К Звёздам и Бездне

Воткнувшаяся в землю в метре перед нами стрела вынудила нас резко остановиться. Я сперва с немалым удивлением посмотрел на стрелу, а после с любопытством осмотрел два заросших деревьями холма, между которыми и проходил тракт, следуя по которому мы с Дэхьей планировали добраться аж до столицы Сумеру. Возвышенности были покрыты слишком густой растительностью, но я ничего не обнаружил. И неудивительно, если подумать: в Сумеру всё было покрыто слишком густой растительностью — это визитная карточка этого региона, густая растительность. Впрочем, подобного нельзя было сказать о наёмнице, которая одной рукой уже касалась рукояти меча, а второй напряжённо указывала вперёд, на ствол одного из деревьев. И, проследив за её взглядом, я тоже заметил, на что именно она смотрела: там, среди листвы, выделялся под лучом света блеск металлического наконечника готовой сорваться в полёт стрелы. А между тем глаза Дэхьи уже не смотрели на обнаруженного сидящего в засаде лучника: её взгляд метался по сторонам, пока губы негромко шептали себе под нос: — Один, два, три... шесть... десять... Она напряжённо считала количество поджидавших нас на этом участке дороги бандитов. Десять? Ух ты. Десять — это много, особенно для нас двоих. Ведь так? — Нас будут грабить? Скажи, что нас будут грабить, Дэхья. Меня, между прочим, впервые будут грабить в Сумеру. Это так захватывающе! Судя по её косому взгляду в ответ, женщина не разделяла моего энтузиазма. — Мне кажется, у тебя совсем не та реакция на появившуюся у нас проблему, — почти вздохнула она, судя по её тону. Но я тут же решил поправить её. — Нет-нет, Дэхья, — отрицательно покачал головой я. — Моя реакция как раз правильная, это просто ты ошибаешься. — И я решил пояснить, в чём именно она была не права. — Это не у нас появилась проблема, — я помахал указательным пальцем между нами, указывая то на себя, то на неё, — это у тебя появилась проблема, которую ты должна решить. В конце концов, я что, зря отдал тебе столько моры? Что ж, Дэхья решила никак не комментировать моё весьма разумное замечание. Хотя бы потому, что впереди на дорогу вышел крупный мужчина в компании ещё двух за спиной и направился нам навстречу, держа руки на рукоятях торчащих на поясе мечей. — Молчи, я буду говорить, — сказала она, шагая вперёд и слегка ударяя меня тыльной стороной кулака в грудь, чтобы я сделал ещё шаг назад, за её спину. — Если ты за один удар снесёшь им троим головы, то я накину к твоему счёту десять тысяч премии, — пообещал я ей. — Я не хочу с ними драться, — она явно не оценила мой намёк, что нам не избежать драки. — И велик шанс, что не придётся. Я мог понять её. Даже если она наёмница и зарабатывает на жизнь, продавая свой меч, она не была обязана хвататься за него при малейшем намёке на опасность или же потому, что так захотелось её клиенту. Особенно когда можно было обойтись и не доставать оружие. Всё же любое сражение — риск, неважно, насколько ты хорош. И хорошего наёмника от плохого отличает умение сводить такой риск к минимуму. То есть если, как сейчас, можно договориться и обойтись небольшой взяткой, то Дэхья даст взятку и будет считать это своей победой. — Это не «нет», — усмехнулся я, оставляя своё предыдущее предложение на столе. — Просто не мешай мне, — бросила Дэхья, повторяя ранее сказанные слова. Я послушно поднял ладони, показывая, что весь — само послушание. Главарь троицы тем временем подошёл ещё ближе. Мужик был широкоплечий, заросший до самых глаз, с лицом, которое словно специально вырезали из дерева тупым ножом. Два его приятеля держались на полшага позади, стараясь выглядеть столь же уверенно, но им недоставало ни роста, ни той тяжёлой, нарочитой медлительности, с помощью которой их вожак, видимо, привык действовать. — Дальше дорога платная, — заявил он