«Вне прикрытия»

Пусан остался позади, окутанный утренним морским туманом, а Сеул встретил Чонгука своим привычным, оглушительным шумом, бесконечными потоками машин и неоновым смогом. Отпуск официально подходил к концу, но у младшего лейтенанта еще оставалось несколько дней до закрытия дисциплинарной комиссии, и эти дни нужно было чем-то занять. В столице его ждали незаконченные бытовые дела: нужно было навестить съемную квартиру, разобраться с накопившимися счетами и просто попытаться заново привыкнуть к мысли, что он возвращается в строй. Город жил своей жизнью, не обращая внимания на внутренние метания одного конкретного полицейского. Чонгук шел по знакомым улицам, ловя себя на том, что его взгляд то и дело выхватывает из толпы дорогие представительские автомобили — те самые, на которых обычно передвигалось руководство «Ким Корпорейшн». Он всё еще ментально цеплялся за это дело, хоть оно и было закрыто по всем ведомственным базам. Около девяти вечера Чонгук зашел в крупный круглосуточный супермаркет неподалеку от своего дома. Ему нужно было банально забить пустой холодильник: взять пару упаковок рамена, молоко, яйца и что-нибудь к чаю. Катилась пластиковая тележка, лениво поскрипывая колесами по кафельному полу, вокруг ходили уставшие после рабочего дня офисные сотрудники, а из динамиков под потолком тихо лилась какая-то ненавязчивая поп-музыка. Чонгук стоял в отделе готовых полуфабрикатов, задумчиво разглядывая упаковки с токпокки, когда краем глаза заметил, что рядом кто-то остановился. На незнакомце была свободная черная толстовка и глубокая кепка, практически полностью скрывающая лицо, но манеру держаться и этот резкий, оценивающий взгляд Чонгук не перепутал бы ни с чем. Это был Мин Юнги. Юнги лениво покрутил в руках банку с холодным кофе, затем с негромким стуком поставил её обратно на полку и повернул голову к застывшему на месте Чонгуку. На его губах заиграла привычная, слегка дерзкая и высокомерная усмешка. — Надо же, какие люди в нашем гастрономе, — негромко, но с явной подковыркой произнес Юнги, опершись бедром о стеллаж и скрестив руки на груди. — Лейтенант Чон, собственной персоной. А я думал, тебя после той эпичной ночи в Асане отправили патрулировать самые дальние окраины страны, где из преступлений — только угон велосипеда у местного фермера. Что, вернулся в столицу? Чонгук глубоко вздохнул, заставляя себя сохранять абсолютное спокойствие. В конце концов, Юнги больше не был фигурантом его расследования, да и вражды между ними, по сути, не осталось — только шлейф из взаимного недоверия. — Разочарую вас, господин Мин, — ровно ответил Чонгук, поправляя куртку. — Мой отпуск закончился, и я вернулся по делам. Как видите, обхожусь без конвоя. — Вижу, вижу, — Юнги смерил его взглядом с ног до головы, дразня и явно забавляясь этой ситуацией. — Корзина какая-то сиротская. Одни быстрые углеводы. Что, государственное обеспечение хромает после выговора от начальства? А ведь у Джина на кухне ты ел куда более изысканные вещи, помнится мне. Сам-то как, не икается по ночам? Упоминание Сокджина заставило Чонгука внутренне напрячься, но он упрямо держал лицо. — У господина Кима всё хорошо? — против воли сорвалось с его губ. Юнги хмыкнул, его дерзкий тон сменился чуть более серьезным, но всё еще колючим выражением лица. — Живее всех живых. Работает как проклятый, компанию в узде держит. Ладно, лейтенант, не буду портить тебе аппетит. Покупай свой рамен. До встречи в эфире, как говорится. Юнги развернулся и легкой, небрежной походкой направился к кассам, оставив Чонгука стоять посреди стеллажей