Игрушки слово не давали

Всю оставшуюся беременность Тэхён провёл в заботе и поддержке  от родителей Чонгука, от своих собственных, от самого Чонгука, который старался быть рядом каждую минуту. Он водил Тэхёна на прогулки, готовил ему лёгкие ужины, массировал спину и ноги, читал вслух книги о воспитании детей. И вот спустя четыре месяца настал день, когда Тэхён должен был родить. Он уже был на сорок первой неделе. Живот стал огромным и круглым  два мальчика внутри занимали всё пространство, и казалось, что вот-вот они попросятся наружу. Но дети не собирались выходить. Им было хорошо в животе Тэхёна. Они шевелились, толкались, играли в свои маленькие игры, но не подавали признаков того, что готовы появиться на свет. А самому Тэхёну было очень тяжело. У него постоянно болела спина, ноги опухли так, что он с трудом наступал на ступни. Он постоянно бегал в туалет  малыши давили на мочевой пузырь, не давая покоя ни днём, ни ночью. Иногда он мог уснуть стоя  на кассе в магазине, уткнувшись головой в плечо Чонгука, или дома, прислонившись к стиральной машине, пока та отжимала бельё. Чонгук и родители не могли понять, почему роды не начинаются. Ведь у Тэхёна уже сорок первая неделя. — Тэхён, может быть, поедем в клинику? — предложила мать Чонгука, когда они собрались за ужином. — Врачи стимулируют роды, и всё будет хорошо. Тэхён покачал головой. Он сидел на диване, обложенный подушками, и пытался устроиться поудобнее. — Они сами решат, когда выходить, — сказал он устало, но с улыбкой. — Я чувствую, что они ещё не готовы. Им нужно ещё немного времени. — Но тебе же тяжело, сынок, — вступил отец Чонгука. — Посмотри на себя  ты еле ходишь. Тэхён провёл рукой по животу и почувствовал, как один из малышей толкнул его изнутри  словно говоря: «Мы здесь, мы в порядке, не волнуйся». — Я вытерплю, — ответил он. — Они мои дети. Я могу потерпеть ради них. Чонгук сел рядом, обнял его за плечи, притягивая к себе. — Если станет совсем плохо, — сказал он тихо, — мы поедем в клинику. Хорошо? Тэхён кивнул, прижимаясь к нему. Усталость брала своё, но внутри него росло удивительное спокойствие. Он чувствовал, что его малыши знают, когда им нужно появиться на свет. И он доверял им. — Они скоро выйдут, — прошептал он, положив руку на живот. — Я знаю. Я чувствую. Чонгук поцеловал его в висок, и Тэхён закрыл глаза, позволяя себе отдохнуть в этом тёплом объятии. А в животе малыши продолжали свою игру, не зная, что уже совсем скоро мир встретит их ярким светом и голосами тех, кто будет любить их больше всего на свете.Это случилось ранним утром. Тэхён спал беспокойно  в последние дни он почти не мог найти удобное положение. Два малыша внутри будто устроили соревнование по толканию, и каждое шевеление отдавалось болью в спине и пояснице. Он привык просыпаться по несколько раз за ночь, чтобы сходить в туалет или просто перевернуться на другой бок. Но в этот раз всё было иначе. Сначала он почувствовал лёгкое напряжение внизу живота  как будто мышцы сократились сами собой, без его ведома. Он замер, прислушиваясь к своему телу. Боль была терпимой, похожей на слабые менструальные спазмы. «Наверное, просто газы»,  подумал он и снова закрыл глаза. Через двадцать минут боль вернулась. Сильнее. Тэхён открыл глаза и посмотрел на часы на тумбочке  5:47 утра. Рядом спал Чонгук, его рука лежала на животе Тэхёна. Тэхён осторожно убрал его руку и медленно сел на кровати. Боль снова отпустила, но он уже понял  это были не ложные схватки. Это было начало. — Чонгук, — позвал он тихо, но альфа спал крепко. — Гуки, проснись. Чонгук заворочался, пробормотал что-то невнятное и открыл глаза. — Что? Что