«Вне прикрытия»

Дорога от Главного управления полиции до центрального офиса «Ким Корпорейшн» заняла считанные минуты, но для Чонгука это время тянулось мучительно долго. Оперативный минивэн Третьего отдела буквально летел по вечерним улицам Сеула. Туман сгущался, превращая свет уличных фонарей в размытые желтые пятна, а тревога внутри Чонгука росла с каждым преодоленным километром. Открытия, сделанные Тэхёном в архивах, полностью меняли ход дела. Важнее всего было то, что Ким Сокджин сейчас находился в огромной опасности, даже не подозревая, кто на самом деле является его главным врагом. — Чонгук, успокойся и дыши, — негромко произнес Чимин, крепче сжимая руль на крутом повороте. — Мы едем к Юнги и Намджуну. Нам нужна их помощь, потому что они знают внутренний круг общения Сокджина и этого Ли Хёнву лучше, чем любые наши базы данных. Без них мы будем действовать вслепую. — Я спокоен, — хрипло ответил Чонгук, хотя его пальцы, сжатые в кулаки, побелели до такой степени, что кожа натянулась. — Просто если этот Хёнву действительно вернулся из Токио ради того, чтобы окончательно закрыть концы... Джин один в том огромном доме. Он беззащитен перед тем, кого считает другом детства. Тэхён на заднем сиденье быстро закрыл крышку рабочего ноутбука и убрал его в рюкзак. — Мы на месте. Машина Юнги на подземной парковке, значит, они все еще в офисе. Парни стремительно вышли из минивэна и направились к скоростным лифтам, ведущим на пятьдесят четвертый этаж. Напряжение, царившее в стенах корпорации последние дни, казалось, достигло своего пика. В кабинете юридического департамента Мин Юнги и Ким Намджун по-прежнему изучали распечатки старых контрактов логистического узла Ким Мёнсу. Когда двери кабинета без стука распахнулись и на пороге появились трое полицейских, Юнги мгновенно вскочил со своего места. Его лицо исказилось от ярости, а взгляд, направленный на Чонгука, стал по-настоящему опасным. — Вы что здесь забыли? — процедил Юнги, делая шаг вперед и закрывая собой Намджуна. — Вам мало того, что вы упекли Джина за решетку по сфабрикованным уликам? Подписка о невыезде уже на руках, какого черта вы снова лезете к нам? Пошли вон отсюда, пока я не вызвал личную охрану здания. — Юнги, поумерь пыл и послушай! — резко перебил его Чимин, делая шаг вперед и поднимая руки в предупреждающем жесте. — Мы здесь не ради арестов. Дело полностью перевернулось. Мы нашли настоящего крота, и Ким Сокджин сейчас в опасности. Намджун, до этого молча наблюдавший за сценой, медленно поднялся из-за стола. Его интеллигентное лицо выражало крайнюю степень недоверия, но профессиональный интерес заставил его удержать Юнги за плечо. — Настоящего крота? — сухо переспросил Намджун. — Ваша следственная группа три дня утверждала, что все нити ведут к домашней сети Джина. Что изменилось, лейтенант Чон? Решили сменить тактику, раз обвинение разваливается? Чонгук сделал шаг вперед, проигнорировав уничтожающий взгляд Юнги. Ему было плевать на собственную гордость — сейчас на кону стояло нечто гораздо более важное. — Ли Хёнву, — четко произнес Чонгук. — Сын вашего бывшего директора по логистике Ли Чжонхо. Тэхён вскрыл зеркальные дубликаты биометрических токенов Ким Мёнсу. Тот ключ, который я забрал из сейфа Джина, был оригиналом, но операции в Инчхоне проводились через клон. Все финансовые потоки из Токио шли через инвестиционный фонд, оформленный на Хёнву. Он вернулся в Сеул несколько дней назад. При упоминании этого имени Намджун буквально застыл, а его очки чуть съехали на переносицу. Юнги медленно опустил руки, его ярость мгновенно сменилась глубоким шоком. — Хёнву?.. — тихо, словно не веря собственным ушам, повторил Намджун. — Это невозможно. Он друг детства Джина. Их отцы работали вместе тридцать лет. Хёнву уехал в Японию именно для того, чтобы координировать международные поставки Ким Мёнсу. — Именно поэтому у него был идеальный доступ ко всем архивным кодам и факсимиле вашего покойного председателя, — жестко объяснил Тэхён, доставая из рюкзака распечатки токиоских транзакций и передавая их Намджуну. — Посмотрите на даты операций. Они идеально совпадают с его визитами в Сеул за последние два года. Он выстраивал эту теневую империю за спиной Джина, зная, что в случае провала все обвинения автоматически падут на главу компании из-за старой домашней сети Ким Мёнсу. Юнги резко повернулся к