Лилит. Сектор Ø

8 Чертов Джаспер Открыв дверь комнаты, я увидела сидящего за рабочим столом Джаспера. В комнате уже горел тусклый свет. — Медицинский справочник? — он поднял книгу вверх. — Что ты тут делаешь? — я раздраженно кинула кофту на сумку, которую так и не разобрала. — Хотел проведать тебя, — Джаспер неторопливо положил книгу на стол и поднялся. — Муха, знаешь ли, тоже вчера зашел в кабинет, он забыл кофту, — сказала я, глядя в упор. — И что он видел? — спокойно произнес Джаспер, листая страницы справочника. — Как ты доводил меня до оргазма на столе Куилла, стоя на коленях. — Я скрестила руки на груди. — Всё под контролем, — закрыв книгу, спокойно ответил он. — Под контролем? — я усмехнулась. — Ты не закрыл дверь, Джаспер. Муха видел, как полковник Уайтхед слишком тщательно осуществляет проверку своим языком. — Он ничего не скажет. — Откуда, блять, ты знаешь?! Да, глупый вопрос. Я устало потерла глаза. — Он ничего не скажет, — повторил Джаспер. — Ладно, — сдалась я, — мне все равно. Что ты тут забыл? — Я пришел к тебе, — он поднялся со стула и шагнул ко мне. Я в сотый раз задаюсь одним и тем же вопросом: как в этом массивном теле может сочетаться сокрушительная сила и безупречная, почти кошачья пластика хищника? Он двигался с такой легкостью и четкостью, которая никак не вязалась с его широкими плечами.  Джаспер всегда выглядел безупречно. Его костюмы были идеально выглажены, обувь начищена до блеска, галстук завязан с идеальной точностью. Волосы — идеально уложены. Он выглядел как чертова картинка из дорогого журнала — спокойный, холодный, безжалостный. Но передо мной стоял другой Джаспер. Белоснежная рубашка расстегнута, а из-под нее выглядывает футболка, обтягивающая грудь. Да даже складки на закатанных рукавах рубашки выглядели идеально. И сексуально, черт возьми. Это делало его еще опаснее. Я смотрю на него и не могу отвести взгляд. Он ухмыляется: — Я все слышу. Блять. — Не лезь ко мне в голову, — я остановила его рукой, — и не подходи ко мне. — Ты слишком громко думаешь. Этот его телепатический поводок душил. Я всегда держала свои мысли при себе рядом с Джаспером. Он тоже. Наш уговор — не лезть друг другу в мысли — держался на честном слове, и Джаспер старался хранить эту ментальную тишину между нами. — Со мной всё в порядке, можешь идти, — я постаралась сказать как можно холоднее. — Вообще-то, я отдаю здесь приказы. — Вообще-то, иди в задницу. Игнорируя мои ответы, Джаспер подошел ближе, я чувствовала тепло его тела, его запах. Только не смотри на него. Его пальцы легли на мой подбородок. — Принцесса, — он приподнял моё лицо, заставляя встретиться с ним взглядом.  В тусклом освещении комнаты я заметила то, чего не видела до этого. Его серые глаза стали как будто светлее и прозрачнее. А среди тёмных, уложенных назад волос проступила тонкая седая прядь — жуткое напоминание о пережитых пытках. Я ждала привычного напора, давящего доминирования, споров. Но он смотрел на меня так, будто я была одновременно его величайшим сокровищем и самой большой слабостью. Восхищение граничащее с одержимостью. Каждое его прикосновение было осторожным, словно он касался святыни. Но где-то глубоко, под всей этой нежностью, он боролся с желанием спрятать меня. Отгородить от всего мира, чтобы никто не мог навредить мне даже в мыслях. — Я хочу принять душ и отдохнуть, — выдохнула я, отчаянно пытаясь вернуть контроль. — Ты в мои планы не входишь. У меня, знаешь ли, сдача нормативов и сборы через три дня. И всё это по твоему приказу, между прочим. — Мне тоже нужно принять душ, — ответил он тихим низким голосом, от которого по телу разлилось тепло. — Ты не уйдешь, да? — Нет, — мягко отозвался он. — Моя новая кровать предназначена для одного, — я выразительно посмотрела на свое мягкое, как облачко, постельное место, а затем снова на него. — Либо стул, либо пол, либо уходи. Джаспер ничего не ответил. Он едва прищурился, в его глазах промелькнула тень скрытого удовольствия. Понимая, что спорить бесполезно, я демонстративно отвернулась от него. Достала из сумки косметичку, футболку и молча направилась в свою крохотную ванную комнату. Спустя пятнадцать минут, я вернулась. Заметив меня, Джаспер поднялся со стула и зашел в ванную. В мою голову проскочили его мысли, как он видит меня: капли воды стекают по шее, волосы мокрыми прядями падают на плечи, длинная футболка оголяет бедра. Взгляд задержался на кулоне, и я почувствовала тень грусти и боли. Или это было сожаление? Я не подала виду. Пока