Часть 20. Think outside the oval
25 июня 2026 г., 00:00
Том выполз из машины, едва удержавшись на ногах. Камаро не смогла даже выйти на общепринятый круг почёта, грустно доковыляв до линии осмотра и остановившись около беснующегося из-за проигрыша Драко. От его комбинезона в прохладный после дождя воздух валил пар. Когда ты за рулём, не замечаешь, как быстро машина выдаёт плюс сорок пять внутри салона, но сразу после финиша жар становится нестерпимым. Особенно, если начинает дымиться двигатель.
К машине уже подбежали члены его команды и на всякий случай залили двигатель пеной из огнетушителя. Было ясно, что дальше машина сама не поедет. Никогда.
Геллерт уже ждал его. Первым делом, когда Риддл снял шлем, он влепил ему смачный подзатыльник, чуть не снёссший парня с ног.
— Какого ёбаного хрена я сейчас наблюдал, а?
— Я тоже рад вас видеть, Док, — примирительно сказал Том, потирая место удара. Ему пора прекращать снимать этот шлем, ибо намечалась нехорошая тенденция. Перед глазами всё слегка качалось от накатившей горькой эйфории. Ему хотелось одновременно плакать и смеяться. Скоро должна была подойти комиссия для проверки машин, но, видимо, они задерживались в боксе, куда оттащили «Тойоту» Локонса.
— Ты там мог сдохнуть! — всё ещё возмущался Гриндевальд. — А что было в начале гонки? Позорище какое-то. Ты всегда так водил или это после наших с тобой занятий началось?
Том всё-таки выбрал рассмеяться. Нестерпимо хотелось пить. А ещё лучше — пропустить награждение, дойти до дома и лечь спать. Где же эти проверяющие?
— А вы приехали из Аризоны только чтобы меня обматерить, да? Или вам здесь курить запретили и вы потому такой злой? — спросил он устало, скрестив руки на груди, чтобы не было видно, как они дрожат.
— Нет, я злой потому, что меня кто-то серьёзно заебал, — торжественно заявил Гриндевальд.
Риддл изогнул одну бровь, но спросить ничего не успел. Док просто махнул рукой в сторону выхода к боксам и раздевалкам. Сначала Том заметил только знакомую зелёную олимпийку и растрёпанные волосы.
— Этот заёбушек дико переживает, что ты решишь его избить, раз он тебя столько игнорировал, — Геллерт рассматривал отнятую у кого-то из механиков систему электронного нагрева табака, раздумывая, как же её включать.
Том забрал прибор и ткнул на нужную кнопку, всё ещё не отрывая взгляда от стоящего поодаль парня, который не решался поднять голову.
Риддл не мог понять, что он сейчас чувствует. Это была странная смесь радости, облегчения, обиды и злости.
— Вот спасибо, — Гриндевальд довольно затянулся. — Так что сильно его не колоти, говорят, в его городе только один врач, и тот сегодня не на рабочем месте.
Том кивнул и уже хотел пойти в сторону Поттера, как ему в грудь ткнули планшетом с какими-то бумагами, украшенными логотипом «Бриолина». Он даже не заметил, как вокруг них собралась приличная толпа, кричащая поздравления и задающая вопросы про тот трюк с отбойником.
— Это надо подписать прямо сейчас, — какая-то всклокоченная женщина, похожая на подбитую током мышь, требовала его подпись. Риддл машинально взял ручку и уже хотел подписать там, где ему сказали, как планшет вместе с бумагами отняли.
— Вы что творите? — запищала женщина, ещё больше походя на грызуна.
— Потом подпишешь, иди уже. Мне сериал заканчивать надо, — махнул ему рукой Док.
Том развернулся и, не медля больше ни секунды, пошёл в сторону помещений. Забавно, но руки мгновенно перестали дрожать, а походка стала твёрже. В этой жизни его вряд ли хоть что-то могло бы ещё напугать.
— Привет, поздравляю с победой, — тихо сказал Гарри, всё же не смотря в глаза, когда почувствовал, как на него упала чужая тень.
