Мечник и Рикки

Усень -Мечник- Тренироваться начали утром. Едва рассвело. Трава, покрытая прозрачными капельками встретила жемчужным блеском. Усень выгнал воспитанника на разминку и умываться вместе со всеми. Вчера на розыски тихой сапой заснувшего мальца пришлось отроков отсылать, заставить отжаться с полсотни раз и спать отправить на лавку. А сегодня отроки бегали: младшие впереди, а у старших, что позади держались, были разила, чтобы малышня темп не сбавляла. Так-то точно быстро сапоги сносятся... Мечник проводил разношерстную толпу взглядом и отправился тоже немного размяться... Рикки После ночи, проведенной на твердом и то и дело норовящем выкрутиться из под бока, Рик, больше уставший, чем как-то выспавшийся, зябко и ошалело потирая одеревеневшие бока, начал вливаться в режим дружины. Кажется, он там самый младший оказался. Остальная часть отроков, считавшаяся младшим звеном, были не меньше чем на пару лет его старше. Посматривали с усмешкой, но как-то задирать при старших не стали. Рванув сначала первым в нестройном ряду бегунов, Рик нерасчетливо подрастратил сил и скоро оказался в замыкающих, прямо под гибкие палки старших. Приходилось прилагать больше усилий, чтобы хотя бы не каждый третий подгоняющий щелчок кусал его зад и ляжки. А мальчишка раньше самоуверенно считал, что вполне себе недурно бегает и вынослив не хуже многих сверстников. Когда пробежка окончилась и все разбились по своим занятиям, Рик, смыв пот и пыль, прихрамывая и потирая свежие синяки, пошел искать своего наставника. А как нашел, так присел невдалеке, следя за движениями мечника. Лучше б он Рика позаниматься взял, а не выгнал бегать со всеми. Понаблюдав с пару минут, мальчишка поднялся и попробовал повторить, как там так встал и размахнулся мастер. Если представить, что меч в руке, то - бааамс! и башка прочь у вражины. Усень -Мечник- Заметив ввалившуюся толпу, ринувшуюся к банным бочкам, разумеется отыскал там своего отрока, проследил, как тот окатился в свою очередь согревшейся на солнышке хоть чуть водичкой. Всех окатывали те же старшие, с ночи натаскавшие в корыта-бочки. Мастер взял его позаниматься, конечно. И с утра ручонки мельникова найменя даже меч деревянный (ну что там меч - палка с крестовиной) держали ровно. Только и тут Рику больше пришлось уклоняться, отшагивать и подпрыгивать, поскольку рубиться с ним никто не собирался, собирались падать учить и равновесие держать. Сегодня у мальчишки получалось. Мастер даже похвалил (чего от него доооолго можно было дожидаться, обычно), и даже Рика покормил, яичницей с луком, притащенной отроками в большой миске вместе с ломтем серо-ноздреватого хлеба. Пробежка мальцу далась тяжеловато - было видно как при ходьбе кособочится, но в первый раз у всех так. Через неделю легче станет. - Пойдем, что ли подберем тебе панцирь, а? Подбирать панцирь отрокам было не принято. Оно мальчишке все равно не сгодится, да и вырастет быстро, но у Усеня на все был свой взгляд и они отправились к оружейнику, разглядывать знакомую уже Рику мастерскую... Рикки О том, что ему доспех решат справить так быстро - Рик и мечтать не смел! Пусть даже и не полный доспех. Как раз полный восторга мальчишка разом забыл телесные слабости, что ныли в руках, ногах, спине и ниже. Назанимался сегодня, казалось, на неделю вперед. Он очень старался делать все так, как наставник указывал. И без указаний старался схватывать и не жалеть себя. Потому что, кроме желания научиться ещё и просто интересно было. А теперь стало ещё лучше. Пока мастер обсуждал с кузнецом какой панцирь требуется, Рик снова сунулся рассматривать готовые изделия в оружейке. В углу его заинтересовали небольшие железные обручи скованные короткой цепью. Надо же, не только кованную утварь, оружие и доспехи тут делают, а и кандалами тоже не брезгуют. Мальчишка покосился на занятых взрослых и любопытно сунул руку в одно из железных колец. Каково вот всяким лиходеям попавшимся страже в таком быть? Поправляя обруч на запястье, Рик сжал его плотнее, послышался щелчок и хитрая защелка замкнула железо. Умелец же этот оружейник! Как ловко придумал! Раз и попался. Мечников ученик восхитился и