Калейдоскоп проклятий

- Тэвон, ты уверен, что тем людям можно доверять? – проскрипел женский старческий голос. Его обладательница, представительная женщина лет семидесяти пяти, сидела в глубоком кресле, неторопливо попивая чай. Ее цепкий взгляд внимательно следил за тревожным мельтешанием внука по комнате. - Ты же сама советовала обратиться к шаману, бабушка. - Господин Ан раздраженно дернул головой. – Это мой ребенок. Я сделаю для него все, что в моих силах, и даже больше. - Не пытайся уйти от темы. - Женщина с громким стуком поставила красивую фарфоровую чашку на блюдце. Ее строгий взгляд буквально пригвождал к месту. – Можешь ли ты быть уверен, что они будут держать язык за зубами? Ты же прекрасно знаешь, что мой отец… - Я им ничего не говорил, - резко перебил мужчина, словно испугавшись, что даже глухие стены могут их услышать. – И не собираюсь. Если Ингель пойдет на поправку, я просто заплачу каждому ту баснословную сумму, которую обещал за командную работу. - Ты ведь раньше вообще не верил во все это, - ядовито усмехнулась дама. – Но посмотри на себя сейчас. Ты даже целый год прожил в окружении буддийских храмов, нелепо оправдывая это работой. - Раньше меня это не касалось, - Ан Тэвон не скрывал своего нарастающего раздражения. - Ошибаешься, - покачала головой пожилая женщина. – С первого дня рождения каждого из нас в этой семье это касалось нас всех. – Она задумчиво провела пальцем по тонкому ободку чашки. – Твой прадед не успокоится, пока не получит то, что хочет. Таким он был при жизни, таким он остался и после смерти. - Сожгу к чертовой матери его вместе с гробом! - яростно зашипел господин Ан. – Шаманы мимоходом упоминали, что есть и такой радикальный вариант. Быстрый и самый безопасный. - В таком случае он никогда не обретет покой и навсегда утратит связь с родом, - нахмурилась женщина. - Именно поэтому прадед больше не сможет навредить Ингелю, - некий мрачный восторг отразился на бледном лице господина Ана. - Знаешь, Тэвон, ты больше всех в нашей семье похож на своего прадеда, Ан Сэёна, - проскрипела пожилая дама. - Готов пойти на все ради желаемого. Перепишешь любые правила под себя и пойдешь на любую грязь, лишь бы сохранить свои тайны. Не знай я наверняка, что его душа до сих пор заперта в том гробу, я бы всерьез подумала, что ты - его реинкарнация. Ее морщинистые, сухие пальцы мерно выстукивали по подлокотнику кресла только им одним известный ритм. - Столько лет прошло, а вы все до сих пор его боитесь, - презрительно скривился мужчина. - Ты так говоришь только потому, что не знал его лично, - седовласая женщина посмотрела в окно. Ее глаза были полны скрытых, тяжелых воспоминаний. – И все же я считаю, что Ан Сэёна нужно по-человечески перезахоронить на нашем семейном кладбище. Так будет правильно. - Какое мне к черту дело вашему правильно-неправильно? – Ан Тэвон сорвался на крик, теряя остатки самообладания. – Мой сын прямо сейчас умирает из-за него. Из-за вас! Мужчина судорожно вздохнул, силой заставил себя успокоиться, и процедил сквозь зубы: - Это вам в свое время не хватило смелости пойти против эксцентричного старика, который давно сгнил в своей могиле. Но я не вы. Я доведу это дело до конца, чего бы мне это ни стоило. И да, ты права, мне плевать сколько и чем придется заплатить. - Тэвон впился яростным, безумным взглядом в бабушку. – У тебя было столько лет сделать все «правильно», но ты упустила свою возможность. Теперь моя очередь. Пожилая дама хотела было еще что-то сказать, но громкий, настойчивый стук в дверь заставил ее недовольно поджать губы. По всей видимости, пришли долгожданные гости. - Молодой