наконец, остановившись шагах в десяти от нас. — Кто хочет пройти целым, платит. — Надо же, — хмыкнул я у неё за спиной. — А я-то думал, тракт государственный. Дэхья даже не обернулась. — Я же сказала: молчи. Потом, уже глядя только на разбойников, ровным тоном произнесла: — Мы не ищем неприятностей. Назови цену, и разойдёмся мирно. Главарь сощурился. Ему, похоже, не слишком понравилось, что говорить с ним вышла именно женщина, да ещё и без признаков страха в голосе. — Ах, приятно иметь дело с понимающим ситуацию человеком, — осклабился он. — Мне нравятся такие люди. Тогда слушай внимательно: оружие оставляете при себе — мне лень тащить ваш хлам, а кошельки, ценности и всё, что есть стоящего в поклаже, отдаёте нам. И идёте дальше, пока я добрый. Дэхья фыркнула так, будто услышала плохую шутку. А щердрость в отношении оружия, хпф, как будто кто-то в своём уме останется безуоружным в окружении разбойников. — Щедрое предложение. Но нет. Могу дать немного моры за беспокойство, и на этом закончим. Стоявший слева от главаря бандит сплюнул себе под ноги. — Немного? Да ты, девка, похоже, не поняла, кто тут диктует условия. Глаза Дэхьи сощурились на влезшем в разговор подхалиме главаря. — А ты, похоже, не понял, как редко тебе дают возможность уйти с прибылью, не подняв и пальца, — всё так же, сохраняя собранное спокойствие и уверенность, ответила Дэхья. — К тому же я не с тобой веду разговор, если ты не заметил. — Она вновь посмотрела на главного мужчину. Главарь перевёл взгляд с неё на меня. Видимо, оценивал, насколько опасен второй путник. Я не стал мешать ему делать неправильные выводы и просто стоял с самым праздным видом, словно всё происходящее не касалось меня вовсе. — Твой дружок больно спокойный, — заметил он. — А ему и не нужно волноваться, ведь мы все здесь разумные люди и сумеем найти общий язык, выгодный обеим сторонам. Не так ли? — голос Дэхьи стал холоднее. — Да, разумные. Вот только, если мне не изменяет память, а она мне не изменяет, я уже озвучил своё разумное и выгодное, как я его вижу, предложение. А ты отказалась. — Я не отказалась, я предложила согласовать интересы обеих сторон. — Ха, согласовать! Чего тут согласовывать? Вас тут двое, а нас... нас значительно больше. Понимаешь, к чему я веду? — главарь смотрел сверху вниз на Дэхью, пользуясь своим ростом. В ответ она оглядела его, двух его людей за спиной, а затем прошлась взглядом по деревьям по обе стороны дороги, в которых засела оставшаяся часть банды. Её рука показательно легла на рукоять меча. — Да, вас больше. И да, если полезете всей толпой, шансы у вас хорошие. Но прежде чем радоваться числу, посмотри, кто именно сейчас стоит прямо передо мной — вы трое. И если вы так хотите начать драку, то обещаю: я вцеплюсь в вас так, что кто-то из вас троих ляжет здесь насовсем. И только если вы ощущаете себя удивительно удачливыми ублюдками и вам несказанно повезёт, в лучшем случае кто-то отделается рукой или ногой. Но ведь и такого прощального подарка от меня такому везунчику будет достаточно, не так ли? Моя мора действительно стоит чьей-то крови? Двое за спиной главаря переглянулись и прыснули со смеху. Сам он тоже осклабился, неспешно окинув Дэхью взглядом с головы до ног, словно прикидывал, сколько в ней на самом деле угрозы, а сколько просто упрямства. — Слыхали? — бросил он через плечо, не скрывая насмешки. — Она не простая деваха, она, если что, калечить нас собралась. Смешки за его спиной стали громче, но ненадолго. Главарь поднял ладонь, и его люди почти сразу заткнулись. Он снова посмотрел на Дэхью, уже внимательнее. Онане сводя взгляда с главаря продолжила, почти буднично: — Ты же не дурак, так не прикидывайся им. Своими глазами прекрасно видишь, что я не болтливая курица и не перепуганная девка с дороги. Я наёмница из пустыни. — Её одежда действительно