попробовал вытянуть руку из ловушки. Ничего из этих потуг не вышло. Совсем. Железо загремело и Рикки испуганно оглянулся на взрослых, бездумно пряча скованную руку за спину. Уши заполыхали. Стараясь избавиться от своего глупого любопытства, он изо всех сил потянул ладонь через вцепившееся кольцо. Больно, но так же напрасно. Усень -Мечник- Обновкой назвать то, что собирался выбрать у коваля мечник, было можно только условно - немножко перешитый или утянутый панцирь какого-нибудь незадачливо проезжего мимо купца, проигравшего ненужную приблуду в харчевенном кругу. Кроить на мальца действительно глупо. Тем более, что требовалось в доспехе наличие изъянов, а ни один уважающий себя мастер такого не сотворит даже за большие деньги. Так что - секонд хенд. - Интересный выбор для примерки. - оценил Усень, отмечая как за ногами у пацана вторая половина арестантского бедствия об гирю звякнула. - А что, Мастер, нет ли кандалов у тебя? Посерьезнее... На беду мальчишечью оные нашлись. Да не просто так, а вот только выточенные и склепанные для площадных казней под заказ... Рикки Стыд немилосердно жег Риковы уши и скулы. Выпростав самолично арестованную руку из-за спины, он, кусая губы, попытался разобраться с защелкой. Взрослые шутили. Но, как-то умело скрывая улыбки так, что у мальчишки неприятно ёрзало внутри, будто они серьезно ему что-то подбирали такое вот - для казни. Железный наруч не поддавался. Обломав пару ногтей и расцарапав запястье о край железа, Рик, с опаской поглядывая на большие сбитые кандалы, держа второй браслет в свободной руке чтобы не брякал, просяще похлопав глазами, протянул руки к мастеру-оружейнику: - Расцепите... пожалуста. Усень -Мечник- - Ну нет. Дурная примета арестованного отпускать так просто. Даже уши не надрав... - ответил Усень и тут же воспользовался занятостью шаловливо-любопытных рук, ухватив за раковину и больно выкрутив потрепал хорошенько, пригибая на разные лады и пинка отвесил в сторону мастера... Рикки Рик и глазом не успел моргнуть, как стыдом горящее ухо пронзительно заболело в пальцах мечника. Пытаясь сохранить его целым, мальчишка вцепился в крепкую руку, отчаянно бряцая висящим на одном запястье железом, и завихлялся туда, куда гнули. Позорно, как мелкий, не пищал, зажмурился и глухо вякал, когда особенно невыносимо лопуху приходилось. А потом, выгнувшись от поджопника, отскочил к оружейнику, прикрывая распухший надранный пельмень. Настороженно следя за наставником - как бы за второе ухо не взялся - и коря себя за любопытный нос, Рикки смущенно и с надеждой поглядывал на здешнего мастера. Его же не оставят с этим украшением? Оно же денег стоит. Оно же открывается? Или его спиливать придется? Вот вляпался, дубина! Так и без доспеха остаться можно... - Оно же снимается, да? - робко поинтересовался у мастера над железками. Усень -Мечник- Мастер мобилизовал для спасения любопытного порядочную ключницу со связки... А воин не гнушался при очередной неудаче выдать притихшему шелопуту шлепок или подзатыльник... Панцирь меряли на совершенно притихшего пацана, пластично выгибающегося на любой заявленный лад. Обратно еще пришлось тяжелый доспех переть Рику, делающий его смешным в области плеч но совершенно закрытым спереди и отчасти - с зада... Все свои "слабые места" малец еще в мастерской успел выучить, получая щипки жестких пальцев по нежному телу после каждой примерки. А теперь ему предстояло научиться держать удар. Вот выставит его завтра против остальных отроков мастер и пусть в него целят всякий из разного. Поглядим тогда, кто из чего сшит и прочно ли. Рикки С лихвой нахватавшийся в мастерской от мечника тычков, шлепков по всем не защищенным местам и затрещин на затылок, Рик, к концу подгонки своего панциря, уже готов был его не снимать совсем, чтобы дружиннику хоть сколько-то неудобно стало награждать ученика мелкими, но чувствительными наставлениями. Мальчишка пыхтел, но терпеливо все сносил, одновременно достаточно быстро научившись гнуться и пригибаться так, чтобы и не отшатываться, убегая, и не расслабляться, быть начеку, оберегая самые чувствительные места. Желание втихую любопытничать у Рикки на какое-то время