Дом, который построил Снейп

Гарри собирал цветы для Снейпа. Более того, делал это в оранжерее, которая оказалась на месте комнаты с часами. Поттер сам не знал, почему его снова потянуло туда, где он оказался в ловушке. Быть может, он искал хоть немного спасительного равнодушия. Ведь игнорировать свои чувства больше не получалось. Отговорки в духе «ты не нужен ему по-настоящему» встречались с упрямым Поттеровским «ну и что, потом стану нужен». Готовность пробивать лбом стены, совершать пусть даже и глупые подвиги, только бы их заметил Снейп, стала новым закономерным симптомом. Сумасшествие любви было готово разразиться грозой. И Гарри не боялся непогоды, потому что чувства полностью отключали малейший страх. Он знал себя и понимал, что если кто-то не оставил его безразличным, то это действительно сильная искра, без всякой помощи превращающаяся в безумный огненный цветок. Может быть, именно это сравнение и побудило Дом сотворить для него настоящий цветник. Пространство неузнаваемо расширилось изнутри – и вместо тесной комнатёнки Гарри вошёл в огромное помещение с высокими сводчатыми потолками.Там рядами росли самые разные растения. Некоторые из них пышно цвели, и запахи, смешиваясь в воздухе, дразнили воображение. Гарри представлял себе романтический ужин, перед которым непременно вручил бы своему Мэтру сказочный букет. А после, быть может, их ждала бы ночь среди лепестков и ярких желаний. Он сорвал три белых ириса. Они благосклонно покачивались, шепча: «Правильно, правильно». Гарри двинулся вдоль рядов растений, решительно направляясь к розам малинового оттенка. Но те моментально вросли куда-то в землю, оставив после себя только шлейф слабого аромата. «Значит, малиновые розы мы не любим. Я запомню». Он подумал о том, что неплохо бы найти что-нибудь фиолетовое. На месте роз тут же проросли цветы, названия которых он не знал. Были они подходящего оттенка. «Теперь хорошо бы что-то сиреневое». С потолка моментально спустились ветви сирени и подплыли к нему поближе, и он осторожно взял их. Букет получился удивительно нежным. «Надеюсь, Декан меня не закопает тут же, в оранжерее». «Откопает, откопает,» — невпопад отозвались неизвестные фиолетовые соцветия мелодичными голосами. Гарри пошёл по лестнице в кухню, так как помнил, что там лежали подходящие ленточки. Войдя, он увидел сидевшего за столом Пеликана, к которому не спеша приближался человек помятой наружности с синяками под глазами. — Я Пьяница, верный поклонник стакана. Я пью полусладкую кровь Пеликана. Тоска меня душит петлёю аркана… Сам-Знаешь-Где, — надтреснутым голосом продекламировал персонаж, после чего полоснул плечо Пеликана невесть откуда взявшимся ножом и жадно припал к ране. Красные капли падали на дощатый пол. Гарри выронил цветы, и они упали драгоценной россыпью. — Но это же кровь! Вы не должны вредить се… ему! — в панике воскликнул он. А спустя миг к нему вернулся здравый смысл. Целитель немедленно схватил Пьяницу за шиворот и отшвырнул прочь от жертвы. Пьяница медленно поднялся и утёр рукавом перепачканный рот. Гарри двинулся на него: — Только посмейте его тронуть! Персонаж удивительно безропотно позволил потащить себя, как куль с мукой. Поттер приволок его к двери Снейпа и громко постучался. Декан, бледный и растерянный, выглянул тотчас же. — Разберитесь… Мэтр. Ведь это ваш Персонаж, — сказал Гарри со всей деловой отстранённостью и строгостью, на какую был способен. Пьяница, повинуясь приглашающему жесту Снейпа, скрылся внутри. С тяжёлым сердцем спускался Гарри по лестнице. О чём он только думал, когда всерьёз хотел уволиться? Этому человеку нужен целитель. Значит, необходимо помочь — хотя бы в рамках своих полномочий. Увы, Пеликана на кухне уже не было. Оставалось гадать, как тот залечивает собственную рану — справляется ли с ней. Букет так и остался рассыпанным, но цветы засохли, будто прошло несколько дней, и из них шла кровь, которая, не успев собраться в лужицы, тут же исчезала.