Хроники Студеного потока

Прием оказался скромнее некуда: Келан с женой да один из дядюшек, о котором Мелис когда-то слышала, но познакомиться до этого вечера не довелось. И, само собой, Гаэ - возмужавший, но все такой же, в темном костюме и без галстука. Он всегда ненавидел “эти удавки”, что шейные платки, что официальные “бабочки”. Само собой, Гаэ встречал ее лично; и одного взгляда хватило Мелис, чтобы прежние, давно, казалось бы, похороненные под грузом лет чувства разбередили сердце с прежней силой. Пока Гаэ представлял ее старшему брату (Келан расплылся в широчайшей улыбке и даже подмигнул залихватски), Мариэлле (той самой ведьме, которой когда-то пророчили скорую смерть, да не угадали) и дядюшке Малду (приятный мужчина, чуть полноватый, церемонно поцеловал ей руку, спровоцировав ревнивый блеск в кое-чьих глазах), Мелис осознавала, насколько ее к нему тянет. Будто некто накинул на шею невидимую петлю, а другой конец этой странной веревки был в руках у Гаэ. Мелис тогда и решила, что останется на ночь. И обещанную гостевую спальню посетит лишь для того, чтобы немножечко подготовиться. В юные годы ее фантазии ограничивались держанием за руки и робкими поцелуями в лунном свете; теперь же Мелис отчаянно захотела увидеть своего Гаэ обнаженным, распаленным от желания, беззащитным и открытым для нее одной. Судя по тому, какими глазами Гаэ смотрел на нее весь вечер, он жаждал того же самого, и пробудившаяся сила рода играла здесь далеко не главную роль. Но следовало соблюсти приличия, потому за ужином Мелис искренне улыбалась громогласным шуткам Келана, отвечала на вопросы Мариэллы о дочерях и будто купалась в пылающем взгляде Гаэ, который напрочь позабыл о еде. После ужина полагалась прогулка по саду с заходом в оранжерею; дамы ненадолго оставили мужчин, дабы “попудрить носики”. - Мой Келан разбушевался слегка, - улыбнулась Мариэлла, поправляя перед зеркалом смоляные кудри без намека на седину. - Рвался позвать всех соседей и других дядюшек, но те не смогли вырваться. А как по мне, толпа все бы испортила. - Пожалуй, - улыбнулась Мелис в ответ. Мариэлла ей искренне нравилась. - Однако, придется вам двоим ещё потерпеть: после прогулки танцульки и сладкое. А его покои, если идти от гостевой - второй коридор справа, последняя дверь, и по лестницам бегать не надо. - Откуда ты.., - вспыхнула Мелис. Мариэлла повернулась к ней лицом и протянула руку, чтобы поправить выбившуюся из прически пепельную прядь. - Я всё-таки ведьма со стажем. Хотя от вас двоих впору факелы зажигать. - Наверное, думаешь: у этой вдовы никакого представления о приличиях… Ведьма звонко рассмеялась, запрокинув голову. - Плюнь на все, сестра, и покрепче хватай своего ненаглядного за… хвост! К чему эти нервы, когда и так все ясно? - Ты права, - Мелис коротко обняла Мариэллу. - Спасибо. - Нескучной вам с Гаэ ночи, милая. Прогулка на свежем воздухе пошла на пользу: они с Гаэ остались наконец наедине (хотя голова Келана то и дело мелькала меж кустов). Мелис знала уже: дракон, в котором пробудился инстинкт размножения, способен на опасные глупости, но Гаэ был паинькой. Держался, правда, на расстоянии двух шагов, но говорил внятно и слушал внимательно. Им столько нужно было обсудить! За все их потерянные годы. Но это успеется; а пока Мелис не удержалась, подошла к Гаэ вплотную, поцеловала в щеку почти целомудренно. С удовольствием отметила лёгкий ремянец на его лице; поцеловала ещё раз, в другую щеку. - Для симметрии, - пояснила она серьезно. Гаэ порывисто взял ее за руку, прижал ладонью к груди, туда, где бешено колотилось его сердце. - Пойдем обратно? - мягко улыбнулась Мелис. - Я и правда непрочь немножечко потанцевать. Само собой, танцевала Мелис исключительно с Гаэ. Мариэлла вытащила дядюшку Малда из библиотеки, где он спрятался с каким-то увесистым томом; дядюшка танцевал весьма неплохо, только слишком напрягался в процессе и щедро рассыпал во все стороны виноватые улыбки. На десерт подали множество пирожных с разнообразными начинками, чай, кофе и лимонад пугающе зелёного цвета. Мелис проследила, чтобы Гаэ как следует подкрепился, и сама не отставала. Горничная успела разобрать ее немногочисленные вещи, и Мелис, после короткого раздумья, выбрала нежно-голубой пеньюар, длинный и облегающий. Быстро приняла душ, постояла напротив зеркала, изучая собственное отражение. - Хватай дракона за… хвост, красотка, - прошептала она. На ее тихий стук он открыл сразу же. Гаэ успел избавиться от костюма и переодеться в белый домашний халат; мокрые волосы указывали на недавнее посещение душа, а мурашки на коже - что душ был холодным. - Мелис… Глаза его распахнулись в радостном изумлении. Посторонившись, Гаэ дал ей пройти. Слишком долго возился с дверью, обернулся, пряча обе руки за спиной. - Действие успокоительного почти закончилось, и если ты… - Вот и прекрасно, - кивнула Мелис, подходя к Гаэ почти вплотную. - Потому что я не хочу больше ждать. Под халатом обнаружился Гаэ как он есть, без лишних мелочей вроде трусов; когда он, резко втянув воздух, поцеловал Мелис по-настоящему, она безо всякого сожаления подумала, что нежно-голубой пеньюар до утра, скорее всего, не доживёт.