Будний вечер
16 июля 2026 г., 06:00
Хисын, уставший после пар в медицинской академии, лежит на постели и листает ленту инстаграма. Кожа сверкает после длительного душа и всех нанесенных уходовых средств. Стройное тело не скрывает тонкая льняная ткань белого домашнего костюма.
Джеюн заходит в комнату и застает эту прекрасную картину: его парень отдыхает после долгого и утомительного дня, лежа на животе и листая социальные сети. Он засматривается на то, как свет, падает на слегка загорелую кожу. Джейк откровенно пялится на задницу старшего. Лен прилегает к телу, показывая все прекрасные изгибы, а под ним ничего нет. Абсолютно. Эта легкая нагота гипнотизирует Шима, не давая отвести взгляд.
Он не успевает понять, как медленно подходит к постели, смотрит на стройное тело Хисына, буквально пожирая его взглядом. Джеюн приходит в себя после, когда громко шлепает упругую кожу ягодиц, вызывая легкий писк у старшего.
— Какого...? — Ли отлипает от подушки и разворачивается в пол оборота, смотря на младшего.
А тот будто не замечает ничего, только то, как под полупрозрачной тканью брюк краснеет кожа, как остается отпечаток его ладони.
— Никогда не замечал, что у тебя настолько охуенная задница, — только спустя несколько минут Джейк приходит в себя и отвечает под пронзительный взгляд оленьих глаз. Хисын хоть и хмурится, но младший видит, как ему нравится это внимание, это действие.
— У меня вообще-то все тело охуенное, — старший фыркает и закатывает глаза. Шим на это действие лишь ухмыляется, кладет одну ладонь на ягодицу парня, пару раз сжимая ее, и ложится рядом, внимательно следя за чужой реакцией. Хисын жмурится и резко выдыхает, чувствуя чужие прикосновения.
— Но знаешь, что действительно самое охуенное в твоем теле? — Джеюн придвигается ближе к старшему, почти касаясь его кончика носа своим. Его ловкие пальцы опускаются ниже, пробегаясь по ложбинке к промежности, где уже начинает скапливаться влага, — Клитор, Хисын-и. И не просто клитор, а, черт возьми, проколотый клитор. Каждый раз схожу с ума, когда это вспоминаю.
Ли не выдерживает и впивается в губы напротив с поцелуем. Он нисколько не мягкий и нежный, а грубый и необузданный. Металл в языке младшего ласкает небо, руки продолжают мучать ягодицы, пока Хисын седлает Шима.
— Этот проколотый клитор жаждет внимания, Джеюн-и. — старший намеренно протягивает чужое имя и трется влажной тканью там, где топорщатся домашние штаны Джейка, — сделаешь с этим что-нибудь?
— Конечно, — ухмыляясь в губы напротив, отвечает младший и поднимает бедра вверх, имитируя толчок и вызывая стон у себя и Хисына, — трахну тебя так, что ты забудешь свое имя, а из твоей киски будет вытекать мое семя.
— Тогда действуй. — стонет Ли и целует Джеюна. Тот пользуется ситуацией и переворачивает их, придерживая старшего за талию. Хисын распластывается под Джейком, зарывается пальцами в волосы, тянет к себе ближе, сталкивает их языки в танце, прогибается в спине и требует внимание к себе, — Сделай так, чтобы из меня вытекало твое семя, Джеюн-и.
Шим сразу же приступает к делу: дразнит несколько минут, касаясь клитора через легкую прозрачную ткань, а после снимает брюки окончательно. Старший сразу же сгибает ноги в коленях и раздвигает бедра, открывая прекрасный вид для возлюбленного. Джейк видит, как часто поднимается и опускается чужая грудь, скрытая полупрозрачной тканью, уже покрасневший и влажный клитор, проколотый в капюшоне. Младший не удерживается, наклоняется к паху возлюбленного и один раз широко и влажно проходится по половым губам, цепляясь за украшение своим. Хисын прогибается в спине и громко стонет от такого самоволия Шима.
— Ты обещал, что из меня будет вытекать твоя сперма, а не слюна, Джеюн-а, — еле дыша, произносит Ли капризно и по-детски дует губки.
— Прости, Хисыни-хен, не смог удержаться, чтобы тебя попробовать, — вновь нависая над старшим, отвечает Джейк.
— Все еще не распробовал за столько раз?
— Не могу насытиться тобой, — честно отвечает младший и коротко целует Хисына в пухлые губки, оставляя на них легкий привкус его же смазки. Старший слизывает его и мычит от удовольствия: и правда приятно.
Шим довольно ухмыляется и стягивает с себя домашние штаны сразу с боксерами. Головкой уже возбужденного члена он водит по клитору, собирая влагу и тихие стоны Ли, а потом одним плавным и быстрым движением входит в него. Хисын цепляется за плечи младшего, не скрытые майкой, прогибается в спине и стонет звонко, довольно.