Морально он готовился к любому исходу событий, ведь только перед рассветом в машине где-то между Аризоной и Калифорнией он понял одну очень важную вещь.
Он завёлся как последняя истеричка и набросился на парня, который толком ему ничего не обещал. Риддл не клялся в верности или что будет любить только его. Не говорил ничего такого, что можно было воспринять в таком ключе. И все эти обязанности на него навесил сам Гарри в своём воображении. А Риддл был просто парнем, который проявил к нему симпатию.
Когда осознание догнало его, он долго пялился в окно, пытаясь понять, что Том ему обещал на самом деле, а что было выдумкой. Если так задуматься, то даже звонки на протяжении стольких дней каждый вечер уже были чем-то, что Риддл не обязан был делать после той отвратительной сцены.
Но он делал.
— Геллерт, — обратился тогда парень к сидящему в водительском трансе мужчине, — он ведь вмажет мне, когда увидит, да?
— А ты считаешь, есть за что? — спросил Док, не отрываясь от дороги.
Гарри кивнул.
— Ну, значит, вмажет, — Гриндевальд вчитался в указатель на краю дороги. — Но если захочешь, я попрошу его ничего тебе не ломать.
Наверное, именно из-за этого разговора Гарри и решил увидеться с Томом на людях. Это было трусливо, но он ничего не мог с собой поделать. На публике Риддл его точно не ударит.
Риддл ничего не ответил на приветствие. Его рука дёрнулась, как будто он хотел обхватить парня за плечи, но потом резко передумал. Вместо этого самыми кончиками большого и указательного пальцев он ухватился за рукав кофты и несильно потянул Гарри за собой.
«Ему просто противно тебя касаться», — мелькнуло в голове.
— Идём, — бросил он, открывая дверь в служебные помещения.
Поттер напрягся и даже достал свободной рукой из кармана диктофон, который носил на все немногочисленные судебные заседания в своей жизни. Том провёл его в раздевалки. Было заметно, что дыхание даже от быстрого шага сбилось куда сильнее, чем должно.
— Том, я хотел извиниться, — сбивчиво начал Гарри. — Я не должен был на тебя ни кричать, ни тем более поднимать руку…
Но Риддл, казалось, его не слушал. Он осторожно, как слепой, наощупь открыл один из шкафчиков и, покопавшись внутри, достал мобильный телефон. Несколько раз попытавшись ввести пароль, он разблокировал его едва попадая по клавишам. А затем открыл почту, какой-то диалог и протянул телефон Поттеру.
Гарри всё-таки поднял на него глаза с вопросом. Когда он был так близко, можно было разглядеть синяки под глазами Тома, уже почти сошедший желтоватый синяк на правой скуле и потрескавшиеся от обезвоживания губы. Это выглядело как правдоподобный грим для фильма о зомби-апокалипсисе.
— Бери и читай, — сказал Риддл чужим глухим голосом, всучив телефон в руки Поттера. Он достал из верхнего отделения бутылку с каким-то мутным напитком и отхлебнул, прислонившись к шкафчикам. Ноги его больше не держали.
Это была переписка с некой Барбарой Робертс, датированная прошлым четвергом.
«Уважаемая Барбара! Фотография вашей сестры доставила мне значительные неудобства, в том числе из-за той редактуры, которой она подверглась. Прошу предоставить оригинал этой фотографии и проследить, чтобы ваша сестра не занималась подобным впредь».
В ответ следовало множество извинений, заверений в ужесточении воспитания и файл с фотографией. Гарри уже догадывался, что там увидит, но всё равно открыл его.
На фотографии Том действительно довольно улыбался, пока его целовала девушка. Но на руках у него сидела девочка помладше, лет пяти, а сбоку стояла ещё одна, уже начавшая хмурить брови девушка постарше.
Фотография была более милой и абсурдной, чем Поттер мог себе представить.
Увидев, что Гарри дочитал, Том забрал телефон из его рук и убрал обратно в шкафчик.
— Теперь ты мне веришь? — спросил он всё ещё глухо, сделав ударение на первом слове. Том снова прислонился спиной к дверцам и отпил ещё странной жидкости, пахнущей чем-то цитрусовым.
