Одуванчик для фейри

      Старик сделал ещё один глоток чая.       Хичоль продолжал смотреть куда-то в сторону, будто слова Кюхёна всё ещё крутились у него в голове. И это неожиданно раздражало. Потому что Кюхён не сказал ничего особенного. По крайней мере ему так казалось.       Просто очевидную вещь.       Любой мог умереть.       Любой.       Без предупреждения.       Без красивого финала.       Без возможности что-то исправить.       И именно поэтому...       Он вдруг замер. Потому что в голове внезапно вспыхнула ещё одна мысль.       Настолько простая, что даже обидно.       — Подожди.       Хичоль поднял взгляд.       — Что?       — Если ты видел меня в парке. А потом снова встретил через десять лет...       — Через одиннадцать, — автоматически поправил Хичоль.       Кюхён раздражённо махнул рукой:       — Не важно. Важно другое.       Он замолчал. Потому что мысль внезапно обрела форму. Окончательно.       — У нас могло быть на восемь лет больше.       Старик медленно поставил чашку. Очень осторожно. Словно боялся её уронить.       Хичоль не пошевелился. Вообще.       Кюхён продолжил:       — Если ты помнил меня. Если я видел тебя. Если проблема началась не сейчас... То у нас могло быть на восемь лет больше времени. Восемь лет назад я был уже не ребёнком.       Слова прозвучали неожиданно тихо, но почему-то показались громче любого крика.       Хичоль смотрел на него не мигая.       Несколько долгих секунд.       А потом очень спокойно сказал:       — Возможно.       Кюхён нахмурился.       — Всего лишь возможно?       — Да.       — Почему?       На этот раз ответ пришёл сразу.       — Потому что тогда ты был бы другим человеком.       Кюхён замер.       — Что?       — Восемь лет назад ты бы не сел за этот стол. Не стал бы слушать. Не стал бы задавать вопросы. Не стал бы спорить.       Хичоль чуть улыбнулся.       — Ты бы решил, что я сумасшедший.       — Вполне вероятно.       — Вот видишь.       Кюхён хотел возразить, но не смог. Потому что, если честно... Наверное, так и было бы.       Двадцатилетний Кюхён действительно послал бы всю эту магию куда подальше. Вместе с её носителями.       Старик вдруг хмыкнул.       — Кроме того, некоторые встречи происходят именно тогда, когда должны.       — Очень философски.       — Очень старо, — поправил старик.       Кюхён закатил глаза. Потом неожиданно посмотрел на Хичоля.       — Кстати.       — М-м?       — Раз уж мы заговорили о важном.       — Боюсь продолжения.       — Правильно боишься, — он чуть подался вперёд.       — Какие цветы ты любишь?       На этот раз Хичоль действительно удивился. Редкое зрелище.       — Что?       — Цветы. Ты пахнешь так, будто украл половину весны. Травами. Цветами. Дождём. Морем. Я просто пытаюсь понять. Какие цветы вообще твои любимые?       Старик немедленно заинтересовался разговором. Очень подозрительно заинтересовался.       Хичоль бросил на него короткий взгляд. Потом снова посмотрел на Кюхёна. И почему-то улыбнулся. Не насмешливо. Совсем иначе.       — Не знаю.       — В смысле не знаешь?       — Никогда не задумывался.       — Быть не может. За тысячу лет?       — За тысячу лет.       Кюхён недоверчиво прищурился.       — И всё-таки. Если бы пришлось выбирать.       Хичоль задумался. По-настоящему. На несколько секунд.       Кюхён уже собирался продолжить допрос, когда внезапно почувствовал это.       Запах.       Очень слабый.       Очень далёкий.       Но неправильный.       Настолько неправильный, что внутри всё мгновенно напряглось.       Будто организм сам понял опасность раньше разума.       Улыбка исчезла с лица Хичоля в ту же секунду.       Старик резко поднял голову.       — Вот это уже плохо, — тихо произнёс он.       — Что? — Спросил Кюхён.       Но ответ уже появился сам. Из дальнего угла магазина.       Сначала что-то зашуршало. Потом одна из книжных полок дрогнула. Тяжёлое дерево заскрипело и медленно накренилось. Книги посыпались на пол.       Одна.       Вторая.       Десятки.       Сотни страниц взметнулись в воздух.       А потом из темноты между стеллажами выползло нечто. Огромное. Чёрное. Слишком длинное. Слишком худое. Словно кто-то собрал паука из человеческих теней.       Шесть суставчатых конечностей упёрлись в пол.       Тело было размером с автомобиль.       А вместо головы извивался целый клубок тонких костяных отростков.       Кюхён резко вскочил:       — Что это за хрень?!       — Хороший вопрос, — сказал старик, — Потому что эта дрянь должна быть мертва уже лет триста.       Существо издало звук. Нечто среднее между скрипом дерева и человеческим шёпотом. От этого звука волосы на затылке встали дыбом.       Книги вокруг начали сыпаться с полок сами собой, будто что-то невидимое толкало их изнутри.       Кюхён сделал шаг назад.       Существо мгновенно повернулось к нему.       И тогда он понял — оно его видит. Оно пришло за ним.       — Хичоль, — очень спокойно сказал старик.       — Уже, — ответил тот. И исчез. Не побежал. Не прыгнул. Просто исчез с того места, где стоял. А в следующую секунду появился прямо перед чудовищем.       Раздался оглушительный треск.       Пол под ногами содрогнулся. Существо отбросило назад через весь зал, и оно врезалось в стену. Камень покрылся трещинами, но тварь тут же вскочила снова.       Невероятно быстрая.       Одна из конечностей рванулась вперёд словно копьё. Хичоль перехватил её голой рукой. Легко, будто она ничего не весила. Раздался сухой хруст. Конечность сломалась пополам. Чудовище завизжало. На этот раз уже по-настоящему.       Яростно.       Голодно.       Отчаянно.       А Хичоль наконец улыбнулся. И от этой улыбки даже Кюхёну стало немного жутко. Потому что впервые за всё время он увидел не красивое древнее существо. Не загадочного незнакомца. Не мужчину с запахом цветов.       А хищника.       Очень древнего.       Очень опасного.       И совершенно не испуганного тем, что стояло перед ним.       — Триста лет скрывалась? — негромко спросил Хичоль.       Тварь снова бросилась вперёд.       — Зря.