выдавала в ней не местную, вернее, ту, кто пришла из пустыни, и мужчина нахмурил брови, признавая правдивость её слов. — Слышал небось, что о нас рассказывают в тавернах? Не все пьяные байки — небылицы. Так что не обманывай себя, принимая мои слова за пустую браваду. Я не упаду легко. Дэхья стояла на своём. И, видимо, то спокойствие, та уверенность, с которой она стояла на своём, подействовали на лидера шайки. Он несколько секунд буравил не поддающуюся его взгляду наёмницу, после чего скрестил руки на груди. — Смелая ты. Или глупая. — В моём деле одно часто принимают за другое, — спокойно ответила Дэхья. — И всё же вас всего двое, — он качнул головой в мою сторону. — А нас побольше будет. — Я заметила, — сухо сказала она. — Но вам ведь нужны деньги, а не драка ради драки. Если бы вам хотелось просто резни, вы бы не стреляли в землю перед нами, а сразу целились в горло. Главарь чуть заметно сощурился. — Значит, признаёшь, что мы вас держим за горло? — с ленивой ухмылкой спросил он. — Нет, — ответила Дэхья. — Я признаю, что ты пока ещё пытаешься выглядеть умнее, чем есть. Ты хочешь взять своё без риска. Я предлагаю тебе способ сделать это. Но если начнёшь жадничать, рисков станет больше. Она чуть сместила ладонь ближе к рукояти меча. Совсем немного, как жест напоминания. — Ты сказал, дорога платная? Хорошо. Я готова это уважить. Но ты тоже уважай простую мысль: чем выше цена, тем выше шанс, что платить за неё придётся уже не морой. Главарь смотрел на неё дольше прежнего. Не потому, что испугался. Нет. Просто пытался решить, где заканчивается её уверенность и начинается блеф. И, думаю, именно это ему не нравилось больше всего: Дэхья не вела себя как человек, которого загнали в угол. Она вела себя как человек, который заранее принял возможность драки и уже мысленно выбрал, кого именно утащит за собой, если всё пойдёт плохо. Наконец он усмехнулся краем рта. — Ладно, наёмница. Допустим, ты меня убедила, что хлопот от тебя будет больше, чем обычно. Так сколько ты готова отдать, чтобы мы с ребятами сочли себя сегодня великодушными? — Достаточно, чтобы не считать день потерянным, но недостаточно, чтобы вы решили, будто наткнулись на сундук с сокровищами. — Хорошо, так и быть, — протянул он. — Давай послушаем, что ты хочешь предложить взамен. Только помни: дорога платная, и цены нынче немалые. Дэхья не спешила отвечать, обдумывая сколько она может себе позволить потерять. — Кошелёк или даже половину кошелька вы не получите, даже не мечтайте, — сказала она наконец. — Но треть? Почему бы нет. Я готова заплатить достаточно, чтобы вы могли считать эту встречу удачной и при этом не испытывать судьбу, а мы не оказались разорены. — Нет, треть мало, две пятых минимум, — прищурился главарь. — Две пятых, но только у меня, у моего клиента — только треть. Согласен? Главарь почесал щетинистую щёку, изображая раздумье. На несколько долгих секунд повисло молчание. Потом главарь медленно кивнул, словно решился на очень неприятную, но разумную уступку. — Ладно, — сказал он. — Две пятых всего твоего и только треть его, — палец мужчины ткнул за спину Дэхьи, в меня. — Я был разумен, как ты и хотела, так? — Более чем. Приятно иметь дело с умным человеком, — усмехнулась наёмница. Вот только её улыбка была фальшивой. И не потому, что её, по сути, грабили, просто вежливо, а потому, что слишком легко главарь банды из двенадцати вооружённых мужиков, загнавших на тракте двоих путников в удобную засаду, согласился на её сделку. Слишком быстро и слишком гладко шли их «переговоры». Они даже не угрожали зарезать друг друга и не наставляли один на другого оружие. Глаза Дэхьи вновь пробежались по всей этой засаде: трое впереди, девять в кустах и на склонах, два лука справа, три слева, ещё несколько человек ниже, среди корней и густой травы. Её чутьё говорило ей... — Ты говорил, что дашь мне премию?! ...