Любой каприз за ваши деньги!

      Ранее утро, весенний лёгкий ветерок, цветущая сирень, птички всё так же игриво поют под окном, в общем-то ничего не предвещало беды. Царевич, весь заполошенный, сонный с взъерошенными цвета свежей пшеницы прядями волос, лениво потягивался на своём величественном ложе, не желая покидать столь мягкое и уютное местечко. Но он и так слишком распоясался за последнее время. В делах дворцовых не помогает, по хозяйству тоже отлынивает, а царь-батюшка и вовсе на него напрочь забил. Разумеется, средний сын — это вам не правитель будущий, да и не любимец, как младшенький. Недаром говорят про него: и так и сяк, не плох, и не хорош, не глуб, да и не умён. Да и красавцем не величают. Вопрос только: имя его хоть кто-нибудь знает? По-моему, о нём почти все забывают. А потому никто и не заметил отсутствия его, да коли с утреца убёк по ярмарке он шастать, а прислуга всё ещё не рыщет в поисках Петрушки.

***

      Одет в просторную белую рубаху, та штаны цвета каштана, бродит по закоулкам, высматривая, где же тут лавка с продажей оружия какого стоит. Долго искал, да всё время отвлекался или засматривался на что-то иное. То яблочка в карамели отведать захотел, то шашлычком закупился, а в паре шагов от продажи мясных изделий был прилавок с книжками, а ещё рядом торговали заграничными безделушками. Как итог, Петя в блужданиях своих забрёл к одиноко стоящей избушке. Она выглядела как-то ветхо, а вывеска на крыше и вовсе слегка свисала набок, да и дверь какая-то подгнившая была… В общем-то, необычное домишко для этого места. Но вот надпись довольно обещающая: «Магическая лавка». — Знать бы ещё, чем тут торгуют, — задумчиво произнёс вслух царевич, после чего, неуверенно, шагнул внутрь, толкнув древесную дверь, которая изрядно скрипнула, открываясь. Перед входом Петруши тут же возникло плохо освещённое пространство, в каких-то необычайно алых тонах, множество шкафов с неизвестными ему предметами, вызывающими одновременно чувства страха, удивление и жуткое любопытство. Но больше всего его шокировало то, что снаружи эта избушка была крайне мала, а внутри оказалось так просторно, что юнец даже забеспокоился ненадолго о том, как бы незаблудиться в столь громадном месте. Мало ли, раз тут такие чудеса творятся, вдруг двери тоже способны исчезать? — Приветствую вас, дорогой гость, чего желаете приобрести? Быть может вам будет интересно ознакомиться с нашим ассортиментом, а после подобрать что-то для себя? — из ниоткуда пред ним возник черный кот, стоящий на двух лапах, а его зелёные глаза, блестящие как изумруды, освещённые лучами солнца, так и пугали, было в них что-то зловещее, от чего по телу царевича мгновенно разошлась дрожь по телу. — Я? А, да… У вас случайно тут не будет… — хотел было спросить про стрелы, да только взгляд его зацепился за странный сосуд, а точнее даже, старинную лампу, усыпанную драгоценными камнями. Он сам не понял как так вышло, что уже через пару минут рассчитывался монетами с котом, держа в руке этот явно зачарованный предмет. И вот он уже стоит за дверью, прижимая к груди столь ценную лампу. — Кажется, меня только что надурили… — поглядывая на мешочек, привязанный к бедру, подытожил молодец. Там оказалось не более трёх монет, а за лампу он отдал едва ли не всё, что у него было. Даже торговаться не стал. — И впрямь, околдовали меня, что ли? — он повернулся лицом обратно в сторону той загадочной лавки, но столкнулся лицом лишь с деревянным забором, огражающим чьё-то роскошное поместье. — Какого лешего тут творится?! — только и смог он выдавить из себя, непроизвольно огладив ладонью лампу, отчего та лишь сильнее нагрелась, после чего как-то подозрительно зашипела, а после и вовсе из её горлышка пошёл какой-то странный дым, будто гарь какая… От испуга царевич обронил этот предмет на землю и замер, заворожённо наблюдая за происходящим. — Здравствуй, повелитель! Чего изволите желать? — какой-то мрачный тип появился из-за этого подобия тумана. Тёмные, как перья ворона, и густые локоны свисающие