Хороший муж. Римские будни.

Драко проснулся от шёпота. Сначала он подумал, что это дети играют в соседнем номере — у Поттеров стены были тонкими, и Лили со Скорпиусом часто шумели по утрам. Но шёпот был слишком близким. Слишком отчётливым. Слишком… в его номере. — …не плачь, пожалуйста. Всё будет хорошо. Дядя Гарри вернётся. Он всегда возвращается. — А вдруг нет? Мама сказала, что папа уехал из-за тёти Гермионы. А когда родители уезжают из-за кого-то, они потом расходятся. Я читала в интернете. Там люди писали. — В интернете пишут всякую ерунду. Папа говорил. — А вдруг это не ерунда? Драко открыл глаза и сел на кровати. Скорпиус и Лили сидели на полу у дивана. Лили была в своей розовой пижаме с единорогами, её рыжие волосы растрепались, а лицо было мокрым от слёз. Она плакала — тихо, почти беззвучно, но плечи её тряслись. Скорпиус сидел рядом, обнимал её за плечи и гладил по голове, как это делал Драко, когда сын расстраивался. — Что случилось? — спросил Драко, и его голос прозвучал хрипло со сна. Дети подняли головы. Лили всхлипнула и вытерла нос рукавом. Скорпиус посмотрел на отца — в его глазах была тревога, которую он пытался скрыть. — Папа, — сказал Скорпиус. — Лили плачет. — Я вижу. — Драко встал, натянул джинсы поверх трусов, он спал в футболке, слава Мерлину, и присел на корточки перед детьми. — Лили, что случилось? Расскажи. Лили шмыгнула носом, вытерла слёзы и посмотрела на него — снизу вверх, доверчиво, как смотрят дети на взрослых, от которых ждут спасения. — Ночью, — сказала она дрожащим голосом. — Ночью папе позвонила тётя Гермиона. Она плакала. Я проснулась от того, что папа говорил по телефону. Он сказал маме, что тёте Гермионе нужна помощь. Срочно. Что он должен ехать. — И что мама? — спросил Драко, уже догадываясь, что услышит. — Мама была не рада, — сказала Лили, и её губы снова задрожали. — Она сказала: «Почему ты? Почему не я? Почему именно ты должен ехать?» А папа сказал: «Потому что она позвала меня. Не тебя». И мама обиделась. Очень. Она сказала, что папа ничего ей не объясняет, что у них нет секретов, а тут… тут… — Что — тут? — мягко спросил Драко. — Тут какая-то тайна, — выдохнула Лили. — Которую папа знает, а мама — нет. И я тоже не знаю. И никто не знает. А папа уехал и не вернулся. Уже утро. Уже почти обед. А его всё нет. Драко посмотрел на часы на тумбочке. Половина двенадцатого. Гарри уехал ночью — и до сих пор не вернулся. Это было странно. Даже если Гермионе нужна была помощь, Гарри всегда предупреждал, если задерживался. — А мама звонила ему? — спросил Драко. — Звонила, — кивнула Лили. — Много раз. Он не брал. Она звонила тёте Гермионе — тоже не брала. Мама сказала, что у неё сердце разрывается от неизвестности. И что если папа не вернётся к обеду, она поедет его искать. Хотя не знает, куда. Лили снова всхлипнула и прижалась к Скорпиусу. Тот обнял её и посмотрел на отца. — Папа, — сказал он. — А что, если они правда расстанутся? Гарри и Джинни. Лили боится. Я тоже. Потому что если они расстанутся… я больше не смогу видеть Лили каждый день. В его голосе была такая искренняя боль, что у Драко сжалось сердце. Он забыл, что дети — не просто дети. Они чувствовали всё. Они видели трещины в отношениях взрослых раньше, чем сами взрослые. — Никто не расстанется, — сказал Драко, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Гарри и Джинни любят друг друга. Они прошли через войну. Они пройдут и через это. — А если не пройдут? — спросила Лили, поднимая на него заплаканные глаза. — Пройдут, — повторил Драко. — Я обещаю. Он не знал, имеет ли право давать такие обещания. Но Лили смотрела на него с надеждой, и он не мог сказать ей правду — что он ничего не