Поттер кивнул, опуская руки. Теперь он не просто верил, а действительно чувствовал себя последним мудаком. Даже ещё большим мудаком, чем когда Док объяснял ему особенности психологической подготовки гонщиков.
Он уже открыл рот, чтобы заговорить и снова начать извиняться, как его опередили:
— Вот ты где, придурок!
Рука Гарри автоматически дёрнулась, и он обернулся, увидев в дверях беловолосого гонщика в серебристо-зелёной форме. Он тоже выглядел загнанно, но в глазах горел дикий огонь. Видимо, это и был Драко Малфой.
— Если ты думаешь, что кубок достанется тебе просто потому, что ты сразу сбежал после пересечения финишной черты, то ты дико ошибаешься! Мой отец…
— Да почему мне постоянно твердят, что я ошибаюсь? — тон Риддла мгновенно сменился на более дерзкий и угрожающий. Он небрежно оттолкнулся от шкафчиков и сделал пару шагов вперёд, закрывая Гарри от Малфоя. Если бы не уставшее лицо, он бы выглядел как профессиональный хулиган на разборках, — Ну и что такого мне сделает твой отец, Драко? Выкупит кубок, чтобы деточка порадовалась?
— Ах ты… — ярость Малфоя была видна невооружённым глазом. — Мой отец обратит внимание маршалов на состояние твоей машины, шлюший ты выблядок. Он заплатил им достаточно, чтобы они видели именно то, что нужно. И даже твоя отсутствующая гайка — а поверь, я пересчитал их все — станет поводом для рестарта.
— И что с того? Тебе не вытянуть ещё одну гонку, Драко, — наклонился к нему, как к маленькому ребёнку, Риддл. — Ты слабак, который и сейчас-то едва выжил на этих девяноста кругах.
— Я знаю, что ты мразь, не надо доказывать, — расхохотался Драко, а потом притянул Тома к себе поближе за ворот. — Вот только твою машину дисквалифицируют за состояние кузова и из-за незакреплённого колеса, подонок. Она даже на металлолом сейчас не пойдёт.
Они практически рычали друг на друга, когда в их конфликт вмешался третий участник:
— Мистер Малфой, я полагаю? — Гарри выглянул из-за спины Тома и снова нацепил на себя маску взрослого и ответственного адвоката, который выиграл не одно дело. — Можете не продолжать, вы сказали достаточно. Я с удовольствием составлю досудебную претензию и направлю вашему отцу.
С этими словами Поттер разжал кулак блондина на вороте Тома и осторожно отодвинул их друг от друга, встав между.
— А ты ещё что за блядь такая? — наконец обратил внимание на очкастое нечто в помятой футболке Драко. — Ты не можешь вытерпеть и полдня, чтобы не трахнуть какую-нибудь шлюху, Риддл? Они делают тебе скидку или ты потом телом в борделе отрабатываешь?
— Я адвокат мистера Риддла, очень приятно познакомиться. И спасибо, иск за оскорбление чести и достоинства я тоже подам, — спокойно ответил Поттер, поправляя очки. Ссориться с Малфоем было очень удобно из-за отсутствия разницы в росте. А ещё удобнее было бы сломать нос…
— У «Бриолина» денег даже на замену мотора нет, детка, не то что не адвоката, — ухмыльнулся Малфой. — Не пизди.
— Но я не имею отношения к «Бриолину», мистер Малфой. Я личный адвокат мистера Риддла, — вернул улыбку Гарри. — И я набрал на вас уже достаточно интересного компромата: дача взятки в особо крупном размере, оскорбление чиновника, находящегося при исполнении, публичные оскорбления и унижение чести и достоинства... Мне продолжать? Как долго вы и ваш отец будете сидеть за решеткой за все эти несомненно тяжкие преступления, а, мистер Малфой?
Он демонстративно щёлкнул кнопкой диктофона, выключая запись. Драко побледнел и быстрым шагом направился к выходу, бросив на ходу:
— Даже руки о вас марать не хочется.
— И как ты ещё его не придушил? — спросил Гарри, глядя вслед удалившемуся блондину.
