. — Возможно, даже вашим ресуррексионом, — закончила Нелл. — Если Заельапорро решит проблему, только это маловероятно. Воскрешение меча – это не техника, а прямое выражение сути арранкара. Его сердца и души. У Супремо нет сердца. Он всего лишь кукла. — Кукла, способная пробить стену одним ударом, — заметил Дордони. — И выдержать прямое попадание серо. Не стоит его недооценивать. — Я и не недооцениваю. — Ичиго поднялся и подошел к окну. Белая пустыня, как всегда, простиралась до горизонта. — Но меня беспокоит другое. Восьмой сказал, что для пробуждения ресуррексиона нужен «катализатор». И он смотрел на меня, когда говорил это. — Вы думаете, он планирует использовать вас? — спросил Дордони. — Я думаю, он уже использует. — Ичиго повернулся к ним. — Он взял мою силу без спроса. Создал этого Супремо. А теперь ему нужно что-то еще. Что-то, что может дать только живой гибрид. — Вашу кровь? Или душу? — Нелл нахмурилась. — Это плохо. Заельапорро не остановится ни перед чем, когда речь идет о его экспериментах. Если он решит, что вы – ключ к завершению проекта, он попытается заполучить вас. Целиком. — Пусть попробует, — Ичиго сжал рукоять Зангецу. — Я не собираюсь становиться чьим-то подопытным кроликом. — Нельзя терять бдительности, — предупредила Нелл. — Заельапорро – выше рангом, и его сила не в прямом бою. Он не будет нападать открыто, будет ждать момента, когда вы ослаблены, одни и когда никто не придет на помощь. — Я знаю. — Ичиго посмотрел на своих фрасьонов. — Поэтому я прошу вас: следите за ним. За его лабораторией и слугами. За всем, что с ним связано. Если он сделает хоть одно движение в мою сторону, я хочу знать об этом немедленно. — Будет сделано, Господин Ичиго, — ответил Дордони. — И еще, — добавила Нелл. — Я свяжусь с некоторыми из старых знакомых среди Нумерос. Тех, кто работал на Заельапорро и выжил. Они могут знать то, что он скрывает от всех. — Хорошо. — Ичиго кивнул. — Тогда действуем. Оставшись один, он долго сидел в тишине, глядя на Зангецу. Черный клинок слабо мерцал, отражая свет сфер. Восьмой создал копию его силы. Пусть искусственную и неполную. Но кто знает, что будет дальше? Кто знает, сколько еще таких «Супремо» он сможет создать, если получит доступ к настоящему источнику? Ичиго не боялся боя как не боялся и боли. Однако мысль о том, что его сила может быть использована против его же друзей или против тех, кого он всё еще считал друзьями, там, в мире живых, вызывала холодную ярость. — Ничего, — прошептал он, обращаясь то ли к клинку, то ли к себе. — Мы не позволим кому-то распоряжаться нами. Зангецу не ответил, но этого и не требовалось.