Расстояние между нами

На ветхом причале Лиссбон не находила себе места, пока Джейн стоял чуть поодаль и выяснял, почему задерживается паром. Оказалось, что на материке уже разыгралась буря. Отменили местные рейсы, паромное сообщение прервалось, и вот так просто их остров оказался в изоляции. Хотя на самом острове все ещё было спокойно: лишь небольшой кусочек неба потемнел. С берега эта надвигающаяся буря казалась незначительной. Джейн не мог не провести с ними эту природную параллель. Они должны выйти сухими из воды. Фокус, достойный фокусника. Лиссбон нервно теребила ремешок своей дорожной сумки, упрямо смотря вдаль, на горизонт. Джейн мягко накрыл ее руку своей, останавливая это бессмысленное движение. - Эй, - тихо позвал он, заглядывая ей в глаза. - Мы обязательно вернёмся. И ты сможешь полностью отгулять свой отпуск. Я прослежу за этим лично. Никаких телефонных звонков. Лиссбон слабо улыбнулась, пытаясь вернуть привычную иронию. - Мы оба знаем, что никакого моря не будет, Патрик. Потому что ты не выпустишь меня за пределы номера, если у тебя будет такая возможность. - Она сделала паузу, и ее взгляд стал чуть более теплым и многозначительным. - А для этого не обязательно далеко уезжать. Джейн театрально приложил руку к груди, словно его ранили ее слова. Но потом на его лице расцвела мягкая, счастливая улыбка. Не прошло и дня с тех пор, как он узнал, какие мягкие у нее губы, и в его планы совершенно не входило выпускать ее из рук. Минимум лет двадцать. Поэтому он прикасался к ней при любой возможности. И планировал так делать и дальше. Заправить прядь волос за ухо, передать кружку с чаем и погладить пальцы, поправить ремешок сумки и задержать руку на ее плече, открыть перед ней дверь, положить руку на поясницу, не удержаться и притянуть за петельку на джинсах, чтобы уткнуться носом в ее шею... Так и сейчас. Он ничего не мог поделать с собой, да и не хотел. Притянул ее к себе, крепко прижимая к груди, и несколько секунд они просто стояли так, игнорируя весь мир. - Знаешь... Мы можем притвориться, что все ещё проводим спокойный отпуск, - его губы мягко коснулись ее виска. - Джейн... От боли в ее голосе у него сжалось сердце. - Лиссбон. Я не безрассуден, хотя ради тебя готов потерять рассудок. Дело в том, что на материке разыгралась буря, и паром не придет сегодня. Поэтому выбор за дамой. Мы можем остаться и снять номер... И я очень хотел бы оставить там неприличную сумму денег. Чтобы шампанское, джакузи и все такое. Правда, в этой гостинице из неприличного есть только большая кровать... - Он мягко улыбнулся, продолжая гипнотически играть с ее волосами, пропуская сквозь пальцы ее пряди. - Или мы могли бы вернуться в хижину. - Хижина. Я хочу в хижину. Казалось, Лиссбон даже не думала над вариантами. И в нем взыграла первобытная мужская гордость. То, что из всех возможных кроватей Лиссбон выбрала именно его. Когда они подошли к хижине, небо над островом стремительно темнело, превращаясь в свинцовое, а воздух наполнился тяжёлым, электрическим запахом озона. Надвигалась буря. - Похоже, - крикнул он ей в ухо, когда первые крупные капли дождя начали барабанить по деревянному настилу веранды, - даже вселенная считает, что мы должны здесь задержаться! Лиссбон в ответ ткнула его в бок. А в следующую секунду небо разверзлось. На них обрушился настоящий водяной шквал, мгновенно промочив до нитки. Джейн по-мальчишески задрал голову, подставляя лицо холодным каплям. Где-то вдалеке, разрывая свинцовое небо, сверкнула молния. Лиссбон юркнула под козырек хижины, прижавшись спиной к запертой двери. Их дорожные сумки, казалось, были забыты на веранде, но, к счастью, они были из плотной плащевки, и хотя бы за вещи можно было не волноваться. Джейн не звал ее к себе, да и она не собиралась выходить к нему под ливень. Но какая-то невидимая сила потянула ее вперёд, к нему. Она шагнула практически в темноту, обняла его и уткнулась губами в его мокрую шею. Джейн вздрогнул - из-за грохота дождя он не слышал ее шагов и был удивлен, что она подошла к нему. Он медленно наклонил голову, и она потянулась к его губам, словно подсолнух к солнцу. Сначала это было просто касание, но через секунду поцелуй вспыхнул, став жадным и страстным. Джейн поддался инстинкту, одной рукой подхватил ее за талию, и они, смеясь и спотыкаясь, добрались до двери. Он прижал ее спиной к деревянным стенам хижины, жадно покрывая поцелуями ее лицо, шею, плечи. Громкий