господин, госпожа, - дворецкий, переступив порог, слегка склонил голову в знак уважения. – Прибыли господа Ким Тэхен и Ким Намджун. - Проводи их в гостиную, предложи чай, - Ан Тэвон резким, дерганным движением одернул рукава рубашки. – Я сейчас спущусь. Дворецкий бесшумно удалился. Несмотря на свой преклонный возраст, пожилая дама аккуратно поднялась с кресла и плавно, с истинно аристократической грацией, подошла к двери, упорно игнорирую яростный взгляд внука. На пороге она остановилась и обернулась. - Чего ты так смотришь? Я пойду с тобой. Мне всей душой интересно, что скажет нынешнее поколение шаманов. – Женщина на мгновение задумалась. – Я вижу, что ты не откажешься от своего безумного решения, поэтому не буду вмешиваться. Но оставлю за собой право правильно обыграть некоторые детали. В конце концов, от правильности их ритуала напрямую зависит наша безопасность. Глаза Ан Тэвона сощурились, но он угрюмо кивнул в спину уходящей бабушке. - Здравствуйте, - глухо поздоровался господин Ан, безуспешно пытаясь выдавить вежливую улыбку. Тэхен и Намджун, завидев вошедших хозяев огромного, давящего свои величием, особняка, плавно поднялись с мест, чтобы поприветствовать их. - Ради бога, оставьте бессмысленные церемонии. - Взмахнула рукой старая госпожа. – Вы пришли по делу, а не ради светской беседы. Кимы коротко переглянулись, но безропотно подчинились. Бабушка и внук, не глядя друг на друга, почти синхронно, идеально выверенными движениями опустились на роскошный диван прямо напротив шамана и геоманта. - Мое имя – Ан Ирэн. Я дочь того мертвеца, чью могилу вы собираетесь раскопать. - Женщина со строгим изяществом протянула ладонь для рукопожатия сначала Намджуну, а затем Тэхену. Мужчины последовали ее примеру и коротко представились в ответ. - Вчера вы побывали у Ингеля. – Ан Тэвон, искоса бросив взгляд на бабушку, крепко сцепил руки в замок перед собой. – Жена сказала, что сейчас ему значительно лучше. Спасибо. - Это лишь временная мера, - сухо отмахнулся Тэхен. – Пока мы не избавимся от первоисточника проклятия, все наши действия можно назвать лишь игрой в догонялки. Сейчас мы вырвались вперед, но кто знает, когда нам наступят на пятки. По лицу господина Ана пробежало что-то похожее на судорогу, а его бабушка, слегка прищурив ясные глаза, внимательно слушала каждое слово. - Мы предлагаем не затягивать с эксгумацией и перезахоронением, - в диалог вступил Намджун, доставая из кожаной папки карту города. – Мы подобрали три лучших места для вашего прадеда. Первые два-три года перезахоронения придется делать часто, пока покойный не успокоит свой голод. А дальше можно будет доставить Ан Сэёна на семейное кладбище. - Не стоит, - Ан Тэвон помешал Намджуну раскрыть карту на журнальном столике, разделявшем два дивана. – Мы приняли решение кремировать прадеда. Геомант на мгновение замер. Удивление не длилось долго – их команда не единожды сталкивалась с теми, кому проще предать все анафеме, чем медленно, но уверенно разбираться с последствиями. Словно они хотят сжечь последние мосты, соединяющие их с человеком, ополчившимся на свою семью. Намджун про себя раздосадовано цокнул языком. Не любил он заказчиков, у которых семь пятниц на неделе. Если бы господин Ан сразу сказал о своих планах, им с Чимином не пришлось бы до посинения спорить, выбирая лучшие места. Вместо того чтобы провести время с дочкой и женой, он всю прошлую ночь рылся в книгах, чтобы быть уверенным, что ничего не упустил. - Да, безусловно, такой вариант тоже возможен. – Тэхен наклонился вперед, упершись острым взглядом в господина Ана. – Кремация – это самый быстрый способ избавиться от