Часть 6
12 июня 2026 г., 14:51
Новость о том, что Нани и его влиятельный отец официально оказались за решёткой, разлетелась по университету со скоростью лесного пожара. Бум и Пувин довели дело до конца: все счета были заблокированы, махинации раскрыты, а прокуратура сработала молниеносно благодаря неопровержимым доказательствам, которые предоставили парни. Для Нани и его отца это был полный крах.
На следующий день на парковке университета царило редкое оживление. Инженеры и архитекторы теперь стояли одной большой компанией. Санта, укутанный в тёплую куртку Перта, тихо улыбался, слушая очередной жаркий спор между Данком и Джуном.
— Я говорю тебе, твои водительские навыки сильно переоценены! — харизматично улыбаясь, подразнивал Джун, пытаясь заглянуть под капюшон Данка. — Твой Мустанг быстрый только потому, что у него титановая пластина. А вот на треке я бы тебя обогнал даже на самокате!
— Да ты... ты хоть понимаешь, кому это говоришь?! — Данк возмущенно надул губу, его уши забавно покраснели. Он активно жестикулировал, пытаясь доказать свою правоту, пока все вокруг дружно смеялись с его бурной реакции. Джуну безумно нравилось доводить гонщика до такого состояния — в этот момент Данк казался ему невероятно милым.
Понд стоял чуть в стороне, преданно заглядывая в глаза Пувину. Тот лениво листал что-то в телефоне, но термос с чаем, который ему снова принёс Понд, крепко держал в руке. Понд мысленно вилял хвостом от счастья.
У стоял, опершись на капот машины, и задумчиво смотрел на дорогу. Бума всё ещё не было, и внутри У уже начинала закипать привычная, сводящая с ума тоска.
Вдруг тишину парковки разорвал мощный, утробный рык мотора. Из-за поворота на огромной скорости вылетел колоссальный, матово-черный Mercedes Geländewagen. Из приоткрытых окон внедорожника на всю парковку гремела музыка — Бум явно праздновал победу в своем вкусе.
Машина с визгом тормозов замерла прямо перед ребятами. Дверь открылась, и из салона вышел Бум. Он выглядел невероятно эффектно: в темных очках, свободной рубашке, уверенный и чертовски красивый. У почувствовал, как у него перехватило дыхание. Сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. Он замер, не в силах отвести взгляд от Бума. Щеки моментально вспыхнули, а в голове не осталось ни одной связной мысли. Великий футболист и грубый инженер У снова превратился в безмолвного, влюбленного пятилетнего мальчишку, который мог только завороженно смотреть на своего Бога.
Бум проигнорировал всеобщие вздохи. Он подошел к своей троице и коротко бросил:
— Санта, Пувин, Данк. Быстро в машину.
Парни удивленно переглянулись.
— Эй, Бум, куда мы? У нас вообще-то лекции через десять минут, — растеряно спросил Данк.
— В машину, я сказал. И без вопросов, — отрезал Бум, уже садясь обратно за руль.
Санта послушно и радостно залез на заднее сиденье. Данк, поворчав, запрыгнул следом. Но Пувин, упрямый и любящий порядок, остался стоять перед капотом Гелендвагена, скрестив руки на груди.
— Mon amour, ты с ума сошел? — Пувин недовольно надул губы и начал ворчать. — Мы не можем просто так взять и уехать. У меня сегодня важная лекция! И вообще, я не поеду, пока ты не объяснишь, что происходит.
Пувин ворчал без остановки минуты пять, упрямо не двигаясь с места. Бум терпеливо слушал его, а затем просто опустил стекло со своей стороны и ледяным, но забавным тоном произнес:
— Пувин. Если ты прямо сейчас не посадишь свой тощий аристократический зад в эту машину, мы уедем без тебя. И обратно я тебя не приму. Выбирай.
Пувин мгновенно замолчал. Он бросил быстрый, полный обреченности взгляд на Понда (тот жалобно пискнул от того, что его принца снова увозят), вздохнул, обошел машину и быстро залез на переднее сиденье, демонстративно хлопнув дверью.
— Отлично, — усмехнулся Бум.
Он резко дал по газам. Гелендваген с пробуксовкой сорвался с места, оставляя инженеров стоять в полнейшем недоумении посреди облака пыли. Понд стоял со слезами на глазах, провожая взглядом внедорожник. Джун уныло вздохнул, понимая, что его любимый Данк снова ускользнул. Перт нежно погладил Санту по руке через открытое окно в последний момент, зная, что малышу это нужно. А У... У медленно сполз спиной по капоту машины. Бум за рулем огромного Гелендвагена, командующий своими друзьями, казался ему нереальным.