точно отбилось. Даже на обратном пути мальчишка следил за руками Усеня не до конца веря, что тот угомонился изводить ученика. Рик и панцирь нацепил в двойной выгоде - и тащить проще и защита хоть какая. - А меч мне будет? Настоящий, - в какой раз поправляя непривычную штуку на плечах, решил Рик сковать железо пока горячо. А чего тянуть? В оружейке правда промолчал об этом, не желая получить дополнительных тычков, но сейчас вроде бы это все закончились. Усень -Мечник- - Будет, если захочешь. Ладить с мечом - наука непростая. Мало кто с этим видом оружия управлялся, предпочитая кистень или пращу, короткий нож или лук, где совсем не требовалось умения держать баланс и дистанцию, а следовало надеяться лишь на твердость руки и грубую силу. Меч стоил сто коней и обычно ковался в подарок лорду какому-нибудь, а уж тот передаривал или в бою терял. Так и обретались мечи в те времена. И никак иначе. Рикки Значит, меч будет. Потому что Рик точно хочет. Удовлетворенный ответом мечника, мальчишка задрал нос на завистливые взгляды здешних пацанов. Он, конечно, подустал с непривычки от дружинных занятий, но это всего чуть, так что совсем и не в тягость тащить на себе настоящий панцирь. В тягость стало, когда опробовать его наставник решил. На ученике, конечно. Сначала сам взялся камешками метиться, да все больше мимо - не в сам доспех, а то в руки, то в ноги, а то и в лоб Рику прилетало. Пока полудоспешный отрок не понял, что шибче крутиться надо. Упыхавшемуся мальчишке, на робкую жалобу, что без панциря проще уворачиваться будет, мечник, пожав плечами, разрешил его снять и прихватил камешек поувесистее... Тогда Рик натер ремешками и сбил себе краями непривычного панциря плечи, локти, бока и даже колени, но лишних синяков не получил. Потом, зато, приловчившись, от прицельных метаний младшей дружины скакал вполне успешно. *** К концу второй недели ежедневно нагружаемое занятиями тело Рика перестало так сильно ныть и болеть, и приобрело больше гибкости. И с луком брат мечника его подучил обращаться, и глухая защита в поединке с младшими в дружине в ответные и все чаще успешные нападения перерастать начала. Усень был в меру суров и требователен, сильно мальчишку не ущемлял, пожелания выслушивал, за каждым шагом не следил. Рику и к мельнику по старой памяти удавалось наведаться, узнать как что, да о своих успехах поведать, и на речку с местными освежиться, и в церкви, с долей озорства, отметиться. Жалоб к наставнику от местных на ученика не поступало, мастер не ругался, дни были наполнены интересным, кормежка сытная, - и мальчишка себя почти совсем счастливым чувствовал. А сегодня в селение, на ежегодную ярмарку, бродячие циркачи пожаловали. На самой ярмарке Рик ещё вчера побывал. Много торговцев наехало! Столько всего навезли - Рик, с ребятами по рядам любопытно шныряя, чуть про вечерний сбор младшей дружины не забыл. Особо-то мечник мальчишке бездельничать не давал, но раз в день свободное время у него всегда было. Сначала малец его на сон использовал, так уматывался от занятий, а потом сбегать по своим делам стал. - Ри-ик! Айда на площадь! Там шапито палатки развернули! Гудят, созывают! В этот раз вдвое больше лицедеев там. И акробаты! Верно из города мимоездом к нам! Лопоухий рыжик старостин сын вывалился из кустов и, подпрыгивая от нетерпения, жестикулировал мечникову ученику. Рик опустил ветошь, которой натирал сапог Усеня. Вот это здорово - циркачи! Такое пропустить никак нельзя! Если мимоездом, то завтра и сняться уже могут! Сунув недочищенный, вполовину смазанный жиром сапог под полог дерюги, мальчишка сорвался с места и понесся за подскакивающим рыжим, который спешил догнать своих приятелей ушедших дальше по улочке. Ничего, вернется Рик и доделает дело. Благо мастер только к вечеру в дружине должен быть. Рынок - Держи вора! - прогремело где-то совсем рядом, когда Рик стайку рыжих и белобрысых голов таки догнал, слившись с ними. - Держи! - подхватили с другой стороны площади. - Воры! Воры! А через полсекунды раззявившего рот на крики мальчишку сбил с ног какой-то оборвыш. Еще через две его уже и след простыл, а в руках пацана оказался чужой кошель, а