родового проклятия. Так вы оборвете прямую связь Ан Сэёна со своим родом. Но не забывайте, что уничтожение тела огнем при незавершенных делах покойного может привести к худшим последствиям. Ваш прадед может начать жестоко мстить. Когда и как? Только ему самому и будет известно. - Есть ли способ избежать худшего? Может, просто уничтожить его душу? – заплетающимся языком предложил господин Ан. Плечо Ан Ирэн дернулось, будто она едва сдерживала себя, чтобы не оттаскать несносного внука за ухо. - Всегда есть способ, - вкрадчиво произнес Тэхен. - Я заплачу любые деньги. - Тэвон поджал губы, внимательно наблюдая за каждым движением шамана. - Дело не в деньгах, - устало выдохнул Тэхен, подавляя желание потереть виски. – Во-первых, это очень сложно и энергозатратно. Ритуал задабривания предков достаточно длительный. Он должен непрерывно продолжаться до тех пор, пока рабочие полностью не раскопают могилу и не достанут гроб из земли. Поскольку проклятие Ан Сэёна крайне агрессивное, чтобы наверняка обезопасить всех присутствующих во время ритуала, параллельно я должен провернуть отвлекающий маневр и сделать жертвоприношение. - Шаман тяжело вздохнул. – Вы лично не сталкивались ни с одним из этих ритуалов, поэтому не можете оценить сложность. Но поверьте мне на слово: провести два ритуала параллельно - это как пропахать сутки без перерыва. А если еще добавится кремация, то необходима еще одна связка: связывание души шаманом и насильное введение в круг перерождений. - Мы не можем нанять еще одного шамана? Чтобы он взял часть вашей работы на себя, - сквозь ровное выражение в глазах Ан Ирэн проступила рябь любопытства. - К сожалению, всю работу должен проводить один человек. – Тэхен покачал головой. – Во время первых двух ритуалов формируется связь между покойным и шаманом. Она необходима для последующего связывания душ. Если будет два шамана, то мертвец будет метаться между ними и в итоге не свяжется ни с одним. В комнате на несколько долгих, неподъемных мгновений воцарилась тишина. Тэхен с неким отстранённым интересом наблюдал, как в голове Ан Тэвона агрессивно работают шестеренки. - Во-вторых, перед кремацией проводится осмотр эксгумированных останков, - продолжил шаман. – Нужно вызвать специалистов и подождать, пока нам не выдадут разрешение на кремацию. Сколько времени это займет - неизвестно. Но за это время Ан Сэён может взбунтоваться, и тогда пиши пропало. - Вариант со вскрытием гроба нам категорически не подходит, - ровно произнесла Ан Ирэн. В ее голосе слышались многозначительные непреклонные нотки. Воздух в комнате похолодел, опутывая каждого присутствующего туманом напряжения. Каждый пытался заглянуть в мысли человека напротив, угадать следующее действие. Словно комната в роскошном особняке превратилась в шахматную доску. - Могу я узнать причину? – поинтересовался Тэхен, сощурив глаза. - Мой отец был жаден и эксцентричен, - обреченно покачала головой женщина. - Свои самые дорогие сокровища он приказал положить в гроб. Он так любил те вещи, что, даже теряя рассудок перед смертью, нашел шамана, который согласился наложить заклятие. Отец с гордостью потом рассказывал, что его сокровища останутся с ним даже после смерти, и каждый, кто попытается вскрыть гроб, умрет. Тэхен поджал губы, размышляя. Шаман ни в коем случае не мог наложить проклятие – это противоречит законам этого мира. Шаманы могут влиять на оскверненную душу, но у них нет способностей напрямую управлять Злой силой. Но если это был колдун, продавший душу за силу, то многое бы встало на свои места. - Поэтому могила столь неприметная? – задумчиво уточнил Намджун. – Чтобы никто даже