что никакой сделки не будет. Я улыбнулся. — Она вся твоя, если— Договорить я не успел. Дэхья сорвалась с места быстрее, чем закончилась фраза, быстрее, чем кто-либо успел моргнуть. Она уже стояла рядом с главарём разбойников и его подчинёнными. Меч в её руках к тому времени уже пылал ярким и обжигающим пламенем. Она крутанулась вокруг своей оси на одной ноге — стремительный взмах, и двое из троицы даже не успели понять, что уже мертвы. Сталь прошла сквозь их шеи с такой лёгкостью, будто резала не плоть и кость, а промокший хлеб. А третьему, самому дальнему разбойнику, стоявшему далеко за пределами досягаемости клинка Дэхьи, удача не улыбнулась: ему сегодня не повезло — огненный след, продолжение клинка из чистого пламени, тем же единым росчерком снял и его голову с плеч. Тела ещё только начинали заваливаться в пыль, а фигуру Дэхьи уже окутал покров пламени, словно доспех, подобно тому, как огонь окутывал её меч, превратив её в движущийся костёр с человеческими очертаниями. Она бросилась в деревья по обе стороны дороги, к ближайшим к ней разбойникам в засаде, которые ещё не успели мысленно обработать смерть своего лидера и подельников. И вот тогда началось настоящее веселье. — Отойд... Аааргх! — заорал кто-то из листвы, и в этом вопле было столько искреннего ужаса, что я невольно проникся. Ближайшего засевшего в подлеске разбойника она достигла в один прыжок. Меч вспыхнул дугой и распорол человека от ключицы до пояса. Второй, сидевший чуть выше по склону, успел поднять лук только для того, чтобы пылающий кулак впечатался ему в лицо раньше, чем пальцы натянули тетиву. Я даже отсюда услышал, как хрустнула кость. Наконец-то до них дошло, что число — не всегда преимущество. Слева в кустах кто-то выкрикнул ругательство. Справа сорвались сразу три стрелы. Первая ударила Дэхью в плечо — и отскочила, осыпавшись искрами, будто врезалась не в тело, а в раскалённый металл. Вторую она отбила не глядя, мимолётным движением клинка. Третья ушла мимо, вонзилась в ствол дерева и задрожала там так жалобно, словно сама уже поняла, что выбрала не ту сторону. А тем временем Дэхья уже была среди второй группы лучников. Дэхья не дала им времени перестроиться. Она двигалась слишком быстро. Для обычного глаза — почти рывками, вспышками огня из одного места в другое. Каждый её шаг был выверен, каждый поворот корпуса — экономен. Ни одного лишнего движения и никакой ярости ради ярости. Просто наёмница, которая секунду назад хотела избежать драки, а теперь вынужденно делала то, что умела лучше всего. Ещё две стрелы сорвались с правого холма. Одну она отбила на излёте, вторая попала ей в бок и, вспыхнув, отлетела прочь, не сумев пройти сквозь огненный покров. Следом на неё выскочил мужик с кривой саблей и круглым щитом, очевидно решивший, что ближний бой даст ему больше шансов. Дэхья позволила ему приблизиться на расстояние удара, шагнула навстречу и с такой силой ударила пылающим клинком по щиту, что тот треснул пополам, а сам разбойник рухнул на колени с переломанной рукой ещё прежде, чем понял, что происходит. Вторым движением она распорола ему горло. Слева с криком бросились сразу двое. Один попытался достать её копьём, другой — зайти со спины. Копьё сгорело на середине древка, едва коснувшись языков пламени, окутавших её тело. Второго она встретила разворотом и подсечкой, после чего просто вбила клинок ему в грудь сверху вниз, пригвоздив к земле. Первый успел увидеть только, как она уже разворачивается к нему. Потом вспыхнул он сам. — Бежим! — заорал кто-то уже безо всякой бравады. Разумная мысль. Поздновато, правда. Двое сорвались вниз по обратной стороне холма. Третий бросил оружие и рванул в заросли, надеясь, видимо, что лес спасает не только путников, но и идиотов. Дэхья в два прыжка настигла