Часть 27
19 июня 2026 г., 22:35
Несколько секунд никто не двигался.
После грохота.
После рёва.
После бесконечной бойни.
Тишина казалась почти нереальной.
Кюхён только сейчас заметил, насколько сильно дрожат руки. Не от страха, от адреналина, от усталости, от осознания того, что ещё пять минут назад они вполне могли умереть прямо здесь.
Хичоль всё ещё стоял напротив, и смотрел на него. Слишком внимательно. Слишком долго, словно пытался убедиться, что Кюхён действительно находится перед ним. Живой. Настоящий.
— Прекрати, — попросил Кюхён.
Хичоль моргнул, будто только сейчас вернулся в реальность.
— Что именно?
— Смотреть так, словно я сейчас растворюсь в воздухе.
На лице Хичоля мелькнуло что-то странное, почти болезненное.
— Не могу обещать.
— Прекрасно.
Кюхён сделал шаг вперёд, и только сейчас заметил, насколько плохо выглядит Хичоль. Кровь. Много крови.
Плечо.
Бок.
Шея.
Порванная одежда, глубокие раны. Некоторые уже затягивались, некоторые нет. И внезапно стало очень трудно злиться. Потому что вся эта кровь появилась по одной причине.
Из-за него. Из-за его импульсивности.
— Тебе нужно сесть.
— Не нужно.
— Нужно.
— Кюхён.
— Даже не начинай.
Хичоль неожиданно замолчал, потом слегка наклонил голову, словно прислушивался к чему-то. Именно тогда Кюхён впервые почувствовал это тоже. Что-то похожее на отголосок эмоции. Чужой. Не своей.
Усталость.
Облегчение.
И такое сильное напряжение, что от него буквально ломило рёбра.
Он замер, Хичоль тоже. Они одновременно посмотрели друг на друга, и одновременно всё поняли.
Связь. Она уже действовала. Не полностью, не идеально, но действовала.
— Вот чёрт, — тихо сказал Кюхён.
— Да, — ещё тише согласился Хичоль.
Кюхён несколько секунд переваривал происходящее. Потом произнёс:
— Ты сейчас чувствуешь то же самое?
— Если речь про желание немедленно убедиться, что ты цел и не собираешься делать ещё что-нибудь безрассудное, то да.
— Это не мои эмоции.
— Именно.
Кюхён уставился на него, потом вдруг рассмеялся. Нервно. Немного истерично.
— Потрясающе. Просто потрясающе. Теперь я буквально чувствую, как ты нервничаешь.
— Я не нервничаю.
— Врёшь.
— Возможно.
На этот раз уголки губ Хичоля всё-таки дрогнули, и это почему-то оказалось важнее всего остального. Потому что ещё несколько минут назад Кюхён всерьёз думал, что может больше никогда не увидеть эту улыбку.
Ветер снова прошёлся по пустой улице, где-то вдали проехала машина.
Самый обычный человеческий звук. До смешного нормальный после всего случившегося.
Кюхён поднял голову, посмотрел на ночное небо, потом снова на Хичоля.
— Значит, всё.
— Что именно?
— Теперь они отстанут.
Хичоль некоторое время молчал, потом кивнул.
— Да.
— Совсем?
— Совсем.
— То есть меня больше никто не попытается сожрать по дороге в магазин?
— Нет.
— И по дороге на работу?
— Нет.
— И ночью тоже нет?
— Нет.
Кюхён медленно выдохнул. По-настоящему. Глубоко. Без ожидания новой опасности.
— Тогда оно того стоило.
Улыбка исчезла.
Хичоль смотрел на него очень долго, а потом тихо произнёс:
— Ты понятия не имеешь, что сделал.
— Зато ты имеешь.
— Именно поэтому меня это пугает.
Кюхён шагнул ещё ближе, между ними осталось меньше полуметра.
— Поздно пугаться. Договор уже заключён.
На этот раз Хичоль ничего не ответил, потому что спорить было бессмысленно.
Кюхён оказался прав.
Поздно.
Слишком поздно.
И связь между ними уже пульсировала где-то глубоко внутри.
Спокойная.
Нерушимая.
Древняя.
Словно существовала всегда, хотя появилась всего несколько минут назад.
И почему-то именно сейчас Кюхён впервые подумал и сразу озвучил свою мысль:
— Будем считать это компенсацией за те 8 лет.
Потому что впереди внезапно оказалось столько времени, сколько раньше невозможно было даже представить.
