Боги Олимпа:алые плащи

Глава 13 -Ты понимаешь, что поставила под сомнение честь всей моей семьи?! И без того излишне эмоциональный Агелай сейчас, кажется, взорвётся. Брат моего, как выяснилось, не деда Платона, стал править после смерти моей бабушки, и главное для него-репутация. Возрастом он чуть старше Клеона, рыжеволосый и зеленоглазый. -Ты понимаешь?! Агелай останавливается возле меня, напротив нескольких маленьких тронов со спинкой в виде полумесяца, по бокам от главного-с ветвистыми рогами оленя. Сейчас на них сидят его жена Ия и дети:почти тридцатилетняя Федра, призванная на семейный совет, двадцатилетний Ксанфий и пятнадцати-Исарх. И все они не вмешиваются, вызывая во мне неприятную волну обиды. -Я ведь тоже ваша семья,-я пытаюсь говорить уверенно, но под таким гнётом ощущаю себя маленькая девочка и голос дрожит,-и всегда ей была, а вам будто всё равно. Вы не были ни на моей коронации,ни на похоронах Ахиллеса. Появившийся в его глазах животный гнев заставляет меня в испуге сделать шаг назад. Грубо схватив моё предплечье,Агелай почти шипит: -Не тебе отчитывать меня за это,девочка... -Отойди от неё, если не хочешь случайно сломать себе руку,-раздаётся из-за спины леденящий голос Одиссея. -Ты ещё будешь угрожать мне, мальчишка? Агелай почти откидывает меня, на ногах помогает удержаться внезапно подскочившие Исарх и Ксанфий, заставляя удивлённо посмотреть на них. -Мы не позволим тебе обижать нашу сестру,-вставая передо мной, твёрдо говорит Ксанфий. -Я ещё забыл спросить вас... Агелай разъярённо делает шаг вперёд, но Одиссей и лёгким ударом сбивает его с ног, разбивая нос. -Спасибо,парни,-он хлопает по плечу моих братьев, лишь затем коротко целуя в губы меня, спрашивая после,-ты в порядке? Я лишь киваю, сдерживая слёзы и не понимаю чем заслужила такое отношение к себе. -Нет,Гера,-муж с новой притягивает меня к себе, шепча так, чтобы слышала только я,-не показывай им сейчас своих чувств: они примут за слабость. Покажи свою силу и власть. Забудь об обиде. Эти люди тебе уже давно не семья-введи диалог как с соперника или союзниками. Прислушавшись к его словам, гордо подняв голову и сделав шаг вперёд, я смотрю на то, как Агелай, зажимая нос, отталкивает подбежавшую к нему жену и решительно направляется в нашу сторону. -Сделай ещё шаг-и мои псы сожгут тебя и твою семью прямо сейчас,-холодно говорю я, убирая все чувства. -Угрожать хозяин в его же доме неблагоразумно, девочка,-Агелай усмехается, но всё же останавливается. -Неблагоразумно называть девочкой королеву от крови Зевса и Аида,-осекаю его я,-благоразумно уважайте её и подчиняться, чтобы твоё нагретое место вдруг не передалось другому. Уверенность собственных словах удивляет, но радует. Как и то, что за моей спиной три мужчины, готовых защитить меня. -А что благоразумно?-полностью успокоившись, спрашивает он,-стать куклами в руках девочки, что ещё ими не наигралась? Спасибо, уж я лучше буду первым мечом воина. -Изменника,-почти с отвращением говорю я,-если ты не согласен признать меня королевой-значит, ты признаешься в измене. -Пусть так,-вдруг отвечает Агелай,-но так я буду под стабильной защитой. -За измену полагается казнь,-ровно говорю я. -У тебя не хватит кишок,-он усмехается, тем самым словно давая мне спускной механизм. -Проводите короля Агелая в темницу, верные мои воины,-я улыбаюсь тому,как стремительно самодовольное выражение его лицо становится ужасом,-уверена, в замке их предостаточно. В моём замке, который я только что захватила. В подтверждение своих слов я поднимаюсь к трону и сажусь на него, не отрывая взгляд от уже скрученного Агелая, которого уводят мои люди. -У него будет день, чтобы ещё раз обдумать своё заявление об измене,-я закидываю ногу на ногу,-пусть публично признается в ней и понесёт за это наказание, или попросит прощения и получит помилование и право возглавлять свой двор под моим крылом. -Никогда,-уже у двери кричит Агелай,-никогда,шлюха,поняла меня?! Я лишь равнодушно пожимаю плечами