ближайшего. Удар под колено, разворот, рубящий — и ещё одно тело осталось лежать в траве. Последние трое пытались отстреливаться на бегу. Без толку. Один промахнулся так, что стрела ушла куда-то в кроны деревьев. Второй пустил свою слишком рано и попал товарищу в плечо. Третий, кажется, просто молился любому божеству, готовому принять срочную заявку на спасение. Не помогло никому. Дэхья догнала первого и срубила его наискось от шеи к рёбрам. Второго встретила кулаком в лицо — огонь вспыхнул, и тот с воплем покатился вниз по склону, тщетно пытаясь сбить пламя с одежды. Третий оказался самым везучим: он успел сделать ещё шагов десять, прежде чем удлинённый пылающий след её клинка настиг его со спины и аккуратно отделил голову от тела. И всё. Тишина вернулась так же резко, как исчезла. Только несколько стрел всё ещё дрожали в земле, да с листьев где-то наверху лениво сыпались сбитые во время драки ветки. Дэхья стояла посреди тракта, медленно выдыхая. Пламя вокруг неё гасло, сходя с тела рыжими языками, будто само нехотя признавало, что больше никого жечь не придётся. Дюжина человек за дюжину секунд. Я, со своей стороны, мог лишь вежливо похлопать. — Великолепно. Особенно начало — это было красиво. — Три головы за один удар, пламенный удар, ещё бы это не было красиво. — Премия твоя, как и обещано. Дэхья повернула голову в мою сторону. На лице у неё застыло уже знакомое выражение: смесь раздражения, усталости и мрачного удовлетворения человека, которого вынудили поработать сверхурочно. — Не могу поверить, что ты радуешься всему этому, как ребёнок новой игрушке, — бросила она, подходя ближе. — И снова ты ошиблась. Я не радуюсь резне, я радуюсь тому, какая ты чудовищно хороша в своей работе. Моя кровавым потом тяжко заработанная мора ушла не на воздух, — пояснил я ей. — Знаешь, удивительно, что ты вообще решила торговаться. Она фыркнула и оглянулась на усеянный телами тракт. — Я же говорила, что не хочу драки. — Но, к счастью, тебя не послушали, — усмехнулся я, подбрасывая кошель с морой, в котором, конечно, не было десяти тысяч, но было три. — Считай, что они просто решили обеспечить тебя новой косметикой. Купишь себе что-то, способное выдержать небольшой дождик. Припомнил я жалобы наёмницы на дождливый лес, смывший, как она утверждала, очень дорогой макияж. — Здесь не всё, — указала она на очевидное, поймав кошель и пробуя его вес. — Придём в город, я обменяю драгоценности. У меня нет столько монет сейчас... На самом деле у меня вообще больше нет монет. — Тут я задумался. — Эй, Дэхья, одолжишь мне сотню-другую в ближайшем поселении? У меня сейчас нечем платить за еду. Я признал своё крайне плачевное положение. Дэхья же наградила меня косым взглядом, в котором, как обычно, смешались усталость, осуждение и смирение человека, понявшего, что путешествует с не самым предусмотрительным человеком. — Нет, — сказала она. — Ну Дэхья! — умолял я. — Не дай своему нанимателю умереть с голоду! — Питайся травой. Её полно вокруг, и, самое главное, она бесплатная. — И всё же, несмотря на свои резкие слова, она вынула несколько монет из ранее брошенного кошеля и кинула их мне. — Вернёшь с процентами. — Конечно-конечно! — заверил я её. - Ты лучшая, самая добрая наёмница, которую я когда-либо встречал! Спустя десять минут наёмница закончила осмотр последнего тела на земле. Всё, что было на мёртвых разбойниках, по всем правилам и традициям принадлежало ей, и я не мог, да и не хотел, претендовать на её честно добытые трофеи. И вот, когда она закончила, мы двинулись дальше к Сумеру. Я ещё не посетил столицу, которую мне красочно расхваливала Дэхья, но, честно говоря, уже сейчас сама прогулка в сторону столицы Сумеру оправдывала себя. А что будет, когда мы посетим саму столицу? Впрочем, что бы там ни было, мне кажется, я не буду разочарован.