Вигемильх не властна над Вердраеосом

Осень пятого года правления Зента. С происшествия прошло одиннадцать дней. Фердинанду 12 лет. Майн 7 лет. Фердинанд сидел за столом в покоях Майн, ожидая торговца, который, по всей видимости, взял на себя роль делового опекуна девочки. Ему казалось, что Майн едва держится, несмотря на то что выпила одно из приготовленных им зелий. Он гадал, чувствует ли она последствия того, как отчаянно пыталась вырваться из хватки Экхарта, или же это была эмоциональная боль, нанесенная ей в конце его исследования её воспоминаний. По крайней мере, мана из неё не утекала. Сам Фердинанд тоже страдал от головной боли, так как продолжал сжимать свою ману, используя технику Майн, и теперь мучился от своего рода «похмелья маны». Но этот эффект был слишком уж затяжным. Хайсхиц, стоявший на страже у двери, распахнул её, когда один из серых священников ударил в колокол. Фердинанд заметил, как глаза торговцы слегка расширились при виде неожиданного участника их встречи. Бенно выглядел совсем не так, как в тех видениях, что показывала ему Майн, когда он кричал на неё. Его волосы были уложены помадой, а одежда вполне подходила для встречи с дворянами. Мальчик, стоявший рядом с ним, был куда более узнаваем — это был тот самый юный мальчик, которого Майн знала как Лутца. Бенно быстро обвел взглядом комнату; его взор скользнул по последователям и задержался на Майн. Глаза её были совсем тусклыми, лицо — бледным и слегка покрытым потом, а в теле явно не чувствовалось былой бодрости. Фердинанд решил, что собрание стоит закончить поскорее. Однако он заметил, как в её глазах вновь промелькнул едва заметный огонек, когда она посмотрела на мальчика, хотя она явно старалась сдерживать любые явные эмоции. Её деловой опекун тут же преклонил колени, произнося безупречное дворянское приветствие. Фердинанд был впечатлен его образованностью, но это также заставило его обеспокоиться тем, в какие связи тот может быть вовлечен с другими дворянами. Когда Фердинанд представился просто как архиепископ, он заметил, как Бенно замер. Затем торговец склонил голову ещё ниже, не меняя позы в коленопреклонении. О? Неужели он знал, что архиепископ — это ещё и Зент? Довольно осведомлённый простолюдин. Он лишь слегка вздрогнул, когда Фердинанд активировал блокирующий звук магический инструмент на большой площади. Насколько же хорошо он знаком с подобными вещами? — Сестра Майн, мальчик, пожалуйста, выйдите на мгновение за пределы действия этого инструмента. Хайдемари, присмотри за ними. Пока они не разговаривают, мне всё равно, что будет происходить дальше. После этого объявления глаза Майн тут же метнулись к нему, и в них вспыхнул явный проблеск надежды. Именно этот мальчик в воспоминаниях заботился о её здоровье. Наверняка он сможет что-нибудь предпринять, чтобы избавиться от этого неприглядного состояния. Он отмахнулся от неё, и она последовала к мальчику с куда большим энтузиазмом, чем он ожидал увидеть в ней в данный момент. Она и вправду была рабой своих эмоций. Краем глаза он видел, как она теперь прижимается к мальчику, который неловко похлопывал её по спине, всё ещё не уверенный, уместно ли это в нынешней ситуации. Значит, даже у этого мальчика чувство ситуации развито лучше, чем у неё. Бенно тоже, казалось, не был уверен, позволено ли ему вообще комментировать происходящее или от него ждут каких-то слов, но решил просто продолжать стоять на коленях в ожидании. Фердинанда забавило то, насколько стойко тот справлялся с нынешней ситуацией. Он решил сделать медленный глоток чая, прежде чем начать обращаться к стоящему перед ним человеку. — Итак, Бенно, у меня есть к тебе несколько вопросов как к деловому опекуну сестры Майн. — Мои знания принадлежат вам, мой Зент. Значит, он и вправду всё понимал. — Поскольку сейчас мы находимся в храме, обращайтесь ко мне «архиепископ». И хотя мой истинный статус не является секретом, я был бы признателен, если бы ни мальчик, ни сестра Майн не узнали о нём. Он сделал ещё один глоток чая, а Бенно поспешно закивал и ещё сильнее