На побегушках

Ровно через час по офису разнесся леденящий душу звонок. Секретарь вызвала Элизабет Морис в кабинет главного редактора. Сотрудники провожали Лиззи такими взглядами, будто её вели на эшафот. Эмили победоносно ухмылялась из-за своего стола, уверенная, что дерзкую новенькую сейчас уничтожат. Лиззи спокойно вошла в просторный, залитый светом кабинет. Миранда Пристли сидела за своим монументальным столом, перед ней лежала открытая папка с досье Морис. Несколько секунд царила оглушительная тишина. Наконец, Миранда медленно подняла голову и посмотрела на девушку сквозь элегантные очки. — За все годы моего руководства этим журналом, Элизабет, мне ещё никто и никогда так не дерзил, — тихо, но с железной интонацией произнесла Миранда. — Никто. Даже Энди Сакс. Вы посчитали, что можете диктовать мне свои условия и отказываться от поручений? Что ж... Раз работа с высокой модой и кутюрными вещами для вас «не принципиальна», мы сменим сферу вашей деятельности. Миранда захлопнула папку. — Отныне вы больше не помощница стилистов. Вы переводитесь на должность... завхоза. Или, говоря проще, человека, который лично отвечает за безупречную чистоту окон, полов, столов и всего остального на этом этаже. Где нахожусь я и весь главный офис журнала. Вы будете следить за порядком. Посмотрим, как вы справитесь с этой биологией. That’s all. Лиззи на секунду замерла. До неё не сразу дошёл смысл сказанного. Завхоз? Уборщица главного этажа? В голове Лиззи мгновенно пронеслась математика: больше никаких криков из-за цвета платьев, никаких побегушек за эксклюзивными туфлями на шпильках, никакой паники из-за капризов моделей! Фиксированный график, четкие обязанности, швабра, ведро и полный покой от модного безумия. Да это же не наказание, это самый настоящий курорт! Изо всех сил сдерживая победную улыбку и дикое желание расхохотаться от счастья, Лиззи изо всех сил сделала серьезное лицо, покорно кивнула и сухо произнесла: — Я вас поняла, Миранда. Приступаю. Она развернулась и с самым чинным и невозмутимым видом вышла из кабинета. Но стоило тяжелым стеклянным дверям приемной закрыться за её спиной, как Лиззи не выдержала. На глазах у ошарашенной Эмили и застывшей от шока Нои, Лиззи от радости подпрыгнула чуть ли не до потолка, победно вскинув кулак вверх. — Да-а-а! — шепотом ликовала она. Эмили проводила её взглядом, в котором читался полный ступор: девчонку только что разжаловали в уборщицы, а она светится так, будто выиграла миллион в лотерею. А Лиззи, едва сдерживая счастливый смех, весело побежала забирать свою сумку из примерочной. Ей не терпелось найти кладовку, познакомиться со швабрами и начать свой лучший, самый спокойный рабочий день в журнале Runway.Однако реальность глянцевого мира быстро сбила с Лиззи розовые очки. Как оказалось, радоваться было рано: должность завхоза и уборщицы на главном этаже «Подиума» на поверку оказалась самым настоящим, изощренным адом. Если раньше Лиззи бегала по конкретным поручениям, то теперь она была обязана находиться везде и сразу. Повсюду вечно царил хаос. Дизайнеры, стилисты, модели и редакторы носились по этажу как сумасшедшие, оставляя за собой тонны мусора. Лиззи едва успевала собирать разбросанные эскизы, обрезки ватмана, пустые стаканы из-под диетической газировки и коробки. На ковровой дорожке то и дело мелькали следы от уличной обуви курьеров, а на зеркальных стенах оставались отпечатки пальцев взвинченных ассистентов. Стоило ей вымыть один угол, как в другом уже что-то проливали. Но среди всего этого бесконечного мусорного безумия Лиззи внезапно нашла для себя маленькую отдушину. В обязанности