Наруто: Драконорожденный Листа

Туман медленно рассеивался над недостроенным мостом. Холодный морской ветер уносил клочья белой дымки в сторону берега, открывая поле боя. На влажных досках лежали сотни ледяных осколков — всё, что осталось от разрушенного зеркала Хаку. Они тихо звенели под порывами ветра, словно прощаясь с только что завершившейся атакой. Но никто не обращал на них внимания. Взгляды всех присутствующих были прикованы к двум фигурам. Рюдзи Кагэяма стоял неподвижно, уверенно опираясь обеими ногами на деревянный настил. Его светло-серое хаори слегка колыхалось на ветру, а длинные чёрные волосы закрывали часть лица. Он не доставал меч и не складывал печатей. Казалось, для него бой ещё даже не начался. Напротив него, между оставшимися ледяными зеркалами, неподвижно застыл Хаку. Юноша впервые за долгое время не знал, что делать дальше. Он всегда полагался на свою технику. Скорость, точность и безупречный контроль позволяли ему побеждать даже опытных шиноби. Но теперь одно из зеркал было уничтожено силой, которую он не мог объяснить. Хаку медленно перевёл взгляд на Рюдзи. — Кто вы?.. — тихо спросил он. Его голос прозвучал без ненависти. Скорее с искренним недоумением. Рюдзи некоторое время молчал. Шум прибоя, далёкие крики чаек и глухие удары клинков Какаши и Забузы сливались в единый фон, который лишь подчёркивал напряжённую тишину между двумя воинами. — Я человек, который слишком долго видел войны, — наконец ответил он. Хаку нахмурился. — Это не ответ. — Другого у меня нет. Юноша опустил взгляд. Он чувствовал странное спокойствие, исходившее от этого человека. Перед ним не стоял безжалостный убийца. И всё же опасность, которую излучал Рюдзи, ощущалась почти физически. — Почему вы не пытаетесь убить меня? — спросил Хаку. Рюдзи посмотрел на него внимательно, словно видел не противника, а юношу, которому жизнь слишком рано приказала стать оружием. — Потому что не вижу перед собой чудовища. Хаку вздрогнул. Эти слова прозвучали неожиданно. — Но я враг Конохи. — Сегодня — да. — Я сражаюсь против вас. — Да. — Тогда почему?.. Рюдзи медленно выдохнул. — Потому что за всю свою жизнь я видел слишком много людей, которых называли врагами. И слишком часто оказывалось, что они просто защищали тех, кто был им дорог. Хаку долго молчал. Перед глазами невольно возник образ Забузы. Человека, который однажды подобрал его в снегу и дал смысл жизни. — Если я остановлюсь… он погибнет. — А если продолжишь? — спокойно спросил Рюдзи. Хаку не нашёл ответа. В нескольких десятках метров продолжался бой. Какаши и Забуза обменивались стремительными ударами. Сталь сталкивалась со сталью, высекая искры. Каждый из них понимал: исход сражения всё больше зависит от того, что происходит внутри ледяной техники. Забуза краем глаза посмотрел в сторону Хаку. — Что ты делаешь?.. — прошептал он. Юноша никогда не медлил. Никогда не вступал в разговоры. А сейчас он стоял неподвижно. Это тревожило Демона Скрытого Тумана сильнее любого дзюцу. Какаши тоже заметил перемену. «Он пытается достучаться до Хаку…» Такая тактика казалась безумием. Но, наблюдая за Рюдзи последние месяцы, Какаши уже понял одну вещь. Этот человек редко выбирал самый простой путь. Внутри ледяной клетки снова подул холодный ветер. Хаку крепче сжал сенбоны. — Простите… Слова прозвучали почти шёпотом. — Но я не могу отказаться от своего пути. Его силуэт растворился среди зеркал. В следующее мгновение десятки отражений одновременно подняли руки. Воздух наполнился свистом. Сенбоны полетели со всех сторон, образовав смертоносный дождь. Рюдзи не дрогнул. Он сделал шаг вперёд. Ещё один. Иглы проносились в считаных сантиметрах от его лица. Одни он уклонением пропускал мимо, другие отбивал короткими движениями ладоней, а третьи звенели, ударяясь о ножны меча. Его движения были спокойными, почти неторопливыми. Он не пытался победить скоростью. Он двигался так, словно заранее знал, куда придётся каждый следующий удар. «Невероятно…» — подумал Хаку, продолжая атаку. «Он читает не мои движения… Он читает меня самого.» И именно эта мысль впервые заставила сердце юноши дрогнуть.

