Полуночный Подсолнух

- Значит, так, - бесцветно говорил Энди после завтрака, аккуратно объезжая деревню по просёлочной дороге в сторону пляжа. - Больше в столовую не ездим, только пешком. И никаких бургеров на поле. Обед и ужин тоже в столовой. Лучше только обед, наедаемся до следующего утра. И пива не пьём, от него вред один. Воду не покупаем, а набираем из крана. Случаев диареи тут не выявлено, так что переживём. - Хорошо, что осталось всего два дня, - вздыхал Бретт. - Целых! Целых два дня. Меня ещё потрясывало, но отец перевёл мне две, и я, хоть и догадывался, что придётся ужаться, всё равно понимал, что голодными мы не останемся. Но у Энди проблемы были посерьёзнее. Он это не афишировал, но все знали, что его мама тяжело болеет, и денег у них маловато. Я подозревал, что он сейчас даже ничего у неё не попросил. Надежда была на Рассела, который ещё безмятежно спал, засыпав песком весь салон. У его отца был небольшой бизнес, и нам хотелось верить, что он подкинет денег сыну, который поделится с Энди. Но узнать точнее, пока не проснётся сам гвоздь сегодняшней программы, было нельзя.  - Как этот гаишник учуял? - тихо возмущался я. - Ты выпил всего две банки пива! Даже я выпил четыре! - На таких, как мы, у них нюх годами отточен. Я уверен, что за этот фестиваль они зарабатывают на год вперёд. Всё поле таскается через деревню в столовую, думаешь, среди них много трезвых? Любого лови да деньги тряси. Отнекиваться никто не будет, времени нет, а домой ехать всё равно придётся. Может, мне бросить технарь и устроиться сюда гаишником? Энди умел сохранять силу духа, и у меня постепенно отлегало от сердца. Когда он припарковал машину у пляжа, мы все вышли и уставились на спящего Рассела. - И опять не поел, гад, - фыркнул Энди. - Но я хрен повезу его снова. - Что сейчас на фестивале? - задумался Бретт, и Энди достал безобразно потрёпанную программку. - Конкурсы какие-то. Разыгрывают мерч. - Пойдём? - Если хотите - идите. Я этого хмыря буду караулить. Не оставлять же машину открытой. Чего доброго, проснётся, сядет за руль и в море уедет. - Может, до воды его дотащим? Мы с Ману так Джи однажды тащили, пришёл потом совершенно трезвый. - Так Джи дохляк, а этот кабан ядрёный. - А мы по песочку. На пляже было полно народа, и мы под весёлые подбадривания со всех сторон поволокли Рассела по берегу. Какие-то два парня вызвались помочь, и дело пошло быстрее. Когда Рассел оказался в воде, мы были вспотевшие, словно после хорошей пробкежки, и упали в море освежиться. - Джи, а давно ты спелся с группой «Барэ»? - задумчиво протянул Энди. - То Ману тебя в море таскает, то Лазарь пожрать приносит. - Ни с кем я не спелся, - буркнул я, качаясь но волнах. - Это фестиваль, все общаются друг с другом, иначе зачем сюда приезжать? Я ещё и с группой «Шуко Шандор» выпивал у костра, это тоже называется «спелся»? - Да ладно! Как тебе это удалось? - А что? Ты знаешь эту группу? - Да это же легенда! Ей лет двадцать, или больше. Моя мать училась в их городе, и несколько раз на концертах была, когда они только начинали. Она даже дружит с кем-то из них. Как интернет провели - открыточки по праздникам шлёт в соцсети. Сам-то я не был на них, конечно, и даже песен не слышал. Кажется, у них нет студийных записей. - Им лень, - хмыкнул я. - Их главный просто так кайфует от жизни, и ему больше ничего не нужно. - Бывают такие люди. Удивляюсь, как они выживают вообще. Только условная выручка с концертов, и то всю пропивают. - Но на фестиваль они как-то же попали! - меня кольнули несправедливые слова Энди. - Причём уже во второй раз. Слышал, в прошлом году они фурор произвели, если про цыганщину можно такое говорить. Не удивлюсь, если в этом году зрителей ещё больше будет. - Он меня пригласил. - Кто? - Цыган Лоло. Они выступают завтра в семь тридцать. - Как поздно! Я думал уже домой к этому времени уехать. - Ты что? - вскричал я. - Как можно уезжать посреди последнего фестивального дня? - Если поедем позже - будем стоять в таких пробках, что мало не покажется, а у нас бензина с гулькин нос. Видел, сколько тут людей? Они все поедут по домам. - Энди, - кипел я. - Я отдам тебе все деньги. Только давай уедем послезавтра утром. Ты что? - Ладно, я шучу, - захохотал тот. - Я тоже хочу попасть на «Шуко Шандор». Обещал маме поснимать, что они там на сцене вытворяют. - Одни шутники вокруг, - я угрожающе покосился на ангельское лицо Бретта с уже почти сошедшей розой на щеке, припоминая враньё про настоящую татуировку. - Но твоё обещание про деньги я запомню, - подмигнул Энди. - Если что, могу же я на тебя рассчитывать? - Какие вопросы? - выдохнул я. - Я тебе ещё и списывать дам на промежуточных. - Принято. Я ещё плохо шарю в Пайтоне, а в следующем году у нас по нему курсовик. Ты же напишешь за меня, правда? Я пыхтел, глядя в его румяное лицо, и никак не решался послать, хотя очень хотел. В конце концов, Энди действительно сильно меня выручает на