Лиззи входила и уборка швейных мастерских, а также примерочных, где подгоняли наряды перед съемками. На полу там всегда оставались горы обрезков. И это были не просто тряпки — это были лоскуты чистейшего шелка, изысканного кружева, тяжелого бархата, парчи и редких кутюрных тканей, которые стилисты безжалостно выбрасывали после примерки. У Лиззи, которая всё-таки обладала хорошим вкусом, сердце кровью обливалось видеть, как такая роскошь летит в помойку. И она придумала план. Каждый раз, подметая или собирая мусор, Лиззи аккуратно сортировала отходы. Самые красивые, яркие и качественные лоскуты ткани она тайком от всех прятала на самое дно своей тележки для уборки, прикрывая их ветошью. Найджел, Эмили и уж тем более Миранда видели в этом лишь сор, но Лиззи уже представляла, как дома, в своей маленькой квартирке, сошьет из этих «отходов высокого общества» что-то по-настоящему потрясающее — например, стильное лоскутное покрывало или дизайнерские элементы для собственной одежды. Она ловко орудовала шваброй, а её тайная коллекция тканей росла с каждым часом. Но в таком бдительном офисе долго скрывать что-то было трудно. Найджел мягко улыбнулся и, аккуратно отодвинув полы жилета, присел на стоявший рядом стильный крутящийся стул. — Естественно, нет, — успокаивающе произнес он, покачав головой. — За кого ты меня принимаешь, дитя? Но, моя дорогая, зачем тебе всё это? Если ты решишь сделать из этого мусора что-то стоящее, тебе явно нужна рука профессионала. Лиззи поднялась с ковра, слегка обиженно фыркнула и стряхнула пылинки с фартука. — Я умею шить только иголкой, — призналась она, переводя дыхание, но всё ещё крепко сжимая свой мешочек. — Так что сама толком не знаю, что из этого выйдет. Найджел встал со стула, неторопливо подошел к ней ближе и засунул руки в карманы брюк. На его лице отразилась легкая ностальгия. — Знаешь... много лет назад, когда я только начинал работать в этой индустрии и копейки не имел за душой, я точно так же потихоньку утаскивал эдакие остатки, лоскуты и фурнитуру. А потом... потом я сел и сделал свой знаменитый жилет. Тот самый, который сейчас на мне. Лиззи с неподдельным интересом уставилась на его безупречный жилет. — Серьёзно? — удивилась она, разглядывая сложную текстуру ткани. — Я-то думала, что эти плавные переходы от черного к белому — какая-то невероятная дизайнерская задумка премиум-бренда! Найджел тихо хмыкнул, явно польщенный такой оценкой. — Нет, дорогая, это исключительно моя задумка. И у меня таких идей много, под любые цвета и фактуры, — он заговорщицки подмигнул ей. Лиззи снова посмотрела на свой мешочек с пуговицами и блестящими бусинами, а затем перевела взгляд на Найджела. В её глазах загорелся робкий огонек азарта. — А... подскажете, как так же сделать? — с надеждой спросила она. Найджел хитро прищурился, самодовольно поправил галстук и ответил: — Не надо делать так же, Лиззи. Мы сделаем ещё лучше. Намного лучше. Лиззи хитро прищурилась и, скрестив руки на груди, хмыкнула: — Звучит заманчиво. И что взамен, Найджел? Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, а уж в «Подиуме» — тем более. Найджел начал медленно отходить к дверям, картинно поправляя свои идеальные манжеты. На его лице появилось уморительно-мученическое выражение. — Понимаешь, дорогая... Мне нужна твоя помощь со стилистами-мужчинами. Ну, с теми, которые... как бы это сказать... очень любят свой пол. Я их, честно говоря, немного побаиваюсь и изо всех сил избегаю. А они постоянно ко мне... ну, флиртуют! Проходу не дают! Так вот, ты возьмешь их общение на себя, будешь моим живым щитом. Идет? Лиззи не выдержала и