Скала

Я неспешно иду через школьный двор к Эрни и Берту, которые развалились у старой кирпичной стены, скрестив руки, и разглядывают всех девчонок. Десятки людей снуют туда-сюда, громко болтая и смеясь над чем-то в телефонах. Солнце даёт устойчивое тепло, лишь лёгкие бризы ветра хлещут плакаты, расклеенные на школьных зданиях. Почти все скамейки заняты группами по три-четыре человека, кроме одной – Джейс сидит один на скамейке посреди двора, локти на коленях, уставившись на свои ботинки. Он одет в чёрное с ног до головы. Я стрелой пронзаю толпу, сплетничающую о предстоящих танцах, и огибаю скейтбордистов. Учитывая наш последний разговор с Джейсом – стоит ли я вообще подходить и поздороваться? Может это чувство вины подталкивает меня. Может, теперь папа вернётся. В тот момент, когда Джейс меня замечает, он расправляет плечи и натягивает маску безразличия. Холодный взгляд, направленный на меня, усталость в его глазах, лёгкая припухлость век. – Я даже не знал, что мы учимся в одной школе, – говорю я, соскальзывая на скамейку рядом с ним. Он пожимает плечами. – Ну, учимся. Я хочу что-нибудь сказать про его траур, но чувство вины из-за нашего предыдущего разговора держит язык в плену. Мне иногда жаль, что ребёночка больше не будет, но я всё ещё не могу заставить замолчать шёпот в моей голове: Они лучше вас. Лучше бы я не садился к нему. Пот покрывает руки, чувствую его и в сгибе коленей. Я инстинктивно ищу на земле камень. Рядом с пяткой Джейса, кажется, «подмигивает» мне пёстрый пляжный камень пятнами на одном боке. Если бы какой-то камень мог олицетворять этот момент, это была бы океаническая яшма – камень, известный тем, что помогает людям справляться с переменами. Я наклоняюсь вперёд, чтобы поднять его, но неверно оцениваю угол и ударяюсь носом о колено Джейса. Он отодвигается в сторону, когда я выпрямляюсь, сжимая камень. Кровь приливает к щекам. Гладкий камень массирует кожу ладони, пока осадочные породы впитывают мой стресс. Я справлюсь. – Ты странный, – говорит Джейс, глядя на мой кулак. – Хочешь сказать, папа тебе не рассказывал? Вот теперь чувствую себя странно. Отвожу взгляд, но, когда смотрю на него снова, вижу, что Джейс меня внимательно разглядывает. От моих сандалий до бирюзовых шорт и белой футболки с надписью «Music Rocks». Его взгляд задерживается на футболке. – Он сказал, у тебя есть несколько причуд. Я киваю. – Только эта, на самом деле. Но я психую, если… – Решаю не вдаваться в подробности. Какой смысл? Мы ведь не обязаны быть друзьями только потому, что наши семьи теперь вроде как связаны. – Это неважно. Джейс ловит мой взгляд. – Зачем ты подошёл? – спрашивает он. Я пожимаю плечами. Потому что паршиво? Оголённые нервы и лимонный сок. Он пожимает плечами и бормочет: – Меня это не волнует или типа того, но папа скучает по тебе. Пытаюсь стряхнуть с ебя его слова, пока плетусь к Эрни и Берту. Эрни коротышка зато громкий и несносный. Но, эй, друзья есть друзья. По крайней мере, у меня есть с кем пообедать. – Ты выглядишь так, будто твои яйца жалят уэты[1], – говорит он. Берт – здоровенный, играет в регби так, будто регби истинная вера и ему нужно провозгласить евангелие и обратить всех неверующих. Бьёт Эрни по руке. – Ты так много говоришь о яйцах, что я начинаю думать, что ты педик. – Отъебись. – Дааа, – тянет Берт, – кажется, я больше не буду звать тебя на ночёвки. Эрни показывает средний палец и отодвигается от него. Кладу свою сумку между своих ног. Их тупые перепалки глупы, но я то знаю, что они не всерьёз. По крайней мере, надеюсь, что нет. Некоторые в школе тупят с кулаками, и я держусь подальше от их радаров. – Так что у тебя в заднице застряло? – спрашивает Эрни. Я вытаскиваю сэндвич из сумки. – Ничего. Берт и Эрни переглядываются украдкой взглядом, но их приподнятые брови наводят на мысль, что они тайно обдумывают способ, вытянуть из меня ответ. Они могут стараться сколько угодно, но я не собираюсь говорить о папе или Джейсе. Они подкалывают меня ещё несколько раз, но в конце концов сдаются и меняют тему. – Мы идём на танцы или как? – спрашивает Эрни, подмигивая девушке, похожей на Энни. – Нет, – говорю я. – Какой смысл? Чем зарабатываю подзатыльник. – Но там будет полно сисек… – Ага, – говорю я и добавляю твёрдое, – Нет. Потому что этого не будет. И этого не произойдёт. Берт и Эрни идут на танцы сами. ___________________________________________________________________________ [1] Уэта: Ггигантские новозеландские насекомые, похожие на кузнечиков.