фестивале, но курсовик - не слишком ли? - За меня напишите, - Рассел, собирая глаза в кучу, присаживался в воде. - Мы в техникуме? Чего так жарко? - Что, родной, выспался? - начал я, заметив, что Энди подозрительно молчит. - Может, супчика? - А есть? - Рассел щурился и пытался понять, где он. - А то! Глянь вокруг, сколько супчика. С рыбкой и с говном. Пацаны, покормим его? На удивление, Рассел бегал очень быстро, и мы выбились из сил даже раньше него, пока пытались догнать вдоль кромки берега. Когда все рухнули на песок, пытаясь отдышаться, Рассел утёр лицо и повернулся к нам: - Я сильно бузил? - Порядком, - фыркнул Энди. - Проблемы принёс? Энди страдальчески выдохнул и отвернулся на песке, накрыв лицо рукой. Так что пришлось рассказывать мне, и я не упустил случая приукрасить. - Гаишник стянул с нас двадцатку. У тебя на карте было всего две. Так что мы отдали все свои деньги, и теперь у нас нет ничего на оставшиеся дни. - И на бензин тоже нет, - добавил Бретт, поняв мои правила игры. Пока притихший Рассел вращал глазами, переваривая информацию, я выжидал и царапал колено, гадая, что он там предложит. - Я с отцом поцапался перед отъездом, - мрачно признался он. - Мне не у кого просить. Со стороны Энди раздался отборный мат, и мы с Бреттом даже не думали перебивать. Наверное, я за всю жизнь не слышал столько проклятий. Жаль, некуда было записать, я бы с удовольствием ими пользовался в случае важных переговоров. Рассел чесал затылок и со всем соглашался. - Может, у своей возлюбленной займёшь? - закончил свою тираду Энди. - У которой именно? Энди выдал ещё пару залпов, и я даже подумывал прикрыть Бретту уши, но тот слушал с таким восхищением, что я даже хрюкнул от рвущегося наружу смеха. - Какая такая баба из полиции? - обалдевал Рассел. - Ты чего накурился, друг? В общем, на четверых у нас осталось только те две, что перевёл мой отец. Правда, Рассел пообещал прошерстить свою телефонную книгу, но телефон был разряжен и остался в палатке, так что наша унылая процессия направилась именно к ней. Мы изнывали от жары, от усталости, от тяжких дум, а Рассел ещё от похмелья и голода, но Энди после его нытья выдал ему воспитательную оплеуху, поэтому мы шли в полном молчании. Обычно в это время мы направлялись как раз на пляж к разбитной компании с чачей, но сегодня с самого начала всё пошло не так. У палатки мы завалились на траву, мечтая о прохладе и теньке, которых не было нигде в лагере. Мы установили зонтик в центре, чтобы хотя бы части наших тел попадали под него, и задремали. Рассел чувствовал вину и, полежав пару минут, взял телефон, забрал у Энди ключи и пошёл в машину заряжать. Энди силился встать, чтобы проследить за ним, но от бессилия махнул рукой: - Как же утомительно ругать людей, - буркнул он и засопел. - Бедолага, - пробормотал я Бретту. - Он всю ночь не спал, а потом ещё и нас возил в эту злосчастную деревню. - Джи, - захныкал тот. - Как же мы без денег два дня? А ещё обратная дорога почти сутки. - Подожди, Рассел сейчас позвонит кому-нибудь. Всё образуется. От усталости мы вырубились на жаре и не заметили, когда вернулся Рассел. Мы спали около двух часов, и у него была возможность и помыться, и набрать воды в бутылку, и даже раздобыть где-то несколько стаканов заварной лапши. Судя по тому, как медленно он наливал в неё воду и неловко устанавливал на солнцепёк, он чего-то ещё хлебнул, и я подозреваю, что чачи на пляже, где и добыл лапшу.  - Офигеть, скатерть-самобранка, - хмыкнул Энди, потирая глаза. - Но не отвлекаемся. Деньги достал? Рассел энергично замотал головой, потерял равновесие и завалился на палатку. Энди взял бутылку с водой и очень долго пил, даже не думая помочь ему подняться. - Что ж, пойдем побираться по полю, - вымолвил он. - Джи, что случилось? - нервно зашептал мне на ухо Бретт. - Рассел не нашёл деньги? - Кажется, нет, - тихо ответил я. - Все козлы! - громко всхлипнул Рассел, стоя на четвереньках и боясь подниматься обратно. - Никто ни гроша не дал. - Понял теперь цену всех своих приятелей? - сквозь зубы цедил Энди. - Как у тебя просить, так очередь выстраивается. - Козлы! - шипел Рассел, утыкаясь лбом в траву. - Все козлы. Простите меня, братаны. - Пока не протрезвеешь, некого прощать, - Энди прикрыл глаза и отвернулся. - Нахрен я вообще с тобой поехал. - Братан, ну прости! - взревел Рассел и упал на Энди, отчего тот выронил бутылку и облил Бретта. Я забрал бутылку и сам долго из неё пил. Похоже, это единственный источник жидкости, оставшийся нам. В принципе, предшествующие дни прошли весело, впечатлений много, и хороших, и плохих, может, и ничего страшного, если оставшиеся два дня будем бомжевать. Рассел вновь заснул, а мы втроём без аппетита съели размякшую лапшу и до последней капли выпили химозный бульон. - Этот хмырь до сих пор так ничего и не съел, - шипел Энди. - Что будем делать? - вздыхал я. - Видеть его больше не могу. Пошли шарахаться по полю, так и быть.