случилось? — спросил он, протирая глаза. — Кажется, у меня начались схватки, — сказал Тэхён, и голос его был удивительно спокойным. Чонгук сел на кровати, мгновенно проснувшись. — Как? Когда? Сейчас? — засыпал он вопросами, хватая телефон. — Я звоню врачу! — Подожди, — остановила его Тэхён, положив руку ему на запястье. — Пока рано. Первые схватки могут длиться по несколько часов. Давай дождёмся, пока они станут регулярными. Чонгук смотрел на него, и в его глазах читался страх. Не страх за себя  страх за Тэхёна и за детей. — Ты уверен? — спросил он. — Уверен, — ответил Тэхён, чувствуя, как новая схватка начинает нарастать. — Просто будь рядом. Хорошо? Чонгук кивнул, взял его за руку и сел рядом. — Я никуда не уйду, — сказал он. — Я буду с тобой. Всё время. Тэхён сжал его руку и закрыл глаза, дыша через схватку. Она была сильнее предыдущей, но он знал  это только начало. Впереди долгий день. Но внутри него, вместе со страхом, росло спокойствие. Скоро он увидит своих сыновей. И ради них он готов пройти через всё. Тэхён сидел на краю кровати, тяжело дыша, и считал минуты между схватками. Он уже сбился со счета  они приходили каждые семь-восемь минут, становились сильнее и продолжительнее. Чонгук метался по комнате, собирая вещи, хватая то одежду, то документы, то какой-то плед. — Где сумка? — спросил он, открывая шкаф. — Мы же собрали сумку в роддом, помнишь? — В прихожей, — ответил Тэхён, сжимая рукой живот, когда очередная волна накрыла его. — Стоит у двери. С синим бантом. — Точно, — Чонгук выдохнул и побежал в прихожую. Через секунду он вернулся с сумкой в руках. — Всё, я готов. Как ты? — Сейчас... — Тэхён сделал глубокий вдох, пережидая схватку, и медленно поднялся. — Сейчас. Дай мне две минуты. Он прошёл в ванную, умылся холодной водой, посмотрел на себя в зеркало. Бледный, но спокойный. Живот огромный, круглый  внутри два маленьких альфы, которые уже скоро увидят мир. Тэхён погладил живот, чувствуя, как малыши зашевелились в ответ. — Мы едем, — прошептал он. — Всё будет хорошо. Он вышел из ванной, и Чонгук тут же подхватил его под руку. — Я вызвал такси, — сказал альфа. — Машина уже ждёт у подъезда. — А твоя машина? — спросил Тэхён, спускаясь по лестнице. — Я не хочу рисковать, — ответил Чонгук. — Если я буду нервничать за рулём  это опасно. Такси лучше. Тэхён улыбнулся. Чонгук был действительно напуган. Впервые за всё время их отношений он выглядел не уверенным и сильным, а обычным мужчиной, который боится за свою семью. Они вышли из подъезда. Такси уже ждало  белая машина с включёнными аварийными огнями. Чонгук помог Тэхёну сесть, уложил сумку в багажник и сел рядом, взяв его за руку. — В роддом, — сказал он водителю. — Пожалуйста, побыстрее. Машина тронулась. Тэхён смотрел в окно, чувствуя, как схватки снова и снова накрывают его. Он сжимал руку Чонгука и дышал  глубоко, ритмично, как учили на курсах. — Мы скоро будем, — шептал Чонгук, гладя его по спине. — Ты справишься. Я рядом. Тэхён не отвечал. Но внутри него, вместе со страхом, росло странное спокойствие. Скоро он увидит своих сыновей. И ради них он готов пройти через всё. Машина свернула на дорогу к больнице. Впереди виднелось белое здание с яркими огнями  клиника, где уже ждали врачи и медсестры. — Мы приехали, — сказал водитель, останавливаясь у входа. Чонгук расплатился, помог Тэхёну выйти, подхватил сумку и повёл его внутрь. — Добро пожаловать, — сказала медсестра, открывая двери. — Мы уже ждём вас, господин Тэхён. Тэхён переступил порог клиники и почувствовал, как внутри него разливается волна облегчения и страха одновременно. Впереди был самый важный день в его жизни.