Намджуну, его лицо побледнело. — Намджун... Джин сегодня упоминал, что Хёнву звонил ему. Он сказал, что приедет поддержать его после новостей об аресте. Джин был рад... Он собирался встретиться с ним в особняке. — Твою мать, — выругался Намджун, роняя папки на стол. — Джин один в доме. Охрана периметра знает Хёнву в лицо, его пропустили бы без единого вопроса. — Едем. Сейчас же, — Чонгук уже разворачивался к выходу, его сердце бешено колотилось в груди. — Юнги, бери свою машину, мы за вами. Если Хёнву уже там, мы должны успеть. Юнги больше не тратил времени на проклятия в адрес полиции. В этот момент они все — и копы, и менеджеры — забыли о прежней вражде. У них была одна общая цель. Две машины на бешеной скорости неслись через ночной Сеул, разрезая густой туман сиренами и проблесковыми маячками. Юнги вел свой седан на грани фола, заставляя Чимина выжимать из полицейского минивэна максимум возможностей. Чонгук сидел на пассажирском сиденье, вцепившись пальцами в приборную панель. В его голове крутились худшие сценарии. «Пожалуйста, пусть мы успеем», — как мантру повторял он про себя. Каждая минута задержки казалась ему вечностью. Он понимал, что если с Джином что-то случится, он никогда не сможет простить себе эту оперативную слепоту и поспешные выводы. Когда машины с визгом тормозов остановились у массивных кованых ворот особняка в Ханнам-доне, Чонгук первым выскочил на асфальт. Ворота были приоткрыты — датчик распознавания остался заблокированным в режиме ручного управления. — Что-то не так, — Юнги уже бежал по подъездной дорожке. — Охрана на КПП поселка не видела ничего подозрительного, но Хёнву точно проезжал сюда час назад. Они вошли в дом через центральный вход. Дверь оказалась незапертой, что было совершенно нетипично для маниакально заботящегося о безопасности особняка. Внутри дома царила пугающая, звенящая тишина. Свет в холле первого этажа горел, но в комнатах не было слышно ни единого звука. — Джин! — громко позвал Намджун, его голос эхом разнесся по пустым коридорам. — Сокджин, ты здесь?! Чонгук бросился в гостиную, чувствуя, как внутри все леденеет от недоброго предчувствия. Переступив порог просторной комнаты, он резко замер. У барной стойки, прямо на дорогом мраморном полу, неподвижно лежал Ким Сокджин. Его глаза были закрыты, лицо казалось неестественно бледным, а рядом виднелись осколки разбитого стеклянного стакана и разлитая вода. В доме больше никого не было — Ли Хёнву бесследно исчез, оставив после себя лишь эту пугающую картину. — Джин! — Юнги оттолкнул Чонгука плечом и первым упал на колени рядом с другом, дрожащими пальцами касаясь его шеи в поисках пульса. — Намджун, вызывай скорую! Быстро! Он дышит, но пульс нитевидный, слабый. Что этот ублюдок с ним сделал?! Чонгук стоял рядом, не в силах отвести взгляд от бледного лица Сокджина. Внутри него бушевал настоящий шторм из вины, страха и ярости. Он так отчаянно пытался поймать преступника, что не заметил, как настоящий хищник подобрался к Джину под видом лучшего друга. Чимин быстро осматривал комнату, фиксируя детали для предстоящего расследования, а Тэхён уже связывался с постом перехвата, чтобы объявить машину Ли Хёнву в розыск по всему городу. Чонгук медленно опустился на колени с другой стороны от Джина. Он аккуратно взял его холодную ладонь в свою, мысленно молясь лишь об одном — чтобы Ким Сокджин открыл глаза. Настоящая битва за правду только начиналась, и Чонгук был готов пойти на все, чтобы довести ее до конца. Шум сирен приближающейся медицинской бригады разорвал оглушительную тишину, повисшую над холмами Ханнам-дона. Бело-красные вспышки проблесковых маячков окрасили панорамные окна гостиной в тревожные тона, рассекая скопившийся в комнате полумрак. Мин Юнги не отходил от Сокджина ни на секунду. Его руки, обычно твердые и уверенные, едва заметно подрагивали, когда он поправлял импровизированную подушку из свернутого пледа под головой друга. Намджун стоял у входа в дом, координируя прибывших врачей и параллельно отдавая резкие, отрывистые приказы по телефону службе безопасности холдинга: перекрыть все частные терминалы, заблокировать счета токийского филиала и поднять личные архивы семьи Ли. Чонгук медленно поднялся с колен, уступая место вошедшим в гостиную медикам. Врачи действовали быстро и слаженно: развернули портативный монитор, закрепили на пальце Сокджина