***
Бум пригнал внедорожник прямо к частному терминалу аэропорта Бангкока. На взлетной полосе их уже ждал роскошный белоснежный бизнес-джет. — Заходим, — скомандовал Бум, глуша мотор. Когда они поднялись на борт и самолет начал плавно выруливать на взлетную полосу, Пувин, Данк и Санта наконец-то расслабились в мягких кожаных креслах. Стюардесса принесла им шампанское и фрукты. Данк прилип к иллюминатору, а Пувин посмотрел на Бума, который сидел напротив с довольной улыбкой. — Ну и? Куда мы летим на этот раз, похититель? — спросил Пувин, делая глоток. Бум снял солнцезащитные очки, его глаза светились искренним теплом и облегчением. Он посмотрел на Санту, который выглядел таким счастливым и спокойным, на притихшего Данка и ворчливого Пувина. — Мы летим на Гавайи, — спокойно объявил Бум. — Нани и его отец гниют в камерах, их счета уничтожены, и они больше никогда не причинят нам вреда. Мы заслужили этот отдых. Мы летим смывать с себя весь этот кошмар, купаться в океане и просто жить. Без учебы, без мажоров и без проблем. Санта восторженно вскрикнул и бросился обнимать Бума. Данк победно закричал, чокаясь бокалом с Пувином, а сам Пувин наконец-то тепло и счастливо улыбнулся, глядя на Бума: — Merci, mon amour. Ты лучший. Самолет взмыл в облака, унося их навстречу солнцу и спокойной жизни.***
В Бангкоке прошла всего неделя, но для инженеров она тянулась как вечность. Университет опустел, еда стала безвкусной, а жизнь — бессмысленной. Единственной ниточкой, связывающей их с реальностью, был Санта. Остальные трое — Бум, Пувин и Данк — будто провалились сквозь землю, выключив телефоны и полностью растворившись в гавайском закате. У дошёл до критической стадии одержимости. Санта прислал ему короткое видео, где Бум стоит на берегу океана без рубашки, подставив лицо ветру. Золотистый свет заката идеально подчеркивал его пресс и рельефные плечи. У смотрел это видео по 100 раз в день. Он ставил его на паузу, приближал, вздыхал и снова нажимал «play». — Он... он божественен, — шептал У, прижимая телефон к сердцу. — Понд, посмотри, как свет падает на его мышцы! Это же произведение искусства! Понд в это время сидел рядом, уставившись в другое видео. Там Пувин в гидрокостюме, с мокрыми волосами, уверенно ловил волну на серфе. Он выглядел таким сосредоточенным и крутым, что Понд готов был расплакаться. — А мой Пувин... он укрощает океан, У! Посмотри на этот взгляд! — хлюпал носом Понд. — Как я могу учить конспект, когда он там... такой мокрый и прекрасный? А на Гавайях жизнь била ключом. Точнее, она текла рекой — в основном алкогольной. Оказалось, что стоит вытащить Пувина и Данка из-под гнета чертежей и проектов, как они превращаются в настоящих тусовщиков. В один из вечеров они устроили дикие танцы прямо на террасе виллы. Пувин, забыв о своей аристократичности, и Данк, вопя песни на всё побережье, прыгали и обливались шампанским. Бум и Санта сидели на безопасном расстоянии, наблюдая за этим хаосом. Бум улыбался, потягивая коктейль, но вдруг заметил, что Санта притих. — Малыш, ты чего? — спросил Бум, приобнимая его за плечи. — Тебе не нравится? Санта вздохнул, глядя на океан. — Нет, Бум, здесь потрясающе. И я так рад, что мы вместе... Но... мне не хватает ребят. Не хватает Перта. Мне хочется показать ему этот закат. Бум замер, посмотрел на грустное лицо Санты и решительно поставил стакан на стол. — Так, — сказал он. — Не смей расстраиваться. Твоя улыбка на этих каникулах — мой главный приоритет. Не проблема. Он тут же схватил телефон и набрал номер своей авиаслужбы: — Поднимайте джет. Прямо сейчас. Пункт назначения — Бангкок. Забрать четверых. Чтобы завтра утром они были здесь. Спустя минуту телефон У в Бангкоке взорвался от сообщения: «С утра в аэропорту, частный терминал. Борт ждет. Вы летите на Гавайи. Возражения не принимаются. Бум». На следующее утро, когда частный самолет приземлился на островах, Бум лично встретил заспанных, но до смерти счастливых инженеров на огромном внедорожнике. Когда они подъехали к роскошной вилле, Санта выбежал из дверей, сияя как солнце. — Ребята! Вы здесь! — он с разбега запрыгнул на руки к Перту, который поймал его и крепко прижал к себе, зарываясь носом в его волосы. — Бум, спасибо! Спасибо большое! — Санта обернулся к Буму, который довольно наблюдал за воссоединением. Джун и Понд, ошарашенные роскошью виллы, начали оглядываться. — Слушай, — Джун толкнул Бума в бок, — а где наши элитные архитекторы? Бум молча усмехнулся и указал пальцем в сторону сада, где под раскидистой пальмой висел огромный плетеный гамак. — Вон там. Наслаждаются «отдыхом». Вся компания подошла к гамаку и замерла. В гамаке, сплетенные в какой-то невообразимый клубок из конечностей, лежали Пувин и Данк. Оба были в солнцезащитных очках, которые съехали набок. Пувин в обнимку сжимал полупустую бутылку элитного виски, а Данк крепко держал за горлышко бутылку текилы. Они спали так крепко, что не слышали даже криков чаек. — Пи'Пувин... — прошептал Понд, умиленно глядя на спящего архитектора. — Даже в состоянии «в дрова» он выглядит как ангел. — Боже, мой гонщик совсем сломался, — заржал Джун, доставая телефон, чтобы сфотографировать их. Бум посмотрел на У, который не мог оторвать от него глаз, и подмигнул ему. — Ну что, инженеры, добро пожаловать на Гавайи. У покраснел, посмотрел на Бума, потом на спящих друзей и понял: это будут лучшие каникулы в их жизни.