громко прыснула со смеху, представив, как статный, авторитетный Найджел прячется за швабрами от влюбленных дизайнеров. — Договорились! — сквозь смех ответила она. — Моя швабра надежно защитит твою честь, Найджел. — Вот и чудно, — облегченно вздохнул он, подмигнув ей на прощание. — Завтра после закрытия жду тебя с твоими запасами в моей мастерской. Когда Найджел ушел, Лиззи, всё ещё улыбаясь, наклонилась, подобрала с ковра самую последнюю, ярко-алую пуговицу и спрятала её в карман. Она завязала свой драгоценный мешочек, аккуратно убрала его в тележку, вышла из примерочной и щелкнула выключателем.На следующее утро Лиззи едва успела перешагнуть порог офиса. Она только-только зашла в каморку и собиралась надеть свой рабочий халат, как в коридоре раздался знакомый панический шёпот. Похоже, «живой щит» требовался незамедлительно. Выглянув в холл, Лиззи увидела живописную картину: один из новых эксцентричных дизайнеров, благоухающий дорогим парфюмом, буквально прижал бедного Найджела к стене возле лифта, активно жестикулируя и бросая на него более чем недвусмысленные, томные взгляды. Найджел стоял с вежливой, но абсолютно натянутой улыбкой, судорожно прижимая к груди стопку свежих журналов для Миранды и ища глазами спасение. Лиззи среагировала мгновенно. Схватив свою верную швабру, она уверенно вклинилась прямо между ними. — Ой, простите, ради бога! — громко и дружелюбно заявила Лиззи, начиная активно орудовать шваброй прямо у ног навязчивого дизайнера. — Осторожно, здесь очень скользко, я только что разлила тут специальное чистящее средство! Найджел, вас, кажется, Миранда на ковёр вызывала, она очень просила журналы! Срочно! Дизайнер недовольно отпрянул, спасая свои эксклюзивные замшевые туфли от мокрой тряпки, а Найджел посмотрел на Лиззи как на святую спасительницу. — Да-да, Миранда ждет! Бегу! — запричитал он. Проходя мимо Лиззи, Найджел одними губами горячо шепнул: «Спасибо, дорогая, ты мой ангел!». На ходу он ловко перехватил у неё из кармана фартука блокнот, куда Лиззи вчера вечером набросала свои первые несмелые эскизы и идеи для лоскутного жилета. — Взял на обработку, вечером всё разберем! — подмигнул он и на полной скорости помчался в кабинет Пристли, аккуратно поправляя на ходу журналы. Лиззи победно посмотрела на разочарованного дизайнера и с самой невинной улыбкой продолжила тереть идеально чистый пол. Во время обеденного перерыва Лиззи сидела в небольшом кафетерии для персонала, уныло ковыряя вилкой котлету. Котлета выглядела подозрительно серой, пахла общепитом и решительно Лиззи не нравилась — в ней явно было слишком много хлеба и слишком мало мяса. Вдруг над её ухом раздался знакомый, полный пренебрежения вздох. Лиззи подняла голову. Над ней стояла Эмили, скрестив руки на груди. Её взгляд, как обычно, транслировал высшую степень раздражения, но в нём также читалась явная нервозность. — Хватит мучить эту несчастную субстанцию, Морис, у нас ЧП, — ядовито, но вполголоса заговорила Эмили, оглядываясь по сторонам. — Сегодня после обеда в «Подиум» приезжает невероятно важный человек. Спонсор, инвестор, член совета директоров — неважно, тебе эти имена всё равно ничего не скажут. Суть в том, что весь наш этаж должен блестеть так, чтобы он казался чище Белого дома. Ни одной пылинки, ни одного развода на стеклах! Лиззи спокойно отложила вилку, мысленно поблагодарив Эмили за повод не есть эту котлету. — И как мне работать, если у вас тут каждые пять минут устраивают забеги на шпильках и разбрасывают обрезки? — резонно поинтересовалась она. Эмили самодовольно ухмыльнулась: — А вот тут тебе повезло. Через полчаса Миранда уезжает с