за дверью шумела вода, я достала свои заметки, чтобы еще раз их изучить. Я настолько увлеклась, что вздрогнула, когда дверь из ванной открылась и вышел Джас. Этот засранец вышел без рубашки. И без футболки. Он неторопливо вытирал свои влажные волосы полотенцем, а я снова пялилась на него. Безупречный рельеф пресса, широкие, мощные плечи. Нельзя быть таким идеальным. Не спрашивая разрешения, Джаспер неторопливо подошел к кровати и опустился на нее, закинув руки за голову. Какое-то время мы находились в тишине. «Ты простишь меня?» «Нет» — Справочник по медицине? — спустя время повторил вопрос Джас, кивнув на стопку книг на моем столе. — Если я могу двигать предметы силой мысли, — я повернулась к нему, — то может, смогу и воздействовать на нервные окончания. — Немного помолчав, я добавила, — если получается вскрывать замки силой мысли, то может и тут получится. Джаспер лениво перекатился на край кровати и смотрел с любопытством: — Интересная теория, принцесса, — тихо произнес он, и его голос стал чуть серьезнее. — но.. — Но знать об этом никому не надо. — Закончила я за него. — Да, — согласился Джаспер. — Но для начала тебе придется доказать Сектору Ø, что ты не так опасна, как они думают. Владение способностями у тебя буду принимать я, — Как бы между прочим добавил он. Я удивленно вскинула брови. Мы мгновенно зацепились за эту тему. Я пересела на кровать, и разговор плавно перешел на мои заметки с тактиками других отрядов, которые я изучала весь день. Мы детально обсуждали, какие именно тесты будут, чего мне ожидать и как маневры чужих групп могут помочь на учебном задании. Следующие пару часов прошли в удивительно спокойном и мирном русле. Мы разбирали сложные тактические схемы, уязвимости противников и боевые параграфы. Джаспер ориентировался в стратегиях Сектора Ø и поведении отрядов не хуже ведущих аналитиков штаба. Его низкий, размеренный голос действовал гипнотически. В какой-то момент его ответы стали короче, а паузы между фразами длиннее. Я повернулась и увидела, что Джаспер уснул. Его лицо окончательно разгладилось, на нем не осталось привычной суровости и жесткости. Было желание пнуть его и отправить спать на пол, но я не стала этого делать. Еще какое-то время я читала отчеты, пока сама не стала засыпать. Я уже проваливалась в сон, когда почувствовала как Джаспер притянул меня к себе. Его рука обвилась вокруг моей талии. Я чувствовала его дыхание на своих волосах, как его грудь прижимается к моей спине, как ровно и спокойно бьется его сердце. Он не отпускал меня всю ночь. Следующие три дня превратились в выматывающий марафон. Утром я тренировалась с Эндрю, после обеда навёрстывала стрельбу и рукопашку, ближе к вечеру мы с отрядом разбирали тактики и схемы. Ромео держал дистанцию. После выяснения отношений при всем отряде, он больше не поднимал тему Джаспера и вёл себя так, будто между нами ничего не произошло. Джаспер же появлялся у меня почти каждый вечер. Он помогал разбирать мои заметки. Рассказывал про отряды, их командиров, внутренние конфликты, старые операции и людей, с которыми мне рано или поздно предстояло столкнуться. Иногда разговор уходил далеко от темы, и он рассказывал о структуре всего Сектора Ø. Меня это настораживало. Здесь никто не делился информацией просто так. Каждый документ имел уровень допуска. Каждый разговор заканчивался фразой о том, что мне пока не положено что-то знать. Даже Ромео отвечал уклончиво, когда дело касалось руководства или внутренних процессов. Для Джаспера этих правил не существовало. Для него как будто понятие «правило» не существовало вовсе. Он спокойно объяснял то, что другие предпочитали обходить стороной. Если я задавала вопрос, он отвечал. Если чего-то не понимала, объяснял ещё раз. Иногда настолько подробно, будто готовил меня не к проверке, а к работе на совершенно другом уровне. Я несколько раз пыталась поймать его на противоречиях. Возвращалась к темам, которые мы уже обсуждали. Спрашивала одно и то же разными словами. Ждала момента, когда он начнёт что-то скрывать или уходить от ответа. Этого не происходило. Чем больше Джаспер рассказывал, тем сильнее мне не давала покоя одна мысль: я не понимала, зачем он это делает. Формально он приехал с проверкой. Неформально — за мной. Но куда он меня заберет? В другое подразделение или отдаст на опыты? Или запрет в подвале и будет держать, как долбаный Фредерик Клегг. Все эти дни прошли в разговорах о тактиках, отрядах, внутренних конфликтах. О чём угодно, кроме главного.