Квест на выживание

Это был не просто бой. Это было абсолютное, первобытное безумие, помноженное на сто. Десять тысяч урук-хаев заполнили долину Хельмовой Пади до самых краев. Тысячи факелов отражались в мокрых доспехах, создавая ощущение, что к крепости ползет гигантская огненная змея. Снова хлынул ливень. Гром гремел в такт изенгардским барабанам. БУМ! БУМ! БУМ! — уруки били мечами о щиты, сотрясая саму землю. Крог стоял в первых рядах штурмовой колонны. В его глазах больше не было детского страха. На левом фланге, среди пикинеров, мелькал кривой шлем Гхаш. Крог знал: она смотрит на него. Он просто обязался не сдохнуть. — Лестницы! Живо лестницы к стене! — сорванным голосом орал Костолом, размахивая тесаком. — Баг, держись за мной! — рявкнул Крог. Рожденный послушным, сейчас он сам вел друга вперед. Огромная черная волна Изенгарда с ревом разбилась о нижний ярус Хельмовой Пади. На них обрушился свинцовый шквал стрел. Эльфы на стенах стреляли без промаха. Крог поднял тяжелый роханский щит, приняв на него сразу три удара. Стрелы пробивали дерево насквозь, наконечники останавливались в панде сантиметра от его носа. — Поднимай! — Крог ухватился за сорокафутовую лестницу. Мышцы двухмесячного урука, созданные для сверхнагрузок, вздулись под доспехами. Вместе с десятком братьев они с грохотом обрушили лестницу на каменный зубец стены. — Пошел! — Баг толкнул Крога в спину. Крог лез наверх, перепрыгивая через три ступени. Вокруг падали тела. Сверху лилось кипящее масло, летели камни, но Крог видел только одно — край стены. Он подтянулся, выбросил тело вперед и с грохотом приземлился на скользкий от крови камень. Мир вокруг него сузился до размеров одной площадки. И здесь творился сущий эпик. Прямо перед Крогом эльфийский принц Леголас исполнял то, что Крог позже назвал бы «полным неуважением к законам физики». Эльф запрыгнул на огромный роханский щит, как на доску для серфинга, и с безумной скоростью покатился вниз по каменной лестнице, попутно срезая головы урук-хаям взмахами парных клинков. На ходу он успевал перезаряжать лук. — Тридцать два! Тридцать три! Тридцать четыре! — звенел его идеальный голос над полем брани.— Тридцать пять будет моим! — раздался яростный рев снизу. Огромный гном Гимли, крутя топором как пропеллером, ворвался в гущу изенгардцев, раскидывая двухметровых гигантов, словно кегли. Битва превратилась в хаос. Крог бросился вперед. Его вел не приказ Сарумана. Его вела клятва, данная Гхаш. Он должен был обнулить этот счетчик! Крог замахнулся своим тяжелым тесаком на Леголаса, когда тот как раз соскочил со щита. Эльф среагировал мгновенно. Вместо того чтобы блокировать удар, он пробежал вертикально по стене, сделал сальто назад и приземлился Крогу прямо на плечи. — Что за… — только и успел выдохнуть Крог. Эльф использовал голову Крога как трамплин, оттолкнулся, взмыл в воздух и в полете выпустил стрелу в урука, бежавшего сзади. — Тридцать пять! — крикнул Леголас. Крог от толчка покатился по стене, сшибая защитников крепости. Он поднялся, тяжело дыша. Вокруг него кипела эпическая драма: Арагорн в одиночку сдерживал десяток уруков у ворот, ворота трещали под ударами тарана, а внизу, у сточной решетки, урук-хай с горящим факелом уже бежал совершать главный взрыв этой ночи. КА-БУУУУМ! Стена Хельмовой Пади содрогнулась. Огромный кусок камня взлетел на воздух, разрываемый изенгардским порохом. Ударная волна была такой силы, что Крога, Леголаса, Гимли и еще сотню бойцов с обеих сторон просто раскидало в разные стороны, как сухие листья. Крог летел спиной вниз, глядя, как в ночном небе красиво, словно праздничный салют, разлетаются обломки великой крепости. «Очень… эпично…» — подумал двухмесячный урук, прежде чем с размаху рухнуть в образовавшийся пролом, прямо в гущу наступающей второй волны, где его уже ждали верный Баг и потрясенная масштабом взрыва Гхаш. Битва переходила в финальную, самую жаркую стадию внтури крепости.