стон, который вырвался из ее груди, он не услышал из-за грома - но прочувствовал, как эта вибрация прошла по ее горлу прямо к его губам. Они целовались, как подростки: торопливо, сбивчиво, срывая дыхание, стукаясь зубами. Джейн подхватил ее под бедра, она инстинктивно обвила его ногами, и он с глухим стоном прижался к ней всем телом, теряя последние крупицы контроля. - Лиссбон, скажи мне, что это не сон, - прошептал он, уткнувшись лицом в изгиб ее шеи. Его губы оставляли горячие, влажные следы на ее мокрой от дождя коже. - Скажи мне, что ты здесь. Что ты моя. Он слегка закусил кожу на ее тонкой шее, и Лиссбон вцепилась ногтями в его плечи, выгибаясь навстречу. - Пожалуйста, скажи... - Я здесь, - простонала она, запуская пальцы в его мокрые волосы, притягивая его к себе. - Патрик. Я твоя. Твоя. Эти слова будто стали сигналом для него. Он поднял голову, и в его взгляде не было сдержанности. Он накрыл ее губы своими - жадно, требовательно, с первобытной силой самой природы. Лиссбон застонала ему в рот, ее руки судорожно сжали его плечи. Рядом с ними гремел гром, по стеклам хижины прошла низкая вибрация. Его руки скользили по ее телу, изучая каждый изгиб, каждый сантиметр, словно пытаясь запомнить ее на ощупь. Она ещё сильнее сжала его ногами, прижимаясь к нему так близко, насколько это было возможно. Стена хижины холодила ее спину, но между их телами пылал пожар. Каждая вспышка молнии выхватывала из темноты их сплетённые силуэты. - Я хочу, - хрипло выдохнул он, - чтобы ты смотрела на шторм, пока я... Он словно превращался в пещерного человека, которому сложно было подобрать слова. Вместо этого его рука легла ей на поясницу, притягивая ее ещё теснее. Где-то вдалеке ветер ломал верхушки пальм, море вздымалось огромными серыми волнами. Следующий раскат грома заглушил стон Лиссбон, когда его рука скользнула вниз, под мокрую, прилипшую к коже ткань ее белья. Он просунул пальцы внутрь, и его дыхание сорвалось, когда он почувствовал, насколько она горячая. Он надавил на нее всей ладонью и этого было достаточно, чтобы Лиссбон вскрикнула и откинула голову назад, глухо ударившись затылком о деревянную стену хижины. Этот звук утонул в очередном раскате грома, и Джейн застонал от досады, ему было важно не только видеть, но и слышать ее. Даже на грани безумия, он оставался собой. Его большой палец стал медленно очерчивать круги, вокруг ее пульсирующей точки, дразня, заставляя ее бедра мелко дрожать. Ее ногти впились в его плечи, оставляя полумесяцы. Она выгнулась, инстинктивно прижимаяся бедрами к его руке, требуя большего, умоляя не останавливаться. - Ты такая мокрая, Тереза, - прошептал он ей в ухо. Его голос был обволакивающим, тягучим, как мед, и в нем было столько первобытной мужской гордости, граничащей с собственничеством. - Для меня. Всегда для меня. Мокрая ткань катастрофически мешала. Она терлась о него, скользила, но им обоим хотелось большего. Джейн оторвался от ее губ, тяжело дыша, и уткнулся лбом в ее лоб. В кромешной темноте его глаза горели лихорадочным, одержимым огнем. - Кажется, мы попали в ловушку. Я не хочу выпускать тебя из рук, - выдохнул-признался он, и в его голосе прорвалось отчаяние. - Ключи в заднем кармане... Открой дверь, детка. Достань их. Лиссбон... Сейчас. Он сделал резкий рывок, отрывая их от стены. И хоть его руки крепко держали ее за бедра, Лиссбон рефлекторно сильнее обхватила его ногами за талию. Она потянулась к его заднему карману, и Джейн тяжело застонал, когда ее пальцы случайно задели его ребра и скользнули ниже. Он сделал несколько шагов, пока не упёрся спиной в запертую дверь, и стал жадно целовать ее шею, пока Лиссбон пыталась на ощупь попасть ключом в замочную скважину. - Ну же, Лиссбон, ты же умеешь вламываться в помещения... - поддразнил он. У нее ничего не получалось. Металл скользил, руки дрожали, и вдруг она засмеялась. Звонко, искренне, совершенно по-детски. Она шлепнула его по плечу. - Джейн! Замри. Я ещё никогда не работала под таким давлением. Джейн со стоном отпустил ее и отступил на шаг, упираясь спиной в ограждение веранды. Он провел обеими руками по мокрым волосам, откидывая их со лба, и глубоко выдохнул, пытаясь сбросить это сумасшедшее напряжение. Руки Лиссбон дрожали так сильно, что ключ только царапал металл замка. Джейн тихо, почти звериным рыком выдохнул ей в шею. Его большие ладони накрыли ее дрожащие пальцы, мягко помогая попасть в скважину. Дверь наконец поддалась.