этим гостем на закрытый деловой обед, а весь остальной офис — редакторы, стилисты, модели — уходят на выездную презентацию новой коллекции в Линкольн-центр. На этаже не останется ни души. Мешать тебе никто не будет, так что бери свою швабру и сделай так, чтобы Миранда вернулась в стерильный рай. Если облажаешься — полетишь отсюда вместе со своим ведром. Развернувшись на своих немыслимых каблуках, Эмили стремительно удалилась, оставив Лиззи наедине с пустеющим этажом. С одной стороны, вылизать весь огромный этаж в одиночку — задача не из легких. С другой стороны — никого нет! Никаких криков, никакого флиртующего с Найджелом дизайнера, никакой леденящей душу Миранды. Тишина, покой и... целая гора бесхозных лоскутков ткани, которые наверняка остались в примерочных после утренней суматохи, и которые теперь можно собрать абсолютно легально и без свидетелей! Офис погрузился в блаженную, непривычную тишину. Лиззи не спеша мыла пол в приемной, наслаждаясь тем, что никто не кричит и не требует от неё невозможного. Наводя порядок возле монументального стола Миранды, Лиззи залезла шваброй в самый дальний угол и вдруг услышала тихий пластиковый стук. Она наклонилась и подняла небольшую, яркую заколку для волос. Лиззи покрутила её в руках: вещь была явно детской или подростковой — с забавными блестками, совершенно не в суровом стиле Runway. И тут в памяти Лиззи всплыл недавний разговор, который она случайно подслушала в коридоре: Миранда в своей обычной леденящей манере приказывала Ное найти то ли какой-то редкий диск для её дочерей. «Значит, у Миранды есть дочери... — сообразила Лиззи, разглядывая находку. — И судя по заколке, они были здесь совсем недавно. Но ведь все уехали!» Вдруг из глубины кабинета, прямо из-за огромного дизайнерского шкафа с архивными номерами журналов, послышался едва уловимый шорох и сдавленное хихиканье. Лиззи, крутнувшись со шваброй наперевес, осторожно заглянула за шкаф. Там, забившись в узкое пространство между мебелью и стеной, сидели две абсолютно одинаковые девочки-близняшки. На вид им было около 13–14 лет. Они сидели в обнимку с рюкзаками, а в руках у одной из них был зажат большой лист плотного картона. Лиззи удивленно изогнула бровь и, уперев руки в бока, спросила: — Так, и что это мы тут делаем? Офис закрыт, все уехали. Вас как зовут-то? Девочки испуганно округлили глаза и синхронно прижали пальцы к губам: «Тссс!». — Я Кэролайн, она Кэсси, — заговорщицки прошептала одна из них, осторожно выбираясь из укрытия. — Пожалуйста, не выдавай нас! Мы хотим маме сюрприз сделать. — Какой еще сюрприз? — улыбнулась Лиззи, опуская швабру. Напугать детей она точно не стремилась. Вторая близняшка с гордостью развернула картон. Это была яркая, по-детски трогательная аппликация. Там были наклеены их семейные фотографии, вырезки из журналов, блестки и куча милых надписей про то, какая у них замечательная мама. — Мы в школе на уроке творчества делали аппликацию про семью, — шепнула Кэсси, преданно глядя на Лиззи. — Мама всегда так занята, у неё этот важный гость сегодня... Мы пробрались сюда тайком, пока никого не было, и хотели положить ей это на стол, чтобы она увидела, когда вернется. Только мы испугались, когда ты зашла с ведром, и спрятались. Лиззи посмотрела на аппликацию, потом на заколку в своей руке, а затем на этих девчонок. Сердце у неё было отнюдь не из льда, как у Миранды Пристли. С одной стороны, если Миранда застанет детей в кабинете в разгар деловой встречи, будет грандиозный скандал. С другой стороны — это было так мило, что Лиззи просто не могла их выставить. — Так, заговорщицы, — подмигнула Лиззи, протягивая Кэролайн потерянную заколку. — Ваша задумка — супер. Но если мама найдет вас за шкафом, сюрприз превратится в апокалипсис. Давайте думать, как нам провернуть это дело красиво и безопасно.