с кучей смешанных чувств. Эта встреча была внезапной, но она ясно дала понять: Сеул не забыл его, и прошлая история по-прежнему где-то рядом. На следующий день Чонгук встретился с Чимином и Тэхёном в их любимом небольшом кафе на углу возле управления. Напарники уже сидели за столом, бурно обсуждая какие-то рабочие графики, но стоило Чонгуку войти, как они синхронно заулыбались и замахали руками. — Ну наконец-то! Наш пусанский беглец соизволил явиться! — закричал Тэхён на всю кофейню, из-за чего пара посетителей за соседними столиками недовольно обернулись. — Тише ты, активист, — Чимин шутливо хлопнул его по плечу и пододвинул к присевшему Чонгуку чашку горячего чая. — С возвращением, Гук-и. Выглядишь гораздо лучше. Видимо, домашняя еда и морской воздух пошли тебе на пользу. — Да, отдохнул отлично, — улыбнулся Чонгук, делая глоток. — Ну, выкладывайте, какие новости в Третьем отделе? Что там комиссия решила? Чимин и Тэхён переглянулись, и на их лицах появилось загадочное, но очень довольное выражение. — В общем, слушай, — Чимин придвинулся ближе к столу, понизив голос. — Сегодня утром капитан Кан лично вызвал нас в кабинет. Сказал, что все бумаги по твоему делу закрыты, дисциплинарное взыскание аннулировано за давностью и... ввиду вновь открывшихся обстоятельств. Короче говоря, капитан велел тебе завтра утром возвращаться на работу. Жетоны на стол, форма в порядке — ты снова в строю, лейтенант! Чонгук почувствовал, как огромный груз окончательно спадает с его плеч. — Серьезно? Даже без испытательного срока? — Абсолютно, — закивал Тэхён, победно жуя сэндвич. — Но это еще не самая главная новость, друг мой. Ты ни за что не угадаешь, кто приходил в наше отделение два дня назад. Лично! Чонгук замер с чашкой в руке. Сердце почему-то забилось быстрее. — Кто? — Ким Сокджин, — четко произнес Чимин. — Он приезжал вместе с Ким Намджуном. Они подписывали финальные протоколы об отказе от претензий к ведомству, чтобы закрыть все юридические хвосты холдинга. И знаешь что? Джин заходил прямо к капитану Кану. О чем они говорили за закрытыми дверями — мы не знаем, но капитан после этого вышел на удивление шелковый и сразу подписал твой приказ о возвращении. Так что думай сам, кто тут приложил руку к твоему спасению. Чонгук молчал, глядя на отражение лампы в своей чашке. Мысль о том, что Сокджин лично переступил порог полицейского участка — места, которое он наверняка ненавидел после всего случившегося — и сделал что-то для его возвращения, не укладывалась в голове. Это было не просто благородство. Это был знак, что Джин, несмотря на всю свою холодность, всё же не вычеркнул его из жизни окончательно. Тем временем в главном офисе корпорации рабочий день тоже подходил к концу. Ким Сокджин сидел в своем кресле, устало массируя виски после трехчасового селекторного совещания с инвесторами. Дверь кабинета открылась, и вошел Юнги. Он без приглашения устроился в кожаном кресле напротив стола председателя и закинул ногу на ногу. — Джин, угадай, кого я вчера встретил в супермаркете у дома, — с порога заявил Юнги, хитро прищурившись. Сокджин даже не поднял головы от экрана планшета. — Юнги, если это очередной твой знакомый из службы безопасности, у меня нет времени. — Нет, не угадал, — Юнги хмыкнул, наклоняясь вперед. — Я встретил нашего доблестного лейтенанта Чон Чонгука. Стоял посреди отдела готовой еды, выбирал рамен с таким потерянным видом, будто у него отобрали последнюю надежду на светлое будущее. Вернулся в Сеул, ходит по магазинам один. Пальцы Джина на секунду замерли над экраном. Он медленно поднял глаза