датчик пульсоксиметра и начали вводить физраствор. Направленный свет медицинской лампы подчеркивал резкие тени на лице Джина, делая его похожим на хрупкую фарфоровую скульптуру. — Пульс стабилизируется, давление выравнивается, — громко произнес врач, заполняя экспресс-карту. — Острая реакция на седативный препарат. Организм справляется, но требуется госпитализация для полной детоксикации и наблюдения. — Я еду с ним, — наотрез отказался оставлять Джина Юнги, поднимаясь во весь рост и накидывая пальто. Он посмотрел на Намджуна. — Ты остаешься здесь с полицией. Проверь серверную в подвале, Хёнву не мог уйти, не подчистив локальные данные за сегодня. Намджун лишь молча кивнул. Когда носилки с Сокджином аккуратно выкатили из дома, гостиная показалась еще более огромной и пустой. Чимин и Тэхён уже развернули мобильный рабочий пост прямо на обеденном столе. Осколки разбитого стакана были бережно собраны в специальный контейнер для криминалистической экспертизы, а Тэхён непрерывно отслеживал дорожные камеры Сеула. — Есть зацепка, — Тэхён повернул экран к подошедшему Чонгуку. — Машина Ли Хёнву зафиксирована на выезде из жилого комплекса сорок минут назад. Он не поехал в сторону аэропорта Инчхон. Он движется на юг, к промышленным складам в портовой зоне Асан. — Почему туда? — нахмурился Чимин, сверяясь с картой. — Логистические узлы «Ким Корпорейшн» там давно законсервированы. — В этом и смысл, — Чонгук внимательно вглядывался в маршрут на мониторе. Его голос звучал ровно, но внутри все кипело от осознания того, насколько близко они были к катастрофе. — Это старые терминалы, которые принадлежали отцу Хёнву. Идеальное место, чтобы спрятаться или переждать, пока Намджун и Юнги заняты Джином. Он думает, что выиграл время. Намджун подошел к оперативникам, держа в руках планшет с корпоративной структурой. — Склады в Асане юридически списаны с баланса головного офиса два года назад, но земля по-прежнему числится за дочерней компанией Ли Чжонхо. Хёнву имеет к ним легальный доступ. Если он там, значит, там же находится и его основное серверное оборудование, через которое он дублировал токены Джина. Чонгук поправил служебную кобуру под курткой и посмотрел на Чимина. — Мы выдвигаемся немедленно. Капитан Кан уже подписал экстренный ордер на задержание Ли Хёнву и обыск объектов в Асане. Чимин, нужно запросить поддержку местного управления полиции на месте, чтобы перекрыть выезды из промзоны. — Сделаю, — Чимин быстро набрал номер дежурной части. — Тэхён, остаешься на связи и ведешь нас по навигатору. Любое изменение траектории его машины — сразу на рацию. Минивэн Третьего отдела снова мчался сквозь ночь, оставляя позади огни спящего Сеула. Скоростное шоссе в сторону Асана было практически пустым, окутанным плотной пеленой тумана, пришедшего с побережья. Чонгук смотрел на сменяющиеся дорожные указатели. Ему казалось, что за эти несколько дней он прожил целую жизнь. От самоуверенного оперативника под прикрытием, выполняющего четкие инструкции, до человека, который столкнулся с изнанкой корпоративной преданности и личной трагедии. Он вспомнил холодный, отрешенный взгляд Джина в допросной. Вспомнил его сарказм. Теперь, когда маски были сорваны, Чонгук понимал: Джин защищался не от закона. Он защищался от боли, которую ему причиняли те, кому он доверял. — Чонгук, — тихо произнес Чимин, не отрывая взгляда от дороги. — Ты сделал все, что мог в той ситуации. Ты нашел истину. Хёнву ответит за все свои махинации, а имя Ким Сокджина будет полностью очищено перед прокуратурой. — Этого мало, Чимин, — глухо отозвался Чонгук, глядя на свои ладони. — Я верну ему свободу и честное имя. Но я не смогу вернуть ему веру в людей. Мы использовали его, Хёнву использовал его... Вокруг него не осталось ничего, кроме фальши. — У него есть Юнги и Намджун, — возразил Тэхён по громкой связи. — Настоящие друзья, которые не отвернулись. И у него будешь ты — как напоминание о том, что закон может совершать ошибки, но всегда стремится их исправить. Минивэн свернул с трассы на разбитую грунтовую дорогу, ведущую к старым портовым ангарам. Впереди, среди заброшенных строений и ржавых подъемных кранов, показались тусклые огни административного корпуса. Машина Ли Хёнву, покрытая слоем дорожной пыли, стояла у центрального входа. Время разговоров закончилось. Наступал момент для окончательных ответов.