втянул голову в плечи. Раз он так хорошо знает своё место, то этот допрос может оказаться куда более простым, чем вчерашний разговор с Майн. — Подними голову и скажи мне, чем сестра Майн ценна для тебя, — приказал он и был впечатлён тем, что Бенно сумел набраться смелости и выполнил его требование. — Сестра Майн — неиссякаемый источник инновационных товаров, таких как украшения для волос, унишам и растительная бумага, приносящих огромную прибыль, достопочтенный архиепископ. Я ожидаю, что в будущем она создаст ещё немало подобных вещей, и моя цель — найти взаимовыгодные соглашения по каждому из них, — ответил он, не отводя взгляда и глядя прямо ему в глаза. Интересно, значит, этот торговец знал о ней как об огромном источнике знаний и идей и стремился лишь к прибыли. Весь в своём ремесле. — Но у сестры Майн Пожирание. Вы не могли даже надеяться на то, что она проживёт достаточно долго, чтобы создать для вас столько новых продуктов, — заявил Фердинанд. Он произнёс это как неоспоримый факт, но на самом деле в его словах скрывалось сразу несколько вопросов: Как долго он знал о её Пожирании? Хотел ли он, чтобы она посвятила имя какому-нибудь дворянину ради продления жизни и новых изобретений? Или же он планировал продать её дворянину, чтобы минимизировать убытки до того, как она умрёт? — В самом деле, достопочтенный архиепископ, я и не мог на такое надеяться. На самом деле, я ожидал, что она умрёт максимум через сезон. Но она сама пожелала остаться и умереть вместе со своей семьёй вместо того, чтобы просить помощи у дворянина, и я уважал это решение. Фердинанд вскинул бровь. Это совсем не вязалось с образом алчного до наживы человека, о котором так горько сетовала в своих мыслях Майн. — И как её поступление в храм в качестве ученицы священницы Синего храма повлияло на ваши планы относительно неё? — внешне он сохранял нейтральную улыбку и безразличный тон, но внутри ему было любопытно, признается ли Бенно, что возражал против того, чтобы Майн присоединилась к храму. Глаза Бенно на мгновение дрогнули, прежде чем он ответил. — Я рада, что сестра Майн сможет продлить свою жизнь, вступив в храм, и что её будущие изобретения наверняка принесут моей лавке большую прибыль, но я воздержался от включения её в какие-либо реальные планы развития дела, достопочтенный архиепископ. Поскольку теперь она постоянно находится среди дворян, она может исчезнуть из виду в любой момент, без предупреждения. Я не могу строить планы основываясь на столь переменчивых условиях. Поэтому я просто смирился с тем, что буду принимать любой товар, который она сможет мне предложить, и выставлять его на продажу сразу же, как только он поступит. — О? Но разве вы не заставили её подписать тот магический контракт с мальчиком, чтобы сохранить права на её изобретения? Бенно вздрогнул, а Фердинанд прищурился. — Они пришли к этому соглашению ещё до нашей встречи, достопочтенный архиепископ, я лишь помог им закрепить его магическим контрактом, — Фердинанд позволил себе лёгкую усмешку. — С точки зрения торговца это кажется странно щедрым. Цена на контрактную магию и так должна быть достаточно высокой, чтобы предотвратить столь легкомысленное использование, не так ли? Он заметил, как торговец начал потеть. Неужели он боялся разоблачения? Неужели он изменил условия контракта так, что они теперь отличаются от тех, в которые верила Майн? — Не могу отрицать, что укрепление связи между сестрой Майн и Лутцем может пойти на пользу моему магазину, но я вынужден вежливо возразить против того, чтобы называть это легкомысленным использованием магии контракта, многоуважаемый архиепископ. Фердинанд прищурился, побуждая его продолжать. И хотя голос Бенно стал совсем тихим, он всё же закончил свои объяснения. — Магический контракт — это единственное средство, доступное простолюдинам, чтобы защитить себя от дворян. Поскольку сестра Майн только что создала возможность, которой можно воспользоваться, я заставил её подписать этот магический контракт, чтобы обеспечить хотя бы путь для общения между Дворянским кварталом