Стеклянная цепь

В доме Куджо стояла глубокая ночь. Прохладный воздух Токио мягко колыхал занавески, но для Алисы эта тишина была зловещей. Она пришла в себя резко. Первое, что заставило её тело содрогнуться, — отсутствие ментальных тисков Дио. Голос в голове, четыре года выжигавший её волю, замолчал. И эта пустота отозвалась внутри диким, первобытным ужасом.Её заколотило в бешеной, неуправляемой дрожи. Зуб на зуб не попадал, выдавая дробный, частый стук. Поддаваясь чисто животному инстинкту, Алиса не осталась в постели. Почти не дыша, она бесшумно сползла с футона прямо на деревянный пол. Подволакивая сломанную, туго перебинтованную ногу, девочка на одних руках, изгибаясь всем телом, стремительно уползла в самый тёмный угол за шкафом.Она сжалась там в плотный, дрожащий комок, втискиваясь спиной в холодную стену. Её пальцы с содранной кожей судорожно, до хруста в суставах вцепились в собственные колени. Серебристые глаза метались по темноте, зрачки расширились на всю радужку. Из горла вырывалось рваное, сиплое дыхание, больше похожее на скулёж загнанного зверя, который ждёт, откуда прилетит очередной удар.Бумажная ширма фусума тихо поехала в сторону. На пороге показался массивный силуэт. Джотаро вошёл в комнату без своей неизменной кепки, растрёпанные тёмные волосы падали на лоб. На нём была простая домашняя юката. Его бирюзовые глаза, обычно леденящие и суровые, мгновенно отыскали в темноте угла дрожащий силуэт. За его спиной тихо замер Какёин.Заметив людей, Алиса издала тихий, хриплый горловой звук — смесь рычания и задушенного писка. Она ещё сильнее вжалась в угол, её затрясло так сильно, что застучали половицы. По бледным щекам непрерывным потоком покатились слёзы. Она зажмурилась, судорожно втянула голову в плечи и начала быстро-быстро, заикаясь, лепетать, захлебываясь собственным страхом:— П-пожалуйста... не надо... я плохая, я знаю, я не выполнила приказ Лорда Дио... Он содерёт кожу, он убьёт... Пожалуйста, не бейте... Только не цепи, не надо в подвал...Она дрожала всем телом, её повадки были абсолютно нечеловеческими — она пыталась спрятать голову под собственные руки, свернуться в защитную позу, как избиваемый щенок.Какёин судорожно выдохнул и отвёл взгляд, не в силах на это смотреть. А Джотаро... Джотаро замер. Тяжёлая ярость на секунду полыхнула в его бирюзовых глазах, но, глядя на этот несчастный, трясущийся комок израненной плоти, он понял, что его обычная грубость и резкие фразы просто добьют её.Куджо сделал глубокий вздох и подошёл ближе. Он шагал непривычно тихо, плавно, чтобы не напугать её ещё сильнее. Алиса услышала шаги, заскулила и зажмурилась сильнее, приготовившись к удару.Но удара не последовало.Джотаро медленно опустился на корточки прямо перед ней. Его огромная фигура загородила собой всю комнату, но в его позе больше не было боевой угрозы. Он протянул руку — медленно, открыто, чтобы она видела каждое его движение. Большие, жёсткие пальцы парня аккуратно, с поразительной для его габаритов нежностью коснулись её плеча, охваченного крупной дрожью.Алиса вздрогнула от этого прикосновения, как от удара током, но не отпрянула — отступать было некуда.— Эй, — тихо, непривычно мягко позвал Джотаро. Его низкий бархатный голос прозвучал без капли каноничной злости или раздражения. — Посмотри на меня.Девочка медленно, через силу приоткрыла свои зеркальные глаза. Сквозь пелену слёз она увидела его бирюзовый взгляд. В нём не было льда. В нём было странное, тяжёлое, но надёжное спокойствие.— Дио далеко. В Египте, — негромко сказал Джотаро, не убирая тёплой ладони с её трясущегося плеча. — Сюда он не придёт. Здесь никто не сделает тебе больно. Никаких подвалов и цепей. Моя мать перевязала тебе ногу и обработала ожоги. Никто тебя не ударит.Алиса шмыгнула носом, её дыхание оставалось рваным, но от его большой и удивительно тёплой ладони по её телу впервые за четыре года разлилось ощущение... безопасности. Ментальная нить между их стендами слабо завибрировала. Ей всё ещё было дико, страшно, её по-прежнему трясло, но этот огромный парень пах не кровью и страхом, а ночной прохладой и покоем.— Т-ты... ты не убьёшь меня за то, что я напала? — едва слышно, заикаясь, спросила она, прерывисто вдыхая воздух.— Не убью, — так же тихо ответил Джотаро. Он чуть сдвинул ладонь, аккуратно убирая испачканную в крови светлую прядь с её лба, где краснел свежий след от ростка. — Ты защищалась. Ты была не в себе. Теперь всё кончено.Он поднялся, стараясь не делать резких движений, и посмотрел на Какёина: — Нориаки, помоги мне.Джотаро снова наклонился и бережно, стараясь не тревожить сломанную ногу, поднял Алису на руки прямо из угла. Девочка инстинктивно, по-звериному вцепилась пальцами в ткань его юкаты, утыкаясь носом ему в грудь и продолжая мелко, судорожно вздрагивать. Джотаро аккуратно перенёс её обратно на мягкий футон и уложил, натягивая одеяло до самого подбородка.— Лежи здесь. Какёин побудет рядом, — Джотаро повернулся к выходу, но у самой ширмы обернулся, бросив на неё короткий бирюзовый взгляд: — Постарайся поспать. Завтра Холли принесёт тебе поесть. Нам нужно, чтобы ты поправилась.Ширма тихо закрылась. Алиса осталась лежать, с головой укутавшись в тёплое одеяло. Дрожь постепенно утихала, уступая место тяжёлому, но первому за долгие годы спокойному сну без кошмаров. Она всё ещё была диким, сломанным зверьком, но теперь у неё появился тот, кто готов был защитить её от всего мира.