и не думал ее разграбить. - Верно, - кивнула Ан Ирэн, разглаживая складку на юбке. - Тогда почему вы выбрали это место? Сказать по правде, более скверного расположения для могилы я не видел. – Тело Намджуна казалось расслабленным, но мрачный огонек в глазах выдавал его истинное отношение к ситуации. – Там даже святой человек превратится в мстительного призрака. - Я плохо разбираюсь в вашем ремесле, - мягко, словно уговаривая, произнесла старая госпожа. – Знаю только то, что тот шаман вместе с отцом выбирали то место. Намджун бросил короткий косой взгляд на шамана, чтобы подтвердить свои догадки – по всей видимости, они подумали об одном и том же. Пожилая дама слишком уж явно увиливает, словно боится, что ее трюк могут не заметить. Тэхен медленно моргнул, не отрывая взгляда от Анов. Старая госпожа сидела ровно и открыто смотрела на гостей, всем своим видом выражая готовность ответить на все вопросы. Ан Тэвон выглядел крайне недовольным, будто ему наступили на хвост. Его застывшие в болезненном напряжении плечи и пронзительные взгляды, брошенные исподтишка на бабушку, выдавали отчаянное желание вмешаться в разговор. Попытки Ан Тэвона скрыть свое недовольство были провальными. Видимо, мужчина истратил все свои силы на беспокойство за Ингеля, а Ан Ирэн пользовалась этим, выстраивая сцену так, как ей нужно. Тэхен улыбнулся краешком губ. - Могу я узнать имя того шамана? – качнул головой Тэхен, пытаясь избавиться от посторонних мыслей. - Его фамилия точно Ли. Это я хорошо помню. - Пожилая дама нахмурилась. – А имя… Имя Иян. Верно его звали Ли Иян. - Вы уверены? – выражение лица шамана застыло. - Да, этот мужчина неоднократно с нами ужинал после знакомства с отцом. У нас где-то есть совместная фотография. Если хотите, я могу поискать. - Буду признателен, - вежливо улыбнулся Тэхен, пряча в душе пронзительный холод. Нет такого шамана, который не знал бы имени Ли Ияна – великого человека, спасшего за свою короткую жизнь огромное множество живых душ. Его имя стало нарицательным. Люди, знавшие его, не скупились на рассказы о его подвигах, о его великой силе проводника между миром живых и мертвых. А младшее поколение возносило ему благодарности за то, что Ли Иян нашел время, чтобы из огромного множества томов создать один-единственный учебник, в котором простым языком написаны основы шаманизма. Шестеренки в голове Тэхена ожесточенно звенели. Мог ли великий шаман наложить проклятие? Об этом даже и речи не шло. Мог ли Ан Сэён взять с собой на тот свет поистине исключительный в своей силе предмет? Что это могло быть? Мог ли Ли Иян проглядеть диковинную вещицу, заряженную Злой силой? Или великий шаман, совершил наиглупейшую ошибку на пике своей карьеры и запер сильное проклятие в одном гробу с жадным стариком? Мужчина поджал губы. Пока самым вероятным казалось, что кто-то воспользовался именем великого человека, чтобы втереться в доверие к безумному старику. Размышления Тэхена прервал пронзительный крик, вскоре сменившийся зловещим хохотом. - Прошу прощения, – Ан Ирэн мучительно медленно вздохнула. – Это мой младший брат. После потери жены и всех своих детей, его рассудок повредился. - Не могли бы мы вернуться к обсуждению ритуала, - подал голос господин Ан. - Верно, что-то мы отвлеклись. – пожилая дама покачала головой, слегка улыбнувшись, словно ей доставляло удовольствие состояние внука. – Разрешение на кремацию без вскрытия гроба, правильно? Если я подсуечусь, то к вечеру мы получим все необходимые бумаги. Крайний срок – завтра утром. Как видите, это не проблема. - Женщина развела руками. – В таком случае вы сможете провести все необходимые ритуалы? Вам