знает, что он сам боится, что в этой истории слишком много тайн. — Вы завтракали? — спросил он, чтобы сменить тему. — Нет, — сказал Скорпиус. — Мы сначала пришли к тебе. — Тогда пойдём к Поттерам. — Драко встал и протянул руки детям. — Вместе разберёмся. Они пошли в номер Поттеров через соединяющую дверь. Джинни сидела на диване, обхватив колени руками. Она была в халате, волосы не причёсаны, под глазами — тёмные круги. Она не спала всю ночь, это было видно. — Джинни, — сказал Драко, входя. — Что случилось? Джинни подняла на него глаза. В них была усталость, боль и ещё что-то — может быть, страх. — Я не знаю, — сказала она. — Гарри уехал в час ночи. Сказал, что Гермионе нужна помощь. Что она плакала. Что она его позвала. Я спросила, почему он, а не я. Он сказал: «Потому что я обещал». Что он обещал? Когда? Зачем? Он не объяснил. Просто поцеловал меня, поцеловал Лили и ушёл. — И не вернулся? — И не вернулся. — Джинни сжала пальцы так, что побелели костяшки. — Я звоню ему каждый час. Он не отвечает. Гермиона тоже. Я уже думала, не позвонить ли в местное авроратское управление, но… я не знаю, куда именно он поехал. — Может быть, он у неё? — предположил Драко, хотя сам в это не верил. — У Гермионы. В её квартире. — Я не знаю, где она живёт, — сказала Джинни. — Она никогда не приглашала нас к себе. Только в ресторан. Я даже адреса не знаю. Драко сел рядом с ней. Дети забрались на диван с другой стороны — Скорпиус обнял Джинни за плечо, Лили прижалась к матери. — Мы найдём его, — сказал Драко. — Я помогу. Что ты хочешь делать? — Я хочу поехать к ней в ресторан, — сказала Джинни. — Может быть, там есть кто-то, кто знает, где она живёт. Тот парень… Марко. Он, наверное, знает. — Мы поедем вместе, — сказал Драко. — Детей оставим с Тео и Блейзом. Они не откажутся посидеть. В этот момент в гостиную вошли Тео и Блейз — заспанные, но уже одетые. Тео нёс поднос с круассанами и кофе. Блейз — тарелку с фруктами. — Мы слышали, — сказал Тео, ставя поднос на стол. — Джинни, ты кричала на весь коридор. — Я не кричала, — возразила Джинни. — Ты говорила с кем-то по телефону. Очень громко. Мы в соседнем номере всё слышали. Джинни вздохнула и закрыла лицо руками. — Простите. Я не хотела. — Не извиняйся, — Блейз сел в кресло, аккуратно положив фрукты на стол. — Мы останемся с детьми. Поезжайте. Разберитесь. — Вы не обязаны… — начала Джинни. — Мы друзья, — перебил Тео. — Друзья помогают. Тем более когда речь идёт о Гарри Поттере, который пропал в Риме с бывшей любовницей Драко. Это звучит как начало детективного романа. — Она не бывшая любовница, — сказал Драко. — А кто? — Неважно. Тео усмехнулся, но спорить не стал. Дети смотрели на взрослых широко раскрытыми глазами. Лили снова начала хлюпать носом. — Мама, — сказала она. — А папа вернётся? — Вернётся, — сказала Джинни, прижимая дочь к себе. — Обязательно вернётся. Он же Поттер. Поттеры всегда возвращаются. — А ты не будешь с ним разводиться? Джинни замерла. Посмотрела на дочь — в её заплаканные глаза, в дрожащие губы. — Нет, — сказала она твёрдо. — Не буду. Мы с папой любим друг друга. Мы просто… иногда ссоримся. Как все. — Вы никогда не ссорились, — возразила Лили. — Вы только спорите. А вчера вы ссорились по-настоящему. Я слышала. Ты кричала. Джинни закрыла глаза. Её лицо стало белым. — Иногда взрослые ссорятся, — сказал Драко, решив вмешаться. — Это не значит, что они перестают любить. Просто они устают. Или боятся. Или не знают, как сказать то, что чувствуют. Лили посмотрела на него долгим взглядом. — Ты тоже так ссорился с мамой Скорпиуса? — спросила она. Драко почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Он не ожидал такого вопроса от пятилетнего