Прощённый: Возвращение Дестана (2026)

      С каждым вдохом он погружался всё больше в туманный мир полусна, где реальность смешивалась с воображением. Пейзажи сменялись один за другим — песчаные дюны, городские улицы, дворцовые залы... Казалось, что он бродил между мирами, ища что-то или кого-то.       Сон начинал становиться глубже. Вдруг он увидел, как очутился в саду. Рядом журчали фонтаны. Вокруг раздавалось пение птиц. Он медленно шёл по аллеям, вдыхая аромат цветущих деревьев, пока воздух наполнялся звуками природы. Двигаться вперёд приходилось наугад, не зная конечной цели. Казалось, внутренний компас вёл его в незнакомом направлении. Шаги становились всё быстрее, словно он чувствовал, что спешит куда-то.       Вскоре тропа привела Мозенрата ко дворцу. Он остановился у входа, оглядываясь по сторонам. Всё было тихо, лишь изредка из окон доносились приглушённые звуки музыки и разговоров.       Из дворца вышли несколько придворных. Увидев его, они сразу отпрянули. Их лица исказились в отвращении и страхе. Мозенрат остановился, не понимая, что происходит. Он посмотрел на себя, но ничего необычного не обнаружил.       Люди продолжали смотреть на него, их лица были искажены ужасом. Придворные начали шептаться, бросая взгляды на него и на его руку.       Он увидел, что её ничего не прикрывало. Кости были совершенно обнажены. На миг он даже забыл, что эта особенность была частью его тела. Юноша поспешно попытался прикрыть руку складками плаща, но было уже поздно. Люди продолжали шептаться и указывали на него, а один из придворных даже плюнул в его сторону.       Мозенрат отступил назад на шаг, чувствуя, как на него устремляется всё больше взглядов. Окружающие теперь не просто шептались — казалось, они открыто обсуждали его наружность.       — Это он. Тот самый изгой.       Он почувствовал, как земля уходит из-под ног. Эти взгляды, эти слова — они вонзались в него, как ножи. Его рука вдруг начала болеть так, будто кости заново обнажились лишь сейчас.       Вдруг шёпот резко затих на мгновение. Недовольные презрительные возгласы сменились гробовой тишиной, а затем послышался осторожный шёпот:       — Повелитель.       — Он идёт.       Мозенрат моментально насторожился. Придворные расступились и замерли в поклоне.       В дверях дворца возникла знакомая фигура. Мозенрат резко повернул голову, и его чёрные глаза встретились с бледно-голубыми, рыбьими. В дверях стоял Дестан, его лицо исказилось в ледяной ухмылке. Раздался громкий зловещий смех.       — Мозенрат... — проговорил он, — какими ветрами тебя занесло в мой дворец?       Юноша поднял голову, встречая его взгляд.       — Просто проходил мимо, — ответил он. Голос его звучал спокойно, хотя пальцы левой руки крепко сжимали плащ.       — Ты можешь обманывать кого угодно. Первым делом себя, но не меня, — усмехнулся тёмный колдун.       Мозенрат почувствовал, как в его жилах пробежал холодок.       — Тебе стоило бы подумать о том, как ты разговариваешь с тем, кто сильнее тебя, — ответил он, его голос теперь звучал холодно и сдержанно.       Между ними повисло напряжение — воздух будто зарядился магией. Дестан вновь лишь расхохотался.       — Тебе бы не стоило показывать свою безоружность, — ответил он, бросая ехидный ледяной взгляд на его костяную руку, не прикрытую перчаткой.       Лицо Мозенрата на миг исказилось гневом, но через момент он снова взял себя в руки. Это была слишком очевидная попытка задеть его. Он глубоко вздохнул.       — Что тебе нужно?       Дестан снова усмехнулся:       — Это я должен спросить, что ты делаешь на пороге моего дворца.       У Мозенрата на языке вертелось множество ответов, но он знал, что ни один из них не приведёт ни к чему хорошему. Поэтому он ответил просто:       — Я просто проходил мимо, — в этот раз в его голосе отчётливо прозвучало раздражение. Он не очень-то любил повторяться.       — И по чистой случайности подумал, что здесь окажется шахбану? — продолжал ухмыляться колдун.       Образ императрицы на миг пронёсся в сознании мага. От этого воспоминания сердце забилось немного учащённо, но Мозенрат быстро взял себя в руки.       — Она достойна внимания, — ответил он кратко.       — А ты решил, что и ты достоин внимания от неё? — рассмеялся Дестан.       Мозенрат почувствовал, как внутри него поднимается гнев. Его чёрные глаза сверкнули яростью, но он снова сдержался. Он не должен давать волю эмоциям.       — Я никогда этого не говорил.       — Думаешь, что превратишься в принца, если она тебя поцелует? — с усмешкой спросил чародей.       