Лампочка в пустыне

Индийский город встретил их удушливым запахом благовоний, который тщетно пытался перебить вездесущую гарь. Пройти сквозь массивные бронзовые шлюзы фильтрационного контроля оказалось отдельным унижением. Стражники с тигриными головами долго и брезгливо осматривали израненную, покрытую толстым слоем серой извести четвёрку. Криса едва не завернули обратно из-за сломанного респиратора, и Лэнсу пришлось отдать последние припрятанные монеты, чтобы их наконец впустили в город. Здесь, за высокими пылезащитными стенами, Ад выглядел иначе. Величественные многоярусные храмы с куполами-луковицами соседствовали с перенаселёнными кварталами ткачей. Пыль сюда почти не проникала, но воздух казался застойным, тяжёлым от бессмертной рутины. Группе нужно было срочно починить снаряжение и найти укрытие. В поисках механика они спустились на самую окраину, где роскошные фасады сменялись полутёмными мастерскими, заваленными грудами ржавого железа. — Нам сюда, — сипло произнёс Лэнс, толкая тяжёлую занавесь из грубого холста. Они зашли в просторное полуподвальное помещение. Под потолком здесь, словно гроздья странных плодов, висели сотни разобранных воздушных фильтров и масок. В глубине мастерской, в полумраке, горела тусклая масляная лампа. — Я же сказала, что сегодня приёма нет, — раздался размеренный, мягкий голос с вкрадчивыми, кошачьими интонациями, в которых, однако, отчётливо сквозила скрытая сталь. Сверху, плавно переставляя свои четыре тонкие, как спицы, кобальтово-синие руки, бесшумно спустилась хозяйка мастерской. Это была Кхали. Вместо волос на её голове шевелилась густая масса прочных, иссиня-чёрных шёлковых нитей. Она была одета в практичное сари из грубой ткани, защищающей от огня и пыли. Её четыре вертикальных глаза без мигания уставились на незваных гостей. Кхали сделала один короткий шаг, покачивая бёдрами, и её взгляд тут же зафиксировал Криса. Летучая мышь нервно переминался с ноги на ногу в своих испорченных кроссовках. — О... какие люди, — Кхали хищно прищурилась всеми четырьмя глазами. Её верхние руки продолжали синхронно крутить отвёртку, чиня деталь, а третья рука плавно подняла лампу, поднося ближе к лицу Криса. — Мелкий финансовый мошенник. Ты чертовски напоминаешь мне тех ничтожных должников, которые на Земле умоляли меня о продлении сроков. Избавь мою мастерскую от своего присутствия, мышка. У тебя за душой нет ни гроша, а я не работаю бесплатно. — Эй, эй, мадам, без негатива! Чистый стартап! — затараторил Крис, испуганно пряча уши под остатки кожистых крыльев. — У нас есть... ну, то есть, у них есть... Гилберт сделал шаг вперёд, и базальтовый пол мастерской глухо ухнул. Великан уже сорвал костяное забрало. Он молча положил на верстак своё массивное адское ружьё, требующее чистки после бури. Кхали оценила размеры наёмника, но даже не дрогнула. — Сие отношение к путешественникам возмутительно, — вперёд гордо шагнул Лоран. Маленький сокол рваным движением сдёрнул с клюва шарф, обнажая гордые аристократические черты. — Мы не нищие попрошайки. Перед вами представитель благородного дома Столицы. И мы предлагаем вам сделку, госпожа ткачиха. Кхали медленно перевела взгляд на подростка. Она замерла, заметив безупречную дворянскую осанку Гоэтии, которую Лоран больше не собирался прятать. Её шёлковые волосы-нити на голове совершили едва заметное движение, улавливая исходящий от перьев сокола сухой, едва заметный жар. — Хм... породистая птичка в наших грязных краях? — Кхали медленно обошла Лорана кругом. Её четвёртая рука оценивающе потянулась к его камзолу. — Изнеженный птенец, сбежавший из сытой Столицы. Зачем тебе возвращаться туда пешком, маленькое величество? — Это не ваше дело, — отрезал Лоран, хотя его колючий голос слегка дрогнул. — Но я знаю, что вы, грешники окраин, презираете караванных магнатов Пентаграмм-Сити. Помогите нам пройти слепые зоны пустоши. Моя кровь и моя сила света откроют вам любые двери в Столице, когда мы доберёмся. Кхали остановилась прямо перед ним. Четыре её руки застыли в изящном, но опасном жесте. На её синем лице появилась расчётливая, холодная улыбка. В её голове мгновенно сложился идеальный план. Оверлорд, который когда-то разорил её мануфактуры и занёс в чёрный список всех караванов, сейчас сидел в Столице. Этот маленький сокол и его молчаливые спутники были её единственным, отчаянным билетом назад — шансом проскочить мимо патрулей и лично затянуть шёлковую петлю на шее своего врага. — Сделка, — мягко, как шелест шёлка, произнесла Кхали. — Я починю ваши игрушки. И я проведу вас через базальтовые разломы, о которых караваны даже не догадываются. Но помните, мальчики... если кто-то из вас струсит в пути — моя паутина задушит его быстрее, чем серый песок. Она резко повернулась ко всем четырьмя руками сразу, принимаясь за работу. Лэнс облегчённо вздохнул и поправил уцелевшую дужку очков. Пятый элемент их безумной команды занял своё место.