и нижним городом. Значит, он всё ещё выставляет это так, будто помогает ей? — И впрямь, отличный повод, — с лёгким смешком пробормотал Фердинанд. Бенно слегка вздрогнул и побледнел, когда взгляд Фердинанда снова стал холодным. — Значит, вы сделали ставку на прибыльность её изобретений, чтобы оказать давление на того, кто может её присвоить? Почему бы просто не заставить её подписать контракт с кем-то по вашему выбору? — Фердинанд сделал ещё глоток чая, внимательно наблюдая за реакцией Бенно. — Это был единственный возможный для меня путь, достопочтенный архиепископ. У меня нет подобных связей, даже если бы сестра Майн не была категорически против этой идеи — а она была против. — Понятно. Значит, вы просто старались позаботиться о ней так, как только могли? — Он сделал ещё глоток чая, пока Бенно нерешительно кивал. — В таком случае, в этот раз я позабочусь о вас, Бенно. Вы ведь знаете, в чём заключается сила магии контракта? Торговец, стоявший перед ним, казалось, был сбит с толку этим неожиданным вопросом. — Прошу прощения, но вопросы магии выше моего понимания, достопочтенный архиепископ. Этого и следовало ожидать. — Это сила самой Богини Света, Бенно. Его глаза расширились от невыразимого недоверия, а бледное лицо стало ещё белее. Фердинанд же продолжал говорить совершенно безучастным голосом. — Вы знаете, какой смысл вкладывают в крещение? — Бенно замялся. — Предоставить детям гражданство и признать их официальной частью общества, — ответил он, явно не понимая, к чему клонится этот разговор. Фердинанд слегка усмехнулся. — В этом нет ошибки как таковой, но вы упускаете самое главное. Заявить о своем существовании Богам. Фердинанд видел, как до Бенно наконец дошло. Значит, он был достаточно умен, чтобы осознать содеянное. — Я не знал, что у магии контракта есть возрастное ограничение, достопочтенный архиепископ. Это больше не повторится. — Я в этом уверен, — согласился Фердинанд с глубокой улыбкой, от которой стоявший перед ним мужчина, казалось, почти впал в панику. Затем Фердинанд жестом подозвал Юстокса, который тут же поднёс лист пергамента с уже начерченным магическим кругом прямо к лицу Бенно. После этого он протянул ему иглу. — Мне нужно подтвердить точные формулировки магических контрактов, которые вы трое подписали. Для этого капните на этот круг каплю крови, Бенно. Фердинанду пришлось признать, что тот не проявил ни малейшего колебания и решил подчиниться приказу, несмотря на явное замешательство. Затем Юстокс отнёс пергамент туда, где стояли Майн и Лутц. Поскольку блокирующий звук магический инструмент отсекал и внешние шумы, Фердинанд не мог разобрать каждое слово, сказанное Юстоксом, но мальчик быстро убедился в необходимости действия и капнул на пергамент свою кровь, после чего уколол палец Майн и приложил его к бумаге, пока она продолжала держать глаза закрытыми. Значит, не только вчера она так боялась крови. Боже правый. Казалось, что в своём мире снов она росла в полной изоляции, но на это было почти невозможно смотреть. Когда Юстокс вернулся с листом, Фердинанд извлёк свой штап. — Абшрифт, — произнёс он, и на бумаге проступили чёткие копии обоих контрактов, подписанных той троицей. Формулировки были в точности такими же, какими их помнила Майн. Его опасение, что Бенно мог обмануть её, подсунув второй слой пергамента, в итоге не оправдалось. От этого на его лице промелькнула слабая улыбка. Значит, она была совершенно свободна. Фердинанд повернул голову, чтобы посмотреть на Майн, которая всё ещё цеплялась за мальчика. Возможно, слово «свободна» было не совсем верным. Она казалась очень привязанной к этому мальчику. А он занимал лишь второе место в списке её преданности. Глаза Майн опухли, а лицо и рубашка мальчика были мокрыми от слёз. Но, несмотря на этот неприглядный вид, Фердинанд не мог отрицать, что подобное состояние, похоже, пошло ей на пользу. В начале собрания она сидела ссутулившись и выглядела так, будто вот-вот лопнет, но теперь в ней снова появилась былая живость. Бенно проследил за его взглядом, но промолчал. — Как