У Лиззи в голове мгновенно созрел идеальный план. Она хитро подмигнула близняшкам и заговорщицки произнесла: — Так, план такой. Если вас здесь застанет Миранда или её важный гость, влетит всем, и мне в том числе. Поэтому мы сделаем ход конем. Лиззи аккуратно взяла у девочек их яркую аппликацию, дошла до стола Эмили, стащила оттуда огромный фирменный письменный конверт с логотипом Runway и бережно вложила туда их поделку. Затем она вернулась в кабинет Миранды и положила конверт на самое видное место — прямо поверх её рабочего блокнота. — Мама придёт, увидит конверт и обязательно откроет, — улыбнулась Лиззи. — А вас мы спрячем в кабинете Найджела. Туда сейчас всё равно никто не зайдёт, кроме него самого, а он своих не выдаёт. Но! Раз уж вы здесь, за конспирацию надо платить. Объявляю трудовую повинность! Девочки переглянулись и с азартом закивали. Им эта шпионская игра явно пришлась по душе. Лиззи быстро отвела Кэсси и Кэролайн в уютную творческую студию Найджела, где пахло дорогой кожей и парфюмом, а затем выдала им фронт работы. — Я мою полы и протираю пыль, — скомандовала Лиззи, вручая им чистые тряпки из микрофибры. — А вы, как будущие перфекционистки, помогаете мне наводить лоск в кабинетах. Ваша задача — выравнивать картины на стенах, чтобы они висели строго параллельно полу, поправлять мусорные баки и выставлять клавиатуры с мониторами на столах идеально ровно. Вперед! Работа закипела. Близняшки оказались отличными помощницами. Пока Лиззи виртуозно орудовала шваброй, стирая последние следы утренней суматохи, девочки с чисто маминой дотошностью вымеряли углы наклона рам на стенах и расставляли дизайнерские папки на столах редакторов строго по линейке. Минут через сорок главный этаж «Подиума» выглядел так, будто над ним поработал отряд профессиональных перфекционистов. Всё блестело, сияло, а линии столов и техники были настолько безупречными, что придраться не смогла бы даже сама Миранда. Вдруг внизу, у лифтов, послышался приглушенный шум и стук каблуков. Сердце Лиззи екнуло. — Так, заговорщицы, марш обратно к Найджелу и сидите тихо, как мышки! — шепнула она девочкам, и те пулей улетели в своё укрытие. Лиззи быстро схватила швабру и встала в центре холла с самым невозмутимым видом. Двери лифта открылись, и на этаж вошла Миранда Пристли в сопровождении высокого, элегантного мужчины в дорогом костюме.Пока лифт преодолевал последние этажи, Лиззи сообразила, что встречать важного инвестора Белого дома моды в заляпанном фартуке и стоптанных сандалиях — это стратегическая ошибка. Благо, её каморка была совсем рядом. Лиззи рванула к себе и за секунды преобразилась. Под рабочим халатом у неё скрывался секретное оружие — стильная кружевная белая блузка и элегантная юбка-карандаш с кокетливыми рюшами, которые идеально подчеркивали её «шестерку». Сандалии мгновенно полетели в угол, а их место заняли умопомрачительные туфли на шпильках. Пара ловких движений — и каштановые волосы красиво накручены и перехвачены изящной заколкой. Когда двери лифта наконец разъехались, Миранда и высокий, импозантный гость увидели не замученную уборщицу, а роскошную, уверенную в себе девушку. Лиззи сделала шаг вперед и с безупречной, приветливой улыбкой поприветствовала гостя: — Добро пожаловать в Runway, сэр. Приятного вам визита. Миранда от такого зрелища аж очки приспустила на кончик носа. Она пристально вглядывалась в эту леди, судорожно пытаясь угадать, кто