хватит сил? Тэхен на мгновение задумался. Сил ему точно хватит – однажды ему пришлось больше суток находиться в контакте с глубоко оскверненной проклятием душой. Тогда он выстоял, смог даже полностью развеять проклятие и отправить мертвеца в круг перерождений. Правда, пришлось столкнуться с последствиями своего безрассудства, но сейчас это не имело значения. Нужных людей они уже нашли, все необходимое для жертвоприношения приобрести не сложно, в крайнем случае можно спихнуть расходы на Анов. Остается только позвонить в похоронное бюро и договориться о кремации. - Хоть завтра, - хмыкнул шаман. Он заметил, как просветлело лицо Ан Тэвона. - Значит завтра, – Ан Ирэн уверенно кивнула. – Если вам что-то понадобится, не стесняйтесь обратиться к нам. В конце концов, жизнь Ингеля находится в ваших руках. Тэхен мысленно улыбнулся хватке этой женщины. - Ах да, хотел уточнить один момент, - уже прощаясь, вспомнил шаман. – Вашего отца многие ненавидели? Желали ему смерти? Намджун бросил острый взгляд на коллегу, а затем вернул внимание к Анам. Старая госпожа явно замялась, пока ее внук с мрачным удовольствием наблюдал за ее трудностями. - Как вы уже поняли, мой отец… мягко говоря он был тем еще подонком, - глухо отозвалась женщина, стараясь не смотреть никому в глаза. - Он ведь был членом партии, верно? – подал голос Намджун. – Слышал с ним пришло проститься много людей. - Да, людей было много, - мрачно кивнула Ан Ирэн. – Однако время, отведенное на прощание, они потратили на проклятия. Ненависть простого народа была столь сильна, что, уверена будь у них возможность, они бы изничтожили его тело. – Женщина скорбно улыбнулась. - Не могу сказать, что я их не понимаю. Намджун собирался продолжить расспросы, но старая госпожа не позволила. - Если позволите, я бы предпочла опустить эту часть его биографии, - покачала головой Ан Ирэн.

***

- Как-то все это слишком подозрительно, – Намджун потер тревожную складку между бровей, стоило дверям машины захлопнуться. - И не говори, - задумчиво протянул Тэхен, барабаня пальцами по бедру. Шаман сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить странное чувство. Внутри что-то зудело, металось, выло и просилось наружу, но тело оставалось неподвижным, скованным цепями. Несмотря на то, что это чувство полностью поглощало его мысли, оно не заставляло их лихорадочно метаться в тревоге. Наоборот, оно постепенно, но неотвратимо складывало картинку. Только вот не все детали подходили. Тэхен в глубокой задумчивости провел кончиками покалывающих пальцев по онемевшей ладони, спрятанной в черную кожу перчаток. Если взять все, что говорила Ан Ирэн, за правду, то велика вероятность, что душа Ан Сэёна слилась с проклятием, которое находилось в гробу. Возможно, не только это. Сокровища жадного старика тоже не должны быть простыми. Скорее всего, это были предметы, тесно связанные с потусторонним миром. Вот он - источник всех бед. Вот откуда такая сила у обычного родового проклятия. В голове шамана вспыхнула мысль о том, что в последний путь Ан Сэён шел, сопровождаемый плотными потоками проклятий простого народа. Если люди вышли, чтобы так поступить с мертвецом, тем, кто больше не должен иметь для них значения, то сколько же проклятий он получил при жизни? Уже с таким послужным списком можно запросто стать Злым духом. Вот здесь и заключена самая главная странность. Если Ан Сэён поглотил то, с чем лежал в гробу, коллективные проклятия, а затем и жизненную силу целой горы, то он запросто мог выбраться из могилы и творить бесчинства. Родовое проклятие для подобного уровня поглощения Злой силы - детский лепет. Так почему