Смысл

— Мне кажется, или не трахаются только мы и Лена, блядь... Я сижу на подоконнике, свесив ноги вниз. Под нами — пальмы, бассейн, океан. Где-то слева, в домике для прислуги, погас свет — значит, Кирилл с Максом уже не разговаривают. Где-то справа, в дальней спальне, за шторками что-то происходит — я слышал приглушённые стоны, когда шёл за пивом. Кажется, у Маши с Антоном наконец-то случилось. А мы с Юрой сидим на крыше нашей комнаты, пьём холодное пиво и смотрим на луну. Юра — в моей футболке, слишком большой для него, с закатанными рукавами. Волосы распущены, белые, в свете луны кажутся голубыми. Он сидит, обхватив колени, и смотрит на звёзды. Глаза зелёные — в темноте они кажутся чёрными. — А что, завидно? — спрашивает он. Спокойно, без подкола. Просто уточняет. — Не то чтобы, — я делаю глоток. Пиво тёплое уже, но плевать. — Просто забавно. Приехали все парой, а ведём себя как пенсионеры. — Тебе мало того, что было в самолёте? — Юра поворачивает голову, смотрит на меня. В его глазах — лукавство. — В самолёте — это было, — усмехаюсь. — Но мы там не одни были. Я слышал, как Лена чихнула, когда ты... — Не напоминай, — он закрывает мне рот ладонью. — Я ещё не отошёл от стыда. Я смеюсь. Он убирает руку. Мы молчим. — Серёж, — говорит Юра. — М? — А ты не думал, что мы можем быть... ну... не только трахом? Я ставлю бутылку. Поворачиваюсь к нему. — В каком смысле? — В прямом, — он мнётся. — Мы встречаемся. Вроде. И я... я хочу не только секса. Хочу... просто быть рядом. Говорить. Смотреть фильмы. Готовить завтрак. Понимаешь? Я смотрю на него. На его белые волосы, на зелёные глаза, на эту дурацкую мою футболку, которая свисает с плеча. И понимаю. — Ты боишься, что я тебя брошу? — спрашиваю прямо. — Не то чтобы... — он отводит взгляд. — Просто я... я никогда не встречался с такими, как ты. С богатыми. С теми, у кого частные самолёты и виллы на Бали. Я боюсь, что для тебя это... игра. Развлечение. А для меня — нет. Я вздыхаю. Ставлю бутылку на подоконник. Подхожу к нему. Сажусь рядом — прямо на пол, на холодный кафель. Беру его за руку. — Юра, слушай меня, — говорю. — Я — мудак. Я это знаю. Я люблю деньги, тачки, вечеринки и секс. Но с тобой... я не хочу играть. Я не знаю, что у нас будет, но я хочу попробовать. По-настоящему. Не только в постели. Он смотрит на меня. В глазах — надежда. И страх. — Не ври, — шепчет. — Не вру, — говорю. — Клянусь. Он молчит. Потом кладёт голову мне на плечо. — Я тоже хочу попробовать, — говорит. — По-настоящему. Я обнимаю его. Прижимаю к себе. Он пахнет кокосом, морем и чем-то своим — тем, от чего кружится голова. — Пойдём, — говорю. — Покажу тебе звёзды. — Они и отсюда видно, — говорит он. — Но с крыши лучше. Я веду его наверх — через мансарду, через люк, на плоскую крышу виллы. Там ветер. Там пальмы шумят. Там океан — как чёрное зеркало, в котором отражаются миллиарды звёзд. Мы ложимся на спину. Прямо на тёплую черепицу. Смотрим в небо. — Красиво, — шепчет Юра. — Ты красивее, — говорю. Он смеётся. Берёт меня за руку. Мы лежим. Смотрим на звёзды. Молчим. И в этой тишине я понимаю: я не хочу его терять. Впервые в жизни я не хочу просто трахаться. Я хочу быть с ним. По-настоящему. — Юр, — говорю. — М? — Будешь моим парнем? Он поворачивает голову. Смотрит на меня. Улыбается. — А разве я уже не твой? — Теперь официально, — говорю. Он смеётся. Целует меня. В губы — мягко, несмело. А я таю. Серёжа, блядь. Который никогда не таял. Но с ним — таю. И мне не стыдно.