до поясницы, бледная, как мрамор, молоко, облако — кожа, тонкие запястья, спортивное телосложение, синие, как ночное небо очи, а низ и вовсе прикрывался лишь лёгкой дымкой, которая не так уж и отлично скрывала непристойные части тела. У Петруши аж слюнки от такого соблазнительного зрелища слегка потекли, благо успел у самого краешка губ их рукавом обтереть. Затем он постарался привести своё, бушующее как штиль, сознание в порядок, или во что-то близкое к этому пониманию, дабы задать уточняющий вопрос: — Я, конечно, многое ещё могу понять, но… Как вы туда залезли? — переводя свой взгляд с незнакомца на предмет в своих руках, то обратно, выдал он. — Я там живу… — В лампе? — всё также недоумевая. — В лампе, — спокойно подтвердила мрачная персона. — Так что насчёт желаний, господин? — Погоди, я тут ещё от твоего появления не отошёл, — пробормотал царевич, пытаясь хоть что-либо прояснить. — О каких желаниях идёт речь? — вопросительно изогнул бровь, пытаясь не смотреть вниз на… Незнакомца. — Оу, так вам ничего неизвестно обо мне? — он слишком фривольно вёл себя, на лице его заиграла едкая ухмылка, а в глазах словно заблестели огоньки. Зловещая картина, ол с другой стороны, трудно удержать себя в руках, когда преж тобой стоит столь чарующее создание. Вот и царевич не сдержался, протянув заворожённо свою руку вперёд, едва ощутимо касаясь груди брюнета ледяными пальцами, слегка проведя вниз до торса. Но опомнившись, он тут же резко отдернул руку и сделал пару шагов в сторону, дабы отстраниться от искусителя. — Можно подумать ты знаешь обо мне что-нибудь, — произнёс Пётр, а у самого голос осип от нахлынувшего возбуждения. Лишь увидев это незримое чудо он неожиданно для себя осознал, что к барыням, да к дворянкам его так ещё никогда не тянуло, как к этому юнцу. — Что-то и знаю… Так что, поведать свою историю или предпочтёшь и дальше пожирать меня взглядом, господин? — этот дух или кто он там, оказался очень наблюдательным, раз заметил столь большой… Интерес царевича к своей таинственной персоне. — Да я не… — раскрасневшись от жуткого чувства стыда, Петя тут же поспешил отвернуться, дабы не попадать больше под очарование этого существо. — Рассказывай, кто ты там у нас будешь. — Джин. Я являюсь тем, кто способен исполнить даже ваши самые затаённые желания. Лишь в одном ограничение имеется, могу осуществить не более трёх ваших приказов, а после я исчезну, — попытался в краце объяснить всю суть своего существования брюнет, игриво взяв царевича за подбородок и повернув его главу так, чтобы их взгляды встретились. Расстояние было непозволительно кратким, но Джина, походу, это всё и вовсе не волновало. — Джин — это твоё имя? — решил уточнить Петруша. — И да и нет, как повелитель скажет, так меня и будут величать, — так что же это: послушание или флирт? — Допустим… А ты.? Да чёрт, прикройся хоть этим! — не выдержав, он протянул Джину свою новую льняную рубашку, которую так же успел приобрести на ярмарке, заглядевшись на вышитые на ней цветущие колокольчики. — Это мне? — дух замер, с опаской рассматривая протяную ему вещь. Ранее никто из прошлых хозяев не дарил ему ничего, а тут одежда… Это что-то новое! — Просто одень уже! Здесь не принято разгуливать в подобном виде, — указывая на полное отсутствие одежды Джина, пояснил Пётр. — Как прикажете, госпо… — но не успел договорить, как его тут же перебили. — Прекрати меня так называть, это… Неловко. Просто Петя, — царевичу ещё не приходилось знакомиться с кем-либо при подобных обстоятельствах, да и в целом друзей у него не имеется, а тут такая удача! — Спасибо, — не понятно за что, поблагодарил его Джин, а после надел на себя эту рубашку, которая хоть немного прикрывала его пятую точку ну и перед, немного, тоже. — Так получше, но… Штаны лучше тоже стоит тебе прикупить… Подожди тут! — тут же пробормотал Петя, удовлетворительно рассматривая своего новоиспечённого друга, а после сорвавшись резко в сторону большего количества торговых прилавков, поспешил раздобыть нижнее одеяние для подопечного.