ребёнка. Скорпиус тоже замер — он знал, как его родители ссорятся. Он слышал это много раз. — Да, — сказал Драко честно. — Мы тоже ссорились. И до сих пор ссоримся. Но это не значит, что я перестал любить маму Скорпиуса. Просто мы… мы не умеем быть вместе. Но мы умеем быть родителями. И это главное. Лили подумала, потом кивнула и прижалась к матери. — Ты не расставайся с папой, — сказала она. — Пожалуйста. — Не расстанусь, — пообещала Джинни. — Но для этого я должна его найти. Прямо сейчас. Драко, поехали. Драко кивнул. Они быстро переоделись — Джинни в джинсы и футболку, Драко в то, что было под рукой. Тео и Блейз остались с детьми — Лили уже успокоилась, хотя всё ещё держалась за мать, не отпуская. Скорпиус сидел рядом с ней и держал её за руку. — Мы вернёмся, — сказал Драко сыну. — С Гарри. — Привезите его, — сказал Скорпиус. — Лили без него плохо. — Привезём. Драко и Джинни вышли из отеля и аппарировали к ресторану Гермионы. Ресторан был закрыт. Ставни задвинуты, на двери табличка «Chiuso» — та же самая, что и в прошлый раз. Но дверь была не заперта. Джинни толкнула её и вошла. Внутри было темно. Пахло кофе, корицей и ещё чем-то — грустью, может быть, или одиночеством. — Гермиона? — позвала Джинни. — Гарри? Никто не ответил. Они прошли вглубь, за стойку, в маленькую подсобку. Там было чисто — никаких следов спешки или борьбы. На столе лежал блокнот, открытый на пустой странице. Ручка рядом. В углу — маленький диван, на котором кто-то, видимо, спал: подушка помята, плед скомкан. — Они были здесь, — сказала Джинни, оглядываясь. — Но ушли. — Куда? — Не знаю. Драко подошёл к столу и заглянул в блокнот. На первой странице что-то было написано — размашистым, нервным почерком Гермионы. «Я не могу больше бежать. Надо встретиться. Приезжай. Жду. Знаешь где». Драко показал записку Джинни. Та прочитала, нахмурилась. — Что это значит? Куда она его ждала? Где это «знаешь где»? — Я не знаю, — сказал Драко. — Но Гарри знал. Он уехал ночью, значит, понял, о чём речь. — И не сказал мне, — горько сказала Джинни. — Не сказал, куда едет. Ничего не сказал. Драко взял её за руку. — Мы узнаем, — сказал он. — Должен быть кто-то, кто знает. И тут он вспомнил. Марко. Тот самый парень, который был с Гермионой на пляже. Он помогал ей открыть ресторан. Он был рядом. Он знал её адрес, наверняка знал. — Марко, — сказал Драко. — Ты знаешь, где его найти? Джинни посмотрела на него, и в её глазах загорелась надежда. — Нет. Но Гермиона говорила, что он живёт неподалёку. Что он работает в магазине магических безделушек недалеко от Колизея. — Тогда пошли. Они вышли из ресторана и быстро пошли к Колизею — через узкие улочки, мимо фонтанов и туристов, которые не знали, что в этом городе кто-то потерялся. Джинни шла быстро, почти бежала, и Драко едва поспевал за ней. Магазин Марко оказался маленьким, зажатым между пиццерией и сувенирной лавкой. Над дверью висела вывеска «Antiche Magie» — «Древняя магия». Внутри пахло ладаном и старыми книгами. На полках стояли амулеты, кристаллы, манускрипты и другие магические безделушки. Марко стоял за прилавком, протирая какую-то вазу. Увидев Драко и Джинни, он улыбнулся — но улыбка тут же сошла с его лица, когда он понял, что они взволнованы. — Что случилось? — спросил он на ломаном английском. — Гермиона пропала, — сказала Джинни без предисловий. — Гарри — тоже. Ты знаешь, где она живёт? Марко побледнел. — Пропала? Что значит «пропала»? — Уехала ночью. Позвонила Гарри, плакала. Он поехал к ней. С тех пор никто не выходит на связь. — Звонили? — Много раз. — Джинни сжала кулаки. — Ты знаешь её адрес? Мы должны поехать. Марко колебался секунду. Потом кивнул, достал из-под прилавка листок