на друга, стараясь, чтобы его лицо оставалось абсолютно бесстрастным, но Юнги слишком хорошо знал Сокджина, чтобы заметить эту секундную заминку. — И что? — ровно спросил Джин. — Да ничего, — пожал плечами Юнги, откидываясь на спинку кресла. — Подерзил ему немного, как обычно. Он, кстати, про тебя спрашивал. Волновался, всё ли в порядке. Я сказал, что ты в норме, руководишь процессом. Знаешь, Джин... он выглядел паршиво. То есть физически нормально, но взгляд такой же, как у тебя в первую неделю после больницы. Видно, что парень до сих пор варится во всей этой каше. Сокджин ничего не ответил. Он снова опустил взгляд на документы, но строчки финансовых отчетов теперь расплывались перед глазами. Новости от Юнги и понимание того, что Чонгук снова в городе, отозвались внутри странным, щемящим чувством. Джин вспомнил свой недавний визит в управление полиции и разговор с капитаном Каном. Он сделал то, что посчитал справедливым — помог вернуть парню работу, ведь Чонгук действительно спас его в Асане. Но встретиться лицом к лицу... к этому Джин пока еще не был готов. Понедельник начался для Чонгука с привычного запаха казенных коридоров, скрипа тяжелых дверей и шума работающих принтеров. Он шел по главному коридору Третьего отдела в своей отглаженной форме, чувствуя непривычную гордость и легкое волнение. Жетон снова приятно тяжелил карман куртки. Стоило ему открыть дверь общего рабочего зала, как там на секунду воцарилась тишина, которая тут же сменилась радостным гулом. — Эй! Смотрите, кто пришел! — первым вскочил со своего места Чон Хосок, дежурный офицер связи и по совместительству главный создатель хорошего настроения в отделе. Хосок буквально подлетел к Чонгуку, с размаху хлопая его по плечу и заключая в крепкие, почти удушающие дружеские объятия. — Чонгук-а! Живой! Вернулся! — восторженно кричал Хосок, сияя своей фирменной широкой улыбкой. — Мы тут без тебя чуть с ума не сошли со всеми этими отчетами! Чимин и Тэхён постоянно ворчали, капитан Кан ходил чернее тучи, а на кофе-поинте вообще наступил кризис! Как же мы рады тебя видеть, парень! — Привет, Хосок-хён, — смеялся Чонгук, пытаясь высвободиться из его железной хватки. — Я тоже скучал по этому сумасшедшему дому, поверь. Остальные сотрудники отдела тоже подходили, здоровались, жали руки и искренне поздравляли младшего лейтенанта с возвращением в строй. Чонгук чувствовал, как внутри него окончательно восстанавливается тот самый внутренний стержень, который был подорван за время следствия. Он был на своем месте, среди людей, которые верили в него и ценили его работу. Из своего кабинета вышел капитан Кан. Он строго окинул взглядом собравшихся, из-за чего все тут же притихли и поспешили вернуться к своим рабочим местам. Капитан подошел к Чонгуку, внимательно посмотрел на него поверх очков, а затем коротко, по-отцовски кивнул. — Лейтенант Чон. Рад, что вы в порядке. Нам предстоит много работы, старые дела сами себя не закроют. Зайдите ко мне через десять минут за новыми материалами. — Есть, капитан! — четко ответил Чонгук, приложив руку к козырьку. Когда капитан скрылся в кабинете, Хосок снова подмигнул Чонгуку из-за своего монитора: — Ну всё, Гук-и, добро пожаловать обратно в реальность. Сегодня с тебя угощение на обеде! Чонгук сел за свой рабочий стол, включил компьютер и посмотрел в окно, где над Сеулом разгорался яркий, солнечный день. Он вернулся на работу, его жизнь снова обрела четкий ритм и структуру. И пускай впереди было еще много нерешенных вопросов и личных драм, сейчас он твердо знал: он готов ко всему, что принесет этот город.