Не кипишуй, я все решу

— Это разве не прямое нарушение врачебной этики? — Пик, пару секунд назад неосознанно тянувшийся к губам своего психолога, решительно отстранился. Рука выскользнула из-под его теплой ладони, а взгляд вновь обрел некоторую суровость. Мужчина встал, подходя к приоткрытому окну. По правде ему дела не было до написанных кем-то правил, но неприятное ощущение, будто власть в кабинете перехватил Данте, заставляло стремиться подцепить чем-то и его. Поставить, как бы то ни было, в неловкое положение. Или просто заставить оправдываться. — Полагаю, записываясь на пробный сеанс, вы заметили, что я экспериментальный психолог, — ничуть не изменившись в лице, до омерзения спокойный специалист проследил взглядом за клиентом, — я безусловно опираюсь на матчасть, но это не мешает мне предлагать индивидуальные методики. Не все они этичны, да, но я считаю это мелочью на фоне результатов. По крайней мере недовольных клиентов на моей практике еще не было. Если вас не устраивает такой подход, вы всегда можете.. — И много таких? — челюсть непроизвольно сжалась. Индивидуальные методики, ха! Это же надо так вывернуть. Да он же натуральный извращенец, нашедший свою нишу. С другой стороны.. а кому от этого хуже? — Клиентов, прибегающих к индивидуальной методике? — перебитый Данте улыбнулся, — Достаточно. Если в этом есть причина вашего беспокойства, думаю, стоит объяснить, что слово «индивидуальные» тут не для красоты. Каждому человеку нужен свой подход и он не обязательно схож с вашим. Деталей чужих сеансов я разглашать не могу, но судя по личному опыту, проблемы с интимом люди решают беспорядочными связями вне кабинета и приходят скорее за эмоциональным успокоением. Раз вы к подобным не относитесь, я сделал вывод, что предложение оправдано. В конце концов, моя цель – всего лишь помочь вам. Любым доступным способом. Данте неспешно встал из-за стола, сокращая дистанцию с обладателем глубоких синяков под глазами. Пик почувствовал это спиной и шумно выдохнул, пытаясь избавиться от напряжения. Он хотел быть из «этих людей», но все попытки подкатить разбивались о конфликты на ровном месте и более привлекательные варианты для потенциальных пассий. Насчет шлюх даже думать не хотелось. Не безопасно, отвратительно и снова удар по кошельку. А потребности, между прочим, у него были весьма обильные. Никаких распутниц не напасешься. — На бесплатном сеансе? — Вы ведь пришли за помощью. — Хреновая щедрость, если только вам самому это не нравится. — Хотите услышать, что вы мне симпатичны внешне? Или нащупать моральную близость? — Понять, кто кого использует. — Никто никого и все всех одновременно. Пик обернулся на психолога. Такого аккуратного, манящего своим спокойствием. — Секс – это обоюдная процедура, — пояснил Данте, нежно улыбаясь в ответ на этот взгляд. Его рука опустилась на крепкое, но давно не надежное плечо, — так что вам всего лишь нужно дать свой ответ. — На что? Хочу ли я заняться им с вами? — Верно. Иначе это напоминает изнасилование, а я не насильник, — кончики пальцев в манере массажа обхватили напряженную мышцу плеча, слегка оттягивая ее сквозь футболку. Дискомфортные уколы покрыли кожу вдоль лопатки. — Я не хочу заниматься сексом именно с вами, — отрезал Пик, стискивая зубы от чужих манипуляций. Захотелось вывернуться из щипка, но эти чертовски теплые пальцы.. — я просто хочу им заняться. С кем – не так важно. — Такой ответ тоже подойдет, — когда оттягивание дошло до апогея, кожа просто выскользнула из кисти. Боль прошла, и, вместе с хлынувшей кровью, на плечо накатила волна расслабления, которой мужчина не мог достигнуть самостоятельно, как бы ни старался, — тогда я просто прикоснусь к вам, позволите? — Вы уже прикоснулись, — заметил Пик. — Не так, как хочу прикоснуться сейчас. Пациент мельком глянул на свои наручные часы, обнимающие запястье. От сеанса прошло пол часа, еще столько же осталось. Ну и на что он соглашается после тридцати минут знакомства с человеком, красящим волосы в ебучий красный цвет? С внутренним «ой блять» голова медленно качнулась. Психолог принял этот кивок за согласие и начал медленно продвигаться в своей инновационной технике. Ладонь, до этого бездействующая, опустилась между лопаток Пика. Их величие восхищало. Данте, пусть и сам был в гармонии не только душой, но и телом, неизбежно очаровывался громоздкостью своего клиента. Широкая спина, бугры мышц под футболкой, тяжелый шаг, от которого чуть подрагивал пол. Грубоватые черты лица, шрам на переносице, сжатые губы – все в нем говорило о силе. И в этой грубой мощи было что-то почти гипнотическое. — Вы так напряжены. — Устал. — Целыми днями сидите в офисе и пашете в зале, должно быть, — он почувствовал, как слегка сгорбленная спина оперевшегося на подоконник мужчины выпрямилась. Должно быть, он расценил эти слова как комплимент своему телу, — А что насчет естественного отдыха? Выездки на природу? — Времени нет, — глядя за окно, на солнце, раскочегарившее асфальт, пеструю цветочками клумбу и зеленые макушки стриженых деревьев, он с некоторой печалью вздохнул. Отпуск в этом году выпадал на позднюю осень, так что золотого пляжа и рыбалок не предвиделось.. Нежиданно пробежавший по спине жар заставил выпасть из мыслей. Пик почувствовал, как кисть психолога проскользнула к пояснице, а ей на смену опустились горячие губы. Данте оставил поцелуй меж его лопаток, прямо поверх футболки, а после бесстыдно прислонился лицом к фиолетовым локонам так, что нос щекотнул чужой затылок. Инстинктивно дернув головой назад, чтобы защитится от будоражащего дыхания, Пик позволил специалисту переместить руку, застывшую на плече, на собственный кадык в удушающем жесте, но пока без давления. Идиотское положение. Это выглядело почти как насмешка со стороны Данте. Он снова смог обыграть его. — У вас приятный шампунь. Это хвойный лес?