Ан Сэён остается в гробу? Точно не по своей воле. Тэхен хорошо помнил, что в иллюзии старик сказал, что хочет выбраться из своей могилы. Ан Сэёна что-то или кто-то сдерживает. Если предположить, что тем шаманом действительно был Ли Иян, то почему в его работе было столько грубых ошибок? Хотя бы то, что он позволил устроить публичное прощание, зная репутацию своего заказчика, вызывало растерянность. А то, что он наложил только один уровень защиты внутри гроба, игнорируя еще два, и вовсе ставило в тупик. Этому учат юных шаманов, как только они прикасаются к ремеслу, и повторяют из раза в раз. Невозможно, чтобы такой опытный человек, допустил столь глупые ошибки. А если предположить, что это был колдун, то какие цели он преследовал? Зачем ему искусственно создавать родовое проклятие? Или… Ан Сэён противился заговору колдуна, поэтому и пытался достучаться до родных? Но без гнева на свою семью родовое проклятие возникнуть не могло. С могилой старика все в порядке, место он сам выбрал, так чего он гневается на своих потомков? Что сделали или не сделали Аны? Тэхен затаил дыхание, боясь спугнуть мысль. Он вспомнил слова Чимина о том, что родовое проклятие Анов в большей степени связано с местом захоронения. А ведь точно, Ан Сэён похоронен глубоко на севере страны. Даже обладая весьма скудными знаниями в геомантии, шаман знал, насколько это губительно для мертвых. Знал ли об этом Ан Сэён? Скорее да, чем нет. Тэхен уверен: человек с его положением в обществе имел возможность десять раз перепроверить любую информацию, не прикладывая никаких усилий. Так почему он злится на свою семью? - Черт, - с досадой выругался Тэхен, откидываясь на спинку сидения. – Вопросов больше, чем ответов. - Надеюсь, чтобы благополучно закончить с этим делом, нам не понадобятся ответы, - с тихой обреченностью в голосе произнес Намджун, выезжая за территорию Анов. Тэхен уже открыл рот, чтобы что-то ответить, но тут же удивленно его захлопнул. Ему на бедро села мерцающая золотым светом бабочка. От нее исходило успокаивающее тепло, но шаман также почувствовал спрятанные в глубине грусть и смирение. Фамильяр. Но что он здесь делает? Кто его послал? Мужчина протянул руку, чтобы дотронуться до бабочки. Но стоило пальцам слабо коснуться крыла, как фамильяр рассыпался золотистым светом - тем же самым, что помог выбраться из иллюзии, когда дух Ан Сэёна его душил. Постойте… Ан Сэён смог заманить его в свое пространство и оставить доказательства физического воздействия – синяки на шее Тэхена. Он уже Злой дух. И похоже, его дочь об этом знает, поэтому так противится вскрытию гроба. Знает, что только он сдерживает ее отца. Чертова семейка. Почему он раньше этого не понял? Черт. - Ты уверен, что в состоянии завтра провести ритуал? – спросил Намджун, не отрывая глаз от дороги. Тэхен заторможено повернул к нему голову, понимая, что друг не видел золотую бабочку. Мужчине захотелось биться головой о стену – мозги скоро в трубочку свернуться. - Уверен, - все еще с долей оцепенения в голосе отозвался Тэхен. – Ты же знаешь, я крепкий. - Шаман устало прикрыл глаза. - Намджун, - спустя некоторое время слабым голосом позвал Тэхен позвал. – Нам нужно кое-что обсудить с Чимином. - А Чонгук? – Геомант бросил на друга короткий пронзительный взгляд. - С его нынешним уровнем он сразу все понял, - Тэхен в раздражении провел рукой по волосам. – И ничего не сказал, придурок. Терпеть его не могу. Зачем вообще я попросил его о помощи, если от него никакой пользы? – в сердцах бросил шаман. Намджун, тихо фыркнув, слабо покачал головой. Он прекрасно понимал, что Тэхен злится не на Чонгука, а на самого себя.