бумаги и написал адрес. — Это недалеко, — сказал он. — Десять минут пешком. Она живёт одна. Никого не приглашает. Даже меня. — А ты был у неё? — спросил Драко. — Один раз. Когда она только въехала. Помогал с мебелью. С тех пор — нет. Она сказала, что её дом — это её крепость. Туда никого не пускает. Драко взял адрес, поблагодарил, и они с Джинни выбежали из магазина. — Она скрывала свой адрес даже от нас, — сказала Джинни, пока они шли. — Я никогда там не была. Гарри — тоже. Он не знает, где она живёт. Откуда он мог знать, куда ехать? — Может быть, она сказала ему по телефону, — предположил Драко. — Или прислала сообщение. Они шли быстро. Узкие улочки сменялись маленькими площадями, старые дома — новыми. Рим жил своей обычной жизнью, не зная, что на одной из его улиц два человека ищут пропавших друзей. Квартира Гермионы находилась на третьем этаже старого здания, увитого плющом. Дверь была старой, деревянной, с массивной ручкой. Драко постучал. Никто не ответил. Нажал на ручку — дверь открылась. Они вошли. Внутри было чисто, скромно, почти аскетично. Маленькая прихожая, гостиная, кухня, две комнаты. Всё было в идеальном порядке — как будто кто-то готовился к переезду. На столе в гостиной лежали открытые коробки, на кухне — стопка пустых картонных ящиков. — Она собирается переезжать, — сказала Джинни. — Ты знал? — Да. — Драко оглядывался, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Но она не говорила куда. — И Гарри не говорил. Хотя они, кажется, общались чаще, чем я думала. В гостиной было чисто прибрано. На стенах не было фотографий — только одна. Маленькая, в деревянной рамке, стоящая на каминной полке. Драко подошёл ближе и замер. На фотографии была Гермиона. Она смеялась, запрокинув голову, её кудри развевались на ветру. Рядом с ней стоял Гарри — молодой, с растрёпанными волосами, и Джинни — с рыжими косами, и Рон — с веснушками. Они были в Хогвартсе. На заднем плане виднелись стены замка. Надпись внизу гласила: «Лучшие годы». Драко смотрел на это фото и чувствовал, как внутри что-то переворачивается. Она хранила воспоминания о школе — о времени, когда они все были молоды, счастливы и ещё не знали, что жизнь разведёт их по разным углам. — Драко, — позвала Джинни из спальни. — Иди сюда. Он вошёл в спальню. Джинни стояла у кровати, глядя на что-то на тумбочке. На тумбочке лежал телефон. Старый, потрёпанный, с треснувшим экраном. Это был телефон Гермионы. — Она не взяла его, — сказала Джинни. — Зачем она его оставила? Она никогда не выходит без телефона. Драко взял телефон в руки. Экран был разблокирован — последнее сообщение было отправлено Гарри. «Я готова. Пусть приезжают. Все. И Тео. И Блейз. Я не могу больше прятаться. Пусть эта тварь получит своё. Он всё это начал, он и закончит. Но сначала нужно поговорить. Ты и я. Как в старые времена. Жду в нашем месте». — В нашем месте, — прочитал Драко вслух. — Что это значит? Джинни посмотрела на него, и её лицо было белым. — Я не знаю, — сказала она. — Но Гарри знал. Он уехал, даже не сказав мне. — Может быть, — сказал Драко. — Может быть, он боялся, что ты не поймёшь. — Я всё понимаю, — тихо сказала Джинни. — Я просто хочу знать правду. Как и ты. Драко смотрел на телефон в своих руках, на последнее сообщение, на строчки, которые ничего ему не объяснили. — Нам нужно найти это место, — сказал он. — «Наше место». Где Гарри и Гермиона встречались раньше. — Но где? — спросила Джинни. — В Лондоне? В Хогвартсе? Здесь, в Риме? Драко не знал. Он знал только, что время уходит, а Гарри и Гермионы всё нет. — Мы найдём, — сказал он. — Обязательно. Он взял Джинни за руку, и они вышли из квартиры, которая хранила больше тайн, чем могла вместить.