это. Но когда Лиззи едва заметно, торжествующе ухмыльнулась, до королевы моды дошло: перед ней стоит её новая... уборщица. Миранда закатила глаза так, что это граничило с искусством, и, предпочтя сделать вид, что ничего не произошло, повела гостя дальше по идеально чистому, сияющему этажу. Зайдя в свой кабинет, Миранда сразу заметила на монументальном столе большой фирменный конверт. Извинившись перед спутником, она подошла и открыла его. Заглянув внутрь, Миранда замерла. На неё смотрела яркая, по-детски трогательная аппликация Кэсси и Кэролайн с их общими фотографиями и надписями о любимой маме. В комнате повисла тишина. На долю секунды ледяная маска великой и ужасной Миранды Пристли треснула: уголки её губ дрогнули, и она искренне, тепло ухмыльнулась. Но уже через мгновение маска холодности и профессионализма снова была натянута на лицо. Миранда быстро, чтобы гость ничего не заметил, спрятала конверт в ящик стола. Она обернулась к окну, за которым простирался Нью-Йорк, и на секунду задумалась. Миранда явно поняла, чьих рук это дело. Лиззи, демонстрируя чудеса грации на непривычно высоких шпильках, мило стояла в углу кабинета, готовая в любой момент прийти на помощь. Когда пришло время, она плавно подошла к столу, подала гостю идеально сваренный кофе и разложила перед ним нужные бумаги. Гость, солидный инвестор, кажется, вообще забыл, зачем пришел. Он буквально прожигал Лиззи взглядом, открыто любуясь её кружевной блузкой, изящной юбкой и лучезарной улыбкой. Миранду это откровенно злило — её идеальные брови то и дело грозно сдвигались к переносице, ведь внимание мужчины должно было принадлежать графикам доходности, а не её новой «завхозу». Но бизнес есть бизнес: главное, чтобы инвестор остался доволен. В конце встречи, поднимаясь из-за стола, мужчина галантно поправил пиджак и перед самым уходом обратился к главному редактору: — Миранда, всё было великолепно. И я буду счастлив видеть весь ваш «Подиум», и обязательно... — он выразительно посмотрел на Лиззи, — вот эту милую девушку на предстоящем балу всех модных домов. Возражения не принимаются. Лиззи скромно опустила глаза и мило улыбнулась, кивнув в знак благодарности. Уходя, гость еще раз обернулся, чтобы бросить на неё прощальный взгляд, и только после этого двери лифта закрылись. Кабинет погрузился в тишину. Миранда тяжело выдохнула, сняла очки и, массируя переносицу, ледяным, но уже уставшим тоном спросила: — И где девочки, Элизабет? Лиззи ни капли не испугалась. Она подошла к двери, высунула голову в коридор и на весь этаж громко крикнула: — Отбой тревоги, девчонки! Всё чисто! Через секунду из кабинета Найджела пулей вылетели Кэсси и Кэролайн. Они с веселым писком влетели в мамин кабинет и бросились к ней с объятиями. Миранда обняла дочерей, и её строгое лицо на мгновение смягчилось. Заметив заглядывающих в приоткрытую дверь охранников и пару вернувшихся сотрудников, Миранда тут же напустила на себя суровый вид. — Выйдите все, — скомандовала она. И, посмотрев на Лиззи, добавила: — А вы, Морис, останьтесь. Когда в кабинете остались только они и близняшки, Миранда открыла ящик стола, еще раз взглянула на спрятанную аппликацию, а затем перевела взгляд на Лиззи, оценивая её безупречный внешний вид. На губах королевы моды появилась едва заметная, но вполне одобрительная ухмылка. — Ну что ж... Полы вымыты сносно, кабинет выстроен по линейке, да и инвестор, как ни странно, очарован, — сухо произнесла Миранда. — Я разрешаю вам пойти на этот бал. Но учтите, Элизабет, там со шваброй не ходят. Попросите Найджела, пусть сделает из ваших краденых лоскутков что-то приличное. That's all.