***

Холодный ветер вновь пронёсся над мостом. Лёгкий туман, потревоженный жаром недавней атаки, медленно рассеивался, открывая взгляду всё поле боя. Воздух был наполнен запахом морской соли, мокрого дерева и талой воды. Капли, падавшие с разрушенных ледяных зеркал, тихо разбивались о доски моста, словно отсчитывали последние мгновения затянувшегося сражения. Рюдзи и Хаку продолжали смотреть друг на друга. Никто из них не двигался. Каждый понимал, что следующий шаг изменит ход битвы. Но в нескольких десятках метров продолжался другой поединок. Какаши стремительно ушёл в сторону, пропуская над собой громадный меч Забузы. Кубикирибочо с грохотом врезался в деревянный настил, оставив глубокую борозду. Щепки разлетелись в стороны, а тяжёлый клинок тут же описал широкую дугу, возвращаясь к своему хозяину. — Неплохо, Какаши, — усмехнулся Забуза, переводя дыхание. — Но ты слишком часто отвлекаешься. Какаши опустил кунай в защитную стойку. Единственный открытый глаз внимательно следил за каждым движением противника. — Не могу не отвлекаться, — спокойно ответил он. — Сегодня на мосту происходит слишком много неожиданного. Забуза коротко хмыкнул. — Ты про своего нового шиноби? Какаши не ответил. Ответ был очевиден. Он и сам не понимал, кем на самом деле является Рюдзи. За время жизни в Конохе тот проявил себя дисциплинированным, спокойным и надёжным человеком. Но сейчас Какаши видел совсем другую сторону своего союзника. Никаких печатей. Никакой привычной чакры. И всё же сила, способная разрушить технику Хаку. «Кто же ты такой?..» Эта мысль не покидала его с того самого момента, как огонь прорвал ледяную клетку. Забуза тоже бросил взгляд в сторону Хаку. Он заметил, что юноша уже не атакует с прежней уверенностью. Это было непривычно. Хаку редко сомневался. Он всегда выполнял свою задачу до конца. Но сейчас всё изменилось. — Хаку... — едва слышно произнёс Забуза. В его голосе впервые прозвучало беспокойство. Какаши сразу уловил эту перемену. «Он волнуется за него...» Эта мысль показалась неожиданной. Многие считали Забузу безжалостным убийцей, человеком, для которого чужая жизнь ничего не значила. Однако сейчас опытный джонин увидел не легендарного Демона Скрытого Тумана, а человека, переживающего за своего ученика. Несколько секунд оба противника молчали. Море глухо шумело под мостом. Где-то вдалеке закричала чайка. А затем Забуза крепче сжал рукоять меча. — Довольно. Его голос вновь стал жёстким. — Как бы ни закончился их бой... наш ещё не окончен. Какаши медленно кивнул. — Согласен. В следующее мгновение оба шиноби одновременно сорвались с места. Клинок Кубикирибочо с оглушительным свистом рассёк воздух. Какаши встретил удар кунаем, мгновенно уходя в сторону. Металл столкнулся с металлом, и над мостом раздался звон, эхом прокатившийся над морем. Искры осыпались на мокрые доски. Ни один из них уже не сдерживался. Каждый понимал: приближается момент, который решит судьбу этой миссии. А неподалёку, среди разбитых ледяных зеркал, Рюдзи всё ещё стоял лицом к лицу с Хаку, не подозревая, что к мосту уже приближается новая опасность — та, которая вскоре изменит судьбы всех участников этого сражения.