и полностью расслабляюсь лишь тогда, когда его уводит, а двери медленно закрываются. -Королева,-Ия вдруг падает перед моим троном. Ей самой не больше тридцати-ровесница дочери Агелая от первой его жены, но морщины уже завладели веснушчатым лицом, а в рыжих, почти красных волосах, появились пряди седины. Конечно,с таким-то мужем. -Встаньте,-мягко говорю я. -Прошу, не казните моих мальчиков и Федру,-по её щеке бежит слеза,-они не разделяют взгляды своего отца и поклянутся в верности вам. -Дети не должны отвечать за грехи своих родителей,-я перевожу взгляд на Ксанфия и Исарха,-пусть поклянутся завтра. Жёны тоже не должны. Так что вы тоже можете поклясться, и вас не тронут. Братья,Федра и Ия благодарна преклоняют колено, а Одиссей довольно кивает. -Агелай, король двора Артемида, ты сознаёшься в измене и поддержки узурпатора? Двор Артемиды не похож на другие. Каменные стены оплёл густой лес, по стенам замка тянется плющ и пробиваются цветы, вокруг свободно гуляют олени, а на ветвях сидят приученные к людям совы и соколы. Но сейчас мы стоим на главной площади в окружении людей. Щенки, половина человек из взятых пяти тысяч,Андреас и Клеон вместе с девочками в безопасности: на корабле. Ждут, пока решится судьба Агелая, который вместе со мной, одиссеем и десятком воинов, стоит на деревянном помосте, который здесь специально для подобных решений. -Сознаюсь,-почти плюёт он, и народ охает,-я сознаюсь в этом, и моя семья тоже. Убей нас всех, девочка. -Твоя семья приняла другое решение и поклянётся мне в верности вместе с другими людьми,-довольно говорю я, наблюдая за тем, как теряется его уверенность,-а ты приговариваешься к смерти. И приговор исполнится сейчас, после того, как твой народ примет меня. Тысячи людей, поголовно опускаются передо мной на колени и вместе с Ией,Федрой и моими братьями хором произносят клятву верности. Я делаю то же самое, потом кивая Одиссею, который обнажают меч. -Я же говорю,-Агелай усмехается, когда его насильно опускают на плаху, укладывая голову,-девочка! Приговор пусть исполнит тот, кто его вынес! Растерянно я смотрю на Одиссея, который тут же подходит ко мне, шепча: -С этого начнётся твоя безоговорочная власть. Давай, Гера. Прямо по шее. Он передаёт Меч, и я с ужасом понимаю, что едва ли могу поднять его. -Я же говорил!-Агелай смеётся.-Девчонка! Замечаю на себе взгляд толпы, я предпринимаю попытку снова поднять оружие, и это получается, когда, став позади меня, Одиссей накрывает мои руки своими, вкладывая основную силу. Я молча благодарю его и не вздрагиваю, когда после взмаха, ударом голова Агелая падает, немного прокатываясь и оставляя дорожку из крови. -Молодец,-прямо в ухо шепчет муж, губами мазнув по моей щеке,после этого делая шаг назад. -"Он ведь был моим родственником,"-думаю я, смотря на завалившееся тело, но тут же осекаю себя,-бывают родственники, которым без головы лучше." Люди аплодируют, словно поддерживая и успокаивая меня, а я продолжаю сжимать рукоять окровавленного меча. -Королева,к вам Ксанфий и Исарх. Юный парень-слуга дрожит, как осиновый лист, наблюдая за бегающими по внутреннему лесу, по лужайке, церберами. Мы с одиссеем сидим под одним из деревьев: у меня на руках-Иоанта,у него -Мелита. Клеон бросает дубину щенкам, играя с ними. -Пусть подходят,-я передаю дочь Одиссею на колени и всё же поднимаюсь, понимаю, что почти все всё же боятся моих церберов. Братьев я нахожу неподалёку, с широкими глазами наблюдающих за "игрой". -Привет,-я улыбаюсь им,-как вы? -В порядке,королева,спасибо,-Ксанфий склоняет огненную кудрявую голову и как бы незаметно толкает брата, почти точную его копию. -Спасибо,королева,-буркает он, опуская свои изумрудные глаза. -Вы верно хотели поговорить о чём-то?