Часть 4
20 июня 2026 г., 21:07
26 января 2025 г.
«...Британская команда Rodin Motorsport официально закрыла последнюю вакансию в Формуле-3 на сезон 2025 года. Третьим пилотом команды стала 19-летняя ирландка Алва Бирн. Для многих экспертов это решение Сэма Уэйпла стало неожиданностью, ведь у Бирн скромный бюджет, однако руководство Rodin заявляет, что сделал ставку на чистую скорость и её феноменальные аналитические способности...»
«...Бирн станет единственной девушкой в пелотоне Ф3 в этом году. Ей предстоит выступать бок о бок с опытным Каллумом Вуазеном и действующим чемпионом британской Ф4 Луисом Шарпом. Сможет ли юная гонщица справиться с давлением паддока? Узнаем уже в феврале на тестах в Испании...»
***
Февраль 2025 г. Официальные тесты в Барселоне. Если Алве казалось, что симулятор в Фарнхэме — это тяжело, то реальная трасса Каталунья устроила ей жесткую проверку на прочность. Настоящий болид Формулы-3 оказался невероятно жестким. На скорости за 250 км/ч на прямой Алву трясло так, что указатели расстояния до поворотов едва удавалось разглядеть. Руль без гидроусилителя намертво наливался тяжестью в затяжных виражах, а перегрузки в шею били так, будто Патрик со своими ремнями из спортзала решил лично помучить её на каждом круге. Но если к физическим перегрузкам её тело постепенно привыкало, то к повышенному вниманию со стороны соперников Алва готова не была. Внимание это началось ещё в столовой паддока и продолжилось в прохладных коридорах пит-билдинга. Появление единственной девушки в пелотоне этого года вызвало у парней жгучий интерес. Всё произошло во время обеденного перерыва, когда Алва вместе с Луи и Каллумом забирала свой предписанный Патриком контейнер с курицей и рисом. — Эй, Родин, привет! Знакомить нас будете? — к их столику подошли несколько пилотов из других команд. Среди них Алва сразу узнала пару парней из Campos и Prema. Пальцы Алвы сильнее сжали пластиковую вилку, а к щекам мгновенно прилил знакомый жар неловкости. Она инстинктивно выпрямила спину, внутренне готовясь к снисходительным ухмылкам или глупым шуткам. Но парни, вопреки её страхам, смотрели на неё с искренним, дружеским любопытством. На самом деле, почти со списком доброй половины пелетона Алва так или иначе уже пересекалась в прошлых годах или на картинговых трассах, или региональных заездах. Она отлично знала их лица, цвета шлемов и манеру вождения. — Привет. Я Ноэль, — парень в комбинезоне Prema протянул ей руку для рукопожатия. — Добро пожаловать в наш сумасшедший дом. Луи сказал, ты на симуляторе сразу поехала быстрее базовой телеметрии. Серьёзно? Нас в Мельбурне ждёт жесткая конкуренция? — Привет, — Алва постаралась, чтобы её голос не дрогнул, и уверенно пожала протянутую ладонь. — Я Алва. Ну... насчёт Мельбурна увидим. Пока я просто пытаюсь сделать так, чтобы моя шея не отвалилась на третьем секторе. Парни дружно рассмеялись, и этот искренний смех мгновенно разрядил обстановку. В гоночном мире шутки про забитую шею и тяжелый руль понимали абсолютно все, независимо от флага на комбинезоне. — О, к концу третьего дня ты её вообще чувствовать перестанешь, — подмигнул ей один из гонщиков Prema. — Главное — не стоит подпускать Луи к своей машине, а то он случайно что-нибудь заденет, а потом у тебя антикрыло отлетит в кого-то из нас. — Эй! — шутливо возмутился Шарп, бросая в напарника салфетку. Этот короткий разговор в столовой словно снял невидимый барьер. Да, на трассе они будут бороться за каждый сантиметр асфальта, а в зеркалах то и дело будут мелькать их яркие болиды. Но сейчас, сидя за одним столом, Алва впервые поймала себя на мысли, что эти парни принимают её как равную. Как ещё одного пилота, который приехал сюда побеждать.***
Ближе к вечеру, когда тесты подходили к концу, в боксы заглянул Нил Ходдинотт — главный инженер Rodin Motorsport. Его сосредоточенный, строгий взгляд обычно заставлял механиков работать в два раза быстрее. Он подошёл к монитору Бена, изучая финальные телеметрические графики Алвы, а затем перевёл взгляд на саму девушку, которая устало растирала затекшие плечи. — Для первого раза на реальном асфальте траектории чистые, Алва, — спокойно, но весомо произнёс Нил, и на его лице промелькнула редкая одобрительная улыбка. — Потери на торможении во втором повороте мы разберём на базе, но общая динамика мне нравится. Молодцом. Сэм не ошибся. Услышать похвалу от самого Ходдинотта было лучшим завершением этих изнурительных дней. За три дня тестов Алва стёрла мозоли на ладонях, но база была заложена на отлично.***
17 марта 2025 г. Аэропорт Хитроу, Лондон. — Так, пилоты, не разбредаемся! Сдаём багаж и шагом марш на посадку, у нас рейс до Мельбурна через сорок минут, — громкий голос одного из работников Rodin перекрывал шум огромного терминала Хитроу. Алва стояла у стойки регистрации, сжимая в руках паспорт и посадочный билет. На ней была официальная куртка Rodin Motorsport, и Шарлотта Райт из пиар-отдела уже успела сделать пару «случайных» снимков команды для утреннего поста. Сейчас, в окружении механиков и инженеров, Алва наконец чувствовала себя на своём месте. Рядом Луи Шарп увлечённо спорил с Каллумом о том, какой фильм они будут смотреть во время длинного перелёта, а Алва просто смотрела в панорамное окно на огромный самолёт, стоящий на взлётной полосе. Через несколько часов этот самолёт перенесёт её на другую сторону планеты. Туда, где среди парковых аллей Альберт-Парка её ждёт первый в жизни Гран-при. Сомнения, терзавшие её в январе на проходной базы, окончательно растворились. Назад дороги не было. Впереди была Австралия.