***

Бой не успел закончиться. Сталь ещё звенела над мостом, ледяные осколки продолжали медленно таять, а тяжёлые облака всё плотнее затягивали небо. Казалось, сама природа замерла в ожидании развязки. Именно тогда раздались чужие шаги. Сначала — далёкие. Почти неслышные. Но с каждой секундой они становились всё громче, пока не превратились в тяжёлый гул десятков ног, идущих по деревянному настилу. Рюдзи первым повернул голову. Из густого тумана одна за другой начали появляться человеческие фигуры. Вооружённые мужчины. Кто-то держал мечи, кто-то — копья, кто-то сжимал в руках арбалеты и дубины. На их лицах читалась не дисциплина шиноби, а жадность людей, привыкших получать деньги за чужую кровь. Во главе этой толпы медленно шагал невысокий человек в дорогом тёмном плаще. Его маленькие глаза бегали по мосту, оценивая происходящее, а на губах играла самодовольная улыбка. — Какая занятная картина... — протянул он, остановившись в нескольких шагах от сражающихся. — Сам Забуза Момоти... и в таком жалком состоянии. Забуза медленно поднял взгляд. Его лицо мгновенно стало холодным. — Гато... Богач широко улыбнулся. — Рад, что ты меня узнал. Он неторопливо снял перчатку и стряхнул с неё невидимую пылинку. — Честно говоря, я даже рад, что ты не справился. Платить тебе такую сумму мне совершенно не хотелось. Позади него раздался грубый смех. Наёмники переглядывались, чувствуя своё численное превосходство. Хаку крепче сжал сенбоны. Его взгляд метнулся к Забузе. — Забуза-сан... Тот ничего не ответил. Он слишком хорошо понимал, что происходит. Гато никогда не собирался выполнять свою часть сделки. Он использовал их. Как использовал десятки людей до этого. Рюдзи молча наблюдал за происходящим. Ему не нужно было знать всех подробностей. Достаточно было одного взгляда на лица. Страх жителей Страны Волн. Самодовольство богача. Ярость Забузы. И спокойная печаль Хаку. Картина была знакомой. За свою жизнь он видел её слишком много раз. Менялись лишь страны, короли и имена. Люди, подобные Гато, существовали в каждом мире. Они прятались за золотом, посылали других умирать вместо себя и считали, что деньги способны купить всё. Гато громко хлопнул в ладоши. — Чего вы ждёте? — произнёс он, лениво обводя взглядом своих людей. — Прикончите их всех. Он указал сначала на Забузу и Хаку. — Эти двое мне больше не нужны. Затем перевёл палец на Какаши, Наруто, Саске, Сакуру и Тадзуну. — И свидетелей тоже не оставляйте. Наёмники дружно двинулись вперёд. Доски моста заскрипели под тяжестью десятков ног. Кто-то уже поднял оружие, предвкушая лёгкую расправу. Рюдзи медленно вышел вперёд. Он остановился между наёмниками и остальными. Его движения были спокойными. Без спешки. Без страха. Он окинул взглядом вооружённую толпу и тихо произнёс всего одно слово: — Достаточно. Голос не был громким. Но в наступившей тишине он прозвучал так твёрдо, что даже ближайшие наёмники невольно замедлили шаг. Гато недовольно нахмурился. — А это ещё кто такой? Рюдзи посмотрел ему прямо в глаза. Его лицо оставалось совершенно спокойным. — Человек, который не позволит тебе пролить ещё больше крови. Несколько мгновений никто не произносил ни слова. Даже ветер, гулявший над мостом, словно стих. Гато вдруг громко рассмеялся. — Один человек решил остановить целую толпу? Он обернулся к своим людям. — Убейте его первым. Наёмники с рёвом бросились вперёд. Рюдзи медленно положил ладонь на рукоять меча. В его глазах не было ни ненависти, ни гнева. Лишь спокойная решимость человека, который уже однажды поклялся защищать тех, кто не способен защитить себя сам.