с ней лучше всего обращаться? — спросил он, продолжая наблюдать за ней. Мальчик заметил его взгляд и снова напрягся, что не укрылось и от Майн. Однако она лишь быстро взглянула на него, а затем вновь прильнула к нему, словно пытаясь уткнуться щекой в его грудь. Какое неподобающее поведение для девушки, прошедшей возраст крещения. — Честно говоря, я и сам не знаю. Она чрезвычайно слаба, поэтому за ней нужно присматривать постоянно, иначе она может просто упасть от того, что слишком много двигалась в течение дня или слишком сильно разволновалась. Её озарения приходят в самые неожиданные моменты, а объясняет она из рук вон плохо. Даже мой ученик Лутц, который опытнее всех в обращении с ней, часто теряется перед её выходками. Несмотря на свою слабость, она всё равно прет напролом к своей цели и впадает в уныние при малейшей неудаче, но лишь для того, чтобы мгновение спустя броситься вперёд с удвоенной силой, дабы преодолеть препятствие. Для неё нет ничего важнее книг, семьи и друзей. И во всём этом она доходит до крайности. Но попытка использовать это, чтобы направить её в нужное русло, — палка о двух концах: это может привести либо к великому успеху, либо к полной катастрофе. Цк. Фердинанд жестом попросил Хайдемари проводить их обоих обратно к столу. К его облегчению, Майн отпустила мальчика, когда он опустился на колено рядом с Бенно, и вернулась на своё место. Значит, чувство приличия у неё всё же есть. — Теперь вы должны расторгнуть магический контракт, дававший Лутцу право продавать товары Майн, — нейтральным тоном приказал он, и, казалось, даже Бенно был этим удивлен. Однако он был достаточно мудр, чтобы не возражать. — Архиепископ, почему... — начала Майн, но его суровый взгляд заставил её умолкнуть. — Это одновременно и хлопотно, и бесполезно. Подобный контракт в масштабах города лишь создаст лишние неудобства, так что отмените его. Майн, казалось, хотела возразить, но на самом деле следующим заговорил Бенно. — Позвольте мне высказаться, достопочтенный архиепископ? — Фердинанд вскинул бровь и сердито посмотрел на него. Неужели он и теперь набрался безрассудной смелости, чтобы возразить? А ведь он считал его довольно рассудительным человеком... Он ворчал из-за того, что для отмены контрактов на самом деле требовалось согласие каждого. Слишком сильное давление могло разгневать Богиню Света. — Позволяю, — сказал он, прищурившись. — Я безмерно благодарен вам, достопочтенный архиепископ. Сестра Майн, пожалуйста, согласитесь на отмену. Это всегда задумывалось лишь как крайняя мера, и если сейчас это угрожает вашей жизни в храме, то я могу лишь призвать вас проявить благоразумие и согласиться. Сестра Майн, полагаю, как член ордена, вы понимаете, что слово достопочтенного архиепископа имеет для вас наибольшую ценность. Вы наверняка обретете великую удачу, если будете дорожить его мудростью и прозорливостью в наставлениях. Майн пристально посмотрела на Бенно, который глазами умолял её больше не возражать, и, к удивлению Фердинанда, Майн действительно согласилась. Бенно знал, что выше Фердинанда никого нет, а вот Майн — не знала. Но, сославшись на иерархию храма и преподнеся это как «наставление», он напомнил ей, что нужно просто подчиняться Фердинанду. В долгосрочной перспективе ему это даже могло быть на руку, ведь она, похоже, полностью доверяла своему деловому опекуну. Хотя тот факт, что ей пришлось об этом напоминать, всё же внушал беспокойство. Юстокс быстро составил контракт, и все подписали его без дальнейших возражений. На этот раз Юстокса уколол её палец, что к этому моменту казалось Фердинанду почти нелепым. Когда договор о расторжении вспыхнул пламенем, Фердинанд обвел всех присутствующих взглядом. — И последнее. Отныне я запрещаю производство любой бумаги из тромбе, а также выращивание этих опасных магических растений. И я в ужасе от того, что об этом вообще приходится говорить. Он сурово посмотрел на троицу, которая съежилась под его гневным взором, не в силах вынести этого порицания. Примечания: Абшрифт — (abschrift) транскрипция, копия.