-не могу не спросить я,-по вашей предстоящей коронации, Ксанфий? -О моём брате. У него же есть язык-пусть говорит. -Королева,-Исарх делает шаг вперёд, снова склоняя голову,-я хотел попросить вас оказать мне честь вступить в ряды вашей армии. Я умелый воин, я умею управлять мечом и другим оружием! -Тебе пятнадцать,-я качаю головой, понимая, что не готова я не хочу подвергать его такому риску,-в таком возрасте амбиции берут верх над здравым смыслом и часто совершается тот, о чём ты потом будешь жалеть. -Я говорю ему о том же,-Ксанфий вздыхает, явно тоже не разделяя идеи брата. -Но я хочу этого, пожалуйста!-Исарх вдруг берёт меня за руку, смотря в глаза и сложив брови треугольниками. Такое детское желание на совсем не детскую жизнь. -Я не хочу, чтобы ты был в опасности,-мягко говорю я, накрывая его ладонь своей,-мне будет достаточно воинов из вашей армии, а тебе вступать в неё сейчас-значит почти идти на верную смерть. -Пожалуйста,королева,-Исарх падает на колени,-позвольте мне отмыться от позора моего отца. Я смотрю на качающего головой Ксанфия и лишь вздыхаю: -Я подумаю,Исарх,ладно? Дай нам поговорить с твоим братом. Парень подскакивает, а в его глазах уже загорается запретная ребячья надежда, которую катастрофически сложно будет разрушить. -Спасибо!-бросает он, почти бегом возвращаясь в замок. -Ты против?-тут же спрашиваю я, когда Ксанфий предлагает мне локоть, и мы медленно идём по дорожке дальше в лес. -Конечно,-его глазах виднеется бесконечная грусть,-но я в его возрасте тоже хотел подобного. Очень был амбициозно, я знаю, что ты тогда бы не простил, если бы в подобном отказали. -Что ты предлагаешь?-не понимаю я. -Может, есть какая-то возможность удерживать его в тылу и не подпускать к боевым действиям? -Едва ли он послушает,-прекрасно понимаю я,-но я могу попробовать. -Только, пожалуйста, пусть кто-то следит за ним. И потренируют,-Ксанфий усмехается,-он слишком большого мнения о себе. -Я поручу занятия им командующему моей армией,-обещаю я,-это малая, что я могу сделать для вас. -Гера, не держи на нас зла,-парень устанавливается, руки кладя мне на плечи,-особенно на отца. Я не знаю почему он стал таким... -Ничего,-я слабо улыбаюсь,-конечно, неприятно, ну что поделать. -Мне жаль,-он нервно взъерошивает свои волосы,-я даже не знаю с чего начать... У тебя столько всего произошло в жизни. Не каждый мужчина выдержал бы такое. -Я понимаю, но жалость вряд ли сейчас что-то поменяет,-я смотрю на промелькнувшую за деревом белоснежную тень,-что это? Ксанфий непонимающе оборачивается, и тень проносится снова, виляя между деревьями, чьи высокие кроны будто достают до небес. -Я посмотрю,-спокойно говорит парень, делая шаг вперёд, но тут же иду за ним и ловлю на себе его вопросительный взгляд,-анасса? -Я тоже хочу посмотреть. Огромные серебристые сосны и вечнозелёные деревья устремляются ввысь, а между их ветвями струится мягкий солнечный свет, окрашивая лес в золото. Повсюду цветут неизвестные цветы, а птицу ласкают слух щебетанием и песнями. Через несколько шагов мы с Ксанфием замираем от увиденного. Из-за густых зарослей медленно появляется белоснежный олень. Его шерсть сияет так ярко, словно создана из лунного света, а длинные ветвистые рога напоминают ледяную корону, но глаза... Глубокие и фиолетовые, почти светящиеся. Олень молча смотрит на меня, и взгляд его кажется слишком человечным. Спокойным и мудрым. -Это Лунный Лик,-едва слышно шепчет Ксанфий, не шевелясь, но я и без него знаю это. Ахиллес рассказывал Легенду о нём и называл её своей самой любимой. Белоснежный олень-символ удачи и благословления Артемиды. Его появление значит, что богиня видит тебя и дарует силу своего двора. Как заворожённая, я делаю шаг вперёд, и олень едва заметно склоняет голову, а затем резко разворачивается и мчится между деревьями ловко и невероятно быстро, исчезая в глубине леса. Последний луч света скользит по его белоснежной шерсти, и спустя мгновение он пропадает, оставляя после себя ощущение чуда. -Его никто не видел уже тысячу лет, Гера,-отмерев, говорит Ксанфий, удивлённо смотря на меня,-удача благоволит тебе. Удача- подарок богов. -"Боги на моей стороне,-думаю я, снова переводя взгляд вглубь леса, но никого не наблюдая,-спасибо."