Джеюн не ждет, сразу же начинает двигаться рвано, быстро, нетерпеливо. Его губы ходят по шее старшего, оставляют горячие поцелуи и засосы, штанга в языке приятно холодит кожу, вызывая у Ли более громкие и долгие стоны.
Хисын в это время проходится короткими ногтями по чужим плечам и лопаткам, оставляя красные полосы, цепляется за майку, норовя ее сдернуть или порвать в порыве страсти, прогибается в спине все сильнее, чтобы Джейк руками обхватил его талию и прижал еще ближе, вбиваясь в тело глубже.
И это срабатывает, но не так, как предполагал старший: Шим касается его под коленями и закидывает ноги себе на плечи, буквально складывая Хисына пополам. Меняется угол проникновения, член входит глубже, чем до этого, доставляет большее удовольствие. Ли довольно стонет, сжимает в руках простыни и тянется за поцелуем. Джеюн дарит его, одновременно касаясь клитора и играя с проколом.
Внутри старшего хорошо, тепло, влажно, его стоны звучат как настоящая искренняя похвала. Джейк долго не протягивает, утыкается в шею напротив, кусает ощутимо и больно и кончает с глухим стоном.
Хисын чувствует, как внутри него теплеет, как что-то горячее и приятное обволакивают его стеночки, как младший играется с чувствительным клитором, как томно и горячо шепчет в ухо:
— Кончай, Хисыни-хен.
Этот бархатный голос и игривый язык, который проходится по ушной раковине и касается ее металлом украшения, доводят до края старшего. Он сильнее прогибается в спине, стонет протяжно и хрипло, кончая.
Джеюн еще двигается внутри него, пока Хисын не начинает всхлипывать от сверх стимуляции.
— Хватит-хватит, Джеюн-и, слишком много...
Джейк сразу же целует его в щеку, извиняясь, и выходит. Из влагалища сразу же начинают течь его сперма и смазка старшего. Они ручейками стекают по половым губам вниз, впитываясь в простыни.
— Tears run down your thighs, — пропевает Шим, любуясь этой картиной с первых рядов, и ухмыляется довольно.
— Ого, как запел. — с огоньком в глазах говорит Хисын, — Думаешь, мы закончили? — он резво переворачивает их и нависает над Джеюном, — Я хочу кое-что попробовать, можно?
— Я в твоем распоряжении, — показывая рукой на свое тело, отвечает младший и устраивается на простынях, следя за Ли.
Старший садится на колени возлюбленного, касается рукой члена, проводит ею от основания к головке, задерживается на ней большим пальцем и вновь опускает ладонь. Хисын чувствует, как Джеюн начинает снова возбуждаться, толкаясь навстречу руке, и тут же прекращает стимуляцию.
Ли приподнимается, двигается ближе к уже вставшему члену, прижимается к нему клитором, двумя пальцами скользя вверх и вниз по стволу. Хисын плавно поднимается и опускается, чувствуя под собой твердую плоть, которая так правильно ходит по его половым губам, стимулируя их. Головка члена каждый раз, когда Ли опускается, приподнимает украшение и вызывает этим задушенные стоны старшего. Шим смотрит на это с блестящими и восторженными глазами, любуясь старшим. Он придерживает возлюбленного за поясницу и талию, помогая держать свой вес.
Но даже так Хисына надолго не хватает: рука, на которую он опирается, вскоре устает держать вес тела, готовое вот-вот кончить. Он ругается себе под нос, замирает на секунду, когда головка члена вновь приподнимает его украшение, стимулируя клитор чуть сильнее, чем до этого, глухо стонет и кончает.
Его смазка на этот раз стекает по члену младшего. Джеюн успокаивающе поглаживает его по пояснице, пока тело не перестает дрожать после пережитого оргазма. Как только Ли начинает дышать глубже, Джейк приподнимает его бедра так, чтобы головка члена была четко под входом старшего, после чего опускает. Младший вновь в нем, так приятно и необходимо растягивает стеночки внутри, что Хисын не может сдержать короткого довольного стона.
Джеюн пару раз поднимает и опускает обмягшее после оргазма тело старшего, а после беззвучно кончает в него. Ли вновь чувствует горячую сперму внутри, довольно мычит и ложится на младшего сверху, прижимаясь головой к его груди и прикрывает глаза.
— А теперь в душ? — мягко проведя рукой по светлым растрепанным волосам Хисына, спрашивает Джеюн.
— Только если ты меня понесешь, — удобнее устраиваясь на чужой груди, глухо отвечает старший.
— Понесу, но позже, — произносит Джейк, обнимая Ли за талию и утыкаясь носом в его макушку, — ты сейчас такой теплый и уютный, не хочу двигаться и выпускать тебя из объятий.