Риддл не ответил. Поттер вздохнул и развернулся к нему лицом.
— Том, прости, пожалуйста…
Но договорить ему не дали. Одной рукой его притянули за талию, а второй зарылись в растрёпанные волосы, прижимая изо всех сил. Гарри не выдержал такой ласки и всхлипнул.
— Том...
Риддл лишь покачал головой и уткнулся Гарри в плечо. С момента ухода Малфоя он как будто стал меньше ростом. Поттер чувствовал жар от тела парня даже через комбинезон и как гонщика бьёт мелкая дрожь. Он протянул руки и обхватил Тома за талию, позволяя на себя опереться.
Сейчас Риддл пах сгоревшими покрышками, бензином и машинным маслом. Но Гарри уже давно не было так спокойно от этих запахов. Он принял правила игры. Поговорить можно и потом.
В коридоре хлопнула дверь.
— Том! — истерично заорал кто-то из механиков Бриолина. — Там Малфой на рестарте настаивает! Маршалы почти согласились!
Риддл вздохнул и со стоном выпрямился, разжимая объятия.
— Я иду, — крикнул он в сторону коридора и медленно направился на выход.
Гарри, не думая ни секунды, рванул следом. Он едва не клюнул носом, споткнувшись о порог раздевалки, на что впереди раздался тихий смех Тома.
***
— Такое поведение недопустимо! Оно ставит под вопрос безопасность и участников, и зрителей! — распинался перед толпой людей в форме длинноволосый мужчина. — А если бы там были трибуны? Осколки точно прошли бы защитную сетку и полетели в публику. Том тяжело вздохнул. Ещё немного и он пойдет и ляжет под какую-нибудь машину, чтобы его переехали к чертям собачьим, лишь бы так не мучаться. Но вперёд неожиданно вылез его воробышек. Он без тени смущения раздвинул собравшихся полукругом вокруг «Шевроле» маршалов и подошёл к мужчине. — Знаете, я бы хотел дать вам кое-что послушать, мистер Малфой, — с милейшей улыбкой проговорил он, протягивая старшему блондину наушник. — Ну что вы, можно и просто Люциус, — слащаво улыбнулся он в ответ, надевая предложенную гарнитуру. — Я всегда открыт... к диалогу... Его голос становился всё тише и тише, пока умолк совсем, а лицо почти сравнялось по цвету с платиновыми волосами. — О, мистер Риддл, — заметил наконец гонщика один из маршалов, — мистер Малфой тут предлагает, и я с ним вполне согласен... — Я ничего не предлагаю, — резко прервал его Люциус, вынимая наушник из уха и пряча какую-то визитку в карман рубашки. — Всё закончилось хорошо и слава богу. Изменения в правилах можно обсудить и в межсезонье. С победой, мистер Риддл. Он развернулся на каблуках и резвым шагом направился в сторону служебных помещений. — До свидания, Люциус! Я вам обязательно ещё напишу! — прокричал ему вслед Гарри. Том мог поклясться, что Малфой сдержался, чтобы не показать в ответ средний палец. — Ну что ж, — маршалы переглянулись, — тогда мы можем перейти к церемонии награждения. Том кивнул. Он просто мечтал поскорее попасть в комнату на кровать.***
— Вы ещё поедете праздновать? — Да, конечно! Присоединишься? Мы никому не скажем, что тебе нет двадцати одного... Риддл потёр глаза, в которые казалось насыпали песка. — Просто дайте ключи, я оставлю дверь незапертой. Каркаров достал связку и кинул её парню со словами: — Только не шалите там особо! Пьяный смех подхватила вся команда. Как они умудрились напиться одной бутылкой шампанского на шестерых, Риддл так и не смог понять. — Я оставлю открытым только собачий лаз, — мстительно протянул он, направляясь к выходу. Кубок стоял на столе и Дин с Тони уже смешивали там свой особый чрезвычайно горючий коктейль. Команда будет отмечать победу до самого утра. Том вышел на улицу и с наслаждением вдохнул свежий воздух, вызывал такси. В графе количество пассажиров было указано 2.