Пальцы левой руки непроизвольно сжались в кулак. В глазах вспыхнуло холодное пламя, но голос остался ровным:       — Ты переходишь границы, Дестан.       Он сделал шаг вперёд, и тень от его плаща удлинилась, будто живая:       — Последний раз предупреждаю — замолчи.       — Хочешь помериться со мной силой, которую я тебе когда-то дал? — ответил Дестан, снова покосившись на костяную руку.       Мозенрат замер. Его дыхание стало медленным и контролируемым, но в глазах бушевала буря.       — Ты не давал мне силу, — его голос звучал ледяным шёпотом. — Ты лишь воспользовался моментом, когда я был слаб. — Он медленно поднял правую руку, и синий огонь магии заструился между пальцами:       — Но теперь я не тот мальчик, что когда-то доверился тебе.       — Задумал победить меня при помощи своей воли? — тихо усмехнулся колдун.       — Что ж, попробуем, — ответил Мозенрат. Пламя магии запылало ярче вокруг его костяных фаланг.       — Боюсь, ты обладаешь только силой самообмана, — ответил Дестан, изобразив притворное сожаление.       Мозенрат резко поднял голову. Его глаза вспыхнули синим пламенем, костяные пальцы сжались в кулак.       — Ты говоришь о самообмане? Тогда почему ты до сих пор скрываешься в тени своего бывшего ученика? — Синий огонь магии взметнулся выше, освещая холодную ухмылку на его лице:       — Боюсь, тебе давно пора выйти из моей тени, «учитель».       Он сделал шаг вперёд, и тени вокруг них зашевелились, будто ожидая развязки.       — Ты запер меня между мирами, но твоё сознание поглощено моей тенью и будет принадлежать мне даже после твоей смерти, — непоколебимо отвечал чародей, слегка улыбаясь.       Мозенрат шагнул ещё ближе, почти вплотную придвинувшись к колдуну. Теперь они стояли буквально в нескольких сантиметрах друг от друга. Синий огонь всё ещё пылал в костяной руке, но не был направлен на противника. Пламя медленно окутывало фаланги, будто прося дать волю ярости, но маг крепко держал себя в руках.       — Мои действия были обоснованы, — произнёс Мозенрат, не сводя взгляда с лица Дестана. — И я не жалею.       Чёрные глаза смотрели в бледно-голубые, словно пытаясь найти ответы на множество вопросов. Костяные пальцы сжались крепче, челюсти сомкнулись в едва сдерживаемой ярости. Синий огонь всё ярче освещал лицо юноши.       — Ты всё такой же упрямый, как прежде. По сей день не можешь смириться со своей слабостью — что во сне, что наяву, — невозмутимо отозвался бывший учитель.       Кулак костяной руки сжался до сухого хруста. Мозенрат склонил голову набок, и на его лице появился лёгкий намёк на улыбку:       — Не говори со мной о слабости, — процедил он сквозь зубы.       — Больная тема, правда? — ответил Дестан с притворным состраданием. — Жить, зная, что главный источник твоей силы находится в руках уличного воришки... Вряд ли это вообще можно назвать жизнью.       Чёрные глаза Мозенрата блеснули яростью, но он продолжал держать себя в руках.       — Замолчи.       Дестан лишь с ухмылкой смотрел на него, наслаждаясь реакцией.       Это окончательно вывело мага из себя. Костяные пальцы сильнее сжали магический огонь, синий тусклый свет заплясал в воздухе. Зловещий смех бывшего наставника, казалось, звенел в ушах.       Повсюду царила атмосфера полуденного ужаса. Всё казалось фальшивым, как декорация. Небо выглядело будто расписной потолок. Пение птиц, журчание фонтанов, шелест листьев — всё звучало как несбыточные мечты и надежды. Мозенрат резко потряс головой, пытаясь отогнать навязчивое ощущение нереальности происходящего.       — Это... сон, — прошептал он себе под нос, костяные пальцы впились в ладонь.       Дестан всё ещё стоял перед ним, но его образ начал расплываться, как чернильное пятно на мокром пергаменте. Всё вокруг — дворец, сад, даже собственное тело — стало казаться иллюзией. Пальцы внезапно разжались, и магический огонь погас в костяной руке. Мозенрат пошатнулся, голова начала туманиться, окружающее пространство становилось всё более нечётким и расплывчатым.       — Всё это ненастоящее... — прошептал он тихо, стараясь удержать ускользающее сознание. — Верно, мой ученик. Как твои мечты, цели и надежды, — произнёс Дестан.       Мозенрат резко поднял голову, его чёрные глаза сверкнули гневом и болью.       — Молчи, — проговорил он сквозь зубы. — Ты не имеешь права называть меня учеником.       Дестан лишь слегка ухмыльнулся:       — Смирись, твои усилия бесполезны, — бросил он напоследок, отступая в глубь дворца. — Двери закрыты для тебя.       Тяжёлые створки с оглушительным грохотом захлопнулись перед самым лицом юноши.