перед мальчишкой - рассерженный пострадавший: огромный толстый мужик. Сгреб за шкирку ратникова ученика и тряхнул, как грушу, громко бася ругательства... Рикки Знал бы, что прошлая уличная жизнь вот так снова зацепит его, Рик бы вместе с местными врассыпную дернул. Но он же уже не попрошайка какой, не бездомный! И бояться перестал. Не так и долго он оборванцем был, чтобы въелось до бездумных действий. Потому и замешкался, а кошель в руке вообще без мыслей сжал, поднимаясь с утоптанной земли. И как был ошарашен, когда его за вора приняли! Он, почти полноценный воин, дружинник - вор?! И ругать себя последними словами Рик не позволит! От кошеля его освободили тут же, потому рукам ничего не мешало, как и ногам. Припомнив, как крутился на занятиях, мальчишка резко присел, нырнул вбок, на миг почувствовав, как жестко впился в шею ворот, изо всех сил двинул локтем толстяка в под широкую грудину, в солнышко, и вырвался, отскакивая от загибающейся туши. Всё. Дальше Рикки только и видели в толпе. Ускользать он и без того умел, а в последнее время ещё лучше научился. Вдогонку снова неслось "держи вора!" Посмотрел на циркачей называется... Рынок Только лопатки сверкнули! Ух и силен бегать этот пацан, на которого Лох вывалил кошелек, заметно подтощавший - не зря же тянул, хотя такому застарю лучше вернуть хоть часть, пусть доволится полученным и прекратит назойливо преследовать. Обычно этот трюк работал, когда совсем невмоготу становилось. И сейчас сработал. Отцепился, толстобрюх. Только теперь дружинных воинов взъело - пошли по рядам... И этого шустрика выловили таки... Только среагировали как-то не по нотам - отпустили, да еще по макушке потрепали. Рикки Тут ведь как? Главное с глаз скрыться, а там суета рыночная сотрет кто-где-что. Но тут Рик на своих дружинных наткнулся. Испугался по-началу, но те даже и мысли не взяли, что из их рядов кто преступным запятнан может быть, пусть бы и малой самый. Позубоскалили над торопливостью пацана и дальше себе пошли. Ни погони, ни прочего кипеша на счет воришки Рикки больше не заметил. Успокоился торгаш, раз и кошель вернулся и воришка утёк? Возвращаться на постой додраивать сапоги Усеня мальчишке не хотелось. Ну, чего, зря что ли он тут? А с утоптанной полянки за торговыми рядами загудело, зазвенело зазывающе! Представление никак началось! И Рик рванул туда. Ребята там уже наверняка. Ужиком протиснувшись сквозь толпу зевак, Рик к самому помосту пробрался. И огнеплевателя видел, и девочку-змею, сворачивающуюся немыслимыми узлами, и потешного фигляра, от глупых проделок которого вся толпа тряслась в диком хохоте, и силача, что тягал огромные гири... А потом балаганщик начал созывать на состязания здешних удальцов. Кто на столб залезет за мешочком с призом? Или кто самый меткий, в яблоко стрелой попасть? А, может, кто-то отважится с силачом померяться мастерством устоять на ногах? И, пока взрослые солидно мялись, на помост здешние мальцы, что не робкого десятка, сунулись. Балаганщик решил, для разогрева, допустить недорослей. И началось! Смеху-то! Как со столба на половине соскальзывали, как мимо яблока мазали, а вокруг силача аж трое вились, да больше орали от восторга, когда их на руках всех троих в воздухе повесили. И Рик не удержался. А ну как он не зря столько времени уже до седьмых потов мясо и жилы напрягал и растягивал? До слез ведь бывало. Столб Рику не дался. Под обидный смех зевак и приятелей, мечников ученик скатился на доски, обдирая ладони. Скользкий столб оказался! В яблоко, кажется с усердием тренировавшийся с братом Усеня в стрельбе мальчишка, тоже не попал. Снова смех и улюлюканье. Вот стыыдно же! Хорошо из дружины не видели... Хлопнув по затылку ржущего местного пацана, Рик вдруг огреб ответный хлопок. И сам не понял, как уже в пыль упали оба. Так бы и не стали может очень тузить друг друга, да раздавшаяся в стороны толпа, поощряемая балагнщиком, начала ставки делать, кто кого замесит из огольцов. Вот тут кто-то и вспомнил, что мельников наймень в дружину подался. И ставки повысились. И за местного болело не меньше. А Рику пришлось все силы и умения применять, чтобы не уронить дружинную честь...