Игрушки слово не давали

На следующее утро Тэхён проснулся от тихого плача. Один из близнецов  кажется, Джин Хо  требовал внимания. Тэхён приподнялся на локте, чувствуя ещё слабость после вчерашних родов, но внутри разлилось тёплое спокойствие: его сыновья рядом, они живы, здоровы и голодны. Чонгук уже сидел на краю кровати, держа на руках Куана, который хмурился и пытался схватить пальцем воздух. — Доброе утро, — сказал он, улыбаясь. — Наши мужчины проснулись и требуют завтрак. В палату вошла медсестра  та самая, которая помогала им вчера. Она принесла две бутылочки с тёплой смесью, показала, как правильно держать малышей, чтобы они не захлёбывались, и объяснила, как часто нужно кормить новорождённых. — Во время кормления держите их под небольшим углом, — объясняла она, показывая на Чонгука. — Чтобы воздух не попадал в животик. И не торопитесь, пусть они сосут в своём темпе. Чонгук внимательно слушал, кивая. Он взял бутылочку, осторожно поднёс соску к губам Куана. Малыш сначала сморщил носик, словно раздумывая, стоит ли это есть, но через секунду начал жадно сосать. — Смотри, смотри, — прошептал Чонгук, глядя на сына с умилением. — Он такой серьёзный. Прямо как я. Тэхён тихо рассмеялся. Он взял на руки Джин Хо, прижал его к груди и поднёс бутылочку ко рту. Младший близнец тоже начал есть, но в отличие от брата, он то и дело отвлекался, вертел головой, морщил носик и хмурил бровки. — А этот — вылитый ты, — сказал Чонгук, глядя на них. — Вечно недовольный. Тоже как ты. Тэхён улыбнулся, но промолчал. Он смотрел на Джин Хо, который уже вовсю сосал смесь, и его глаза наполнились теплом. — Наши сыновья, — прошептал он. — Настоящие. Чонгук перевёл взгляд на него, и в его глазах мелькнула такая нежность, что Тэхён почти забыл, как много боли было в прошлом. — Спасибо тебе, — сказал Чонгук тихо. — За них. За то, что ты есть. Тэхён не ответил, но медленно кивнул. Внутри него что-то оттаивало. Не полностью, но хотя бы чуть-чуть. Они сидели в тишине, кормя малышей, и слушали, как за окном щебечут птицы. В палате пахло молоком и новой жизнью. Когда бутылочки опустели, медсестра показала, как правильно держать малышей столбиком, чтобы они срыгнули воздух. Чонгук взял Куана на руки, положил его на плечо и осторожно погладил по спинке. Малыш икнул и тихо засопел, уткнувшись носом в шею отца. — Ты так естественно это делаешь, — заметил Тэхён, наблюдая за ним. — Я учусь, — ответил Чонгук, не отрывая взгляда от сына. — Ради них я готов научиться чему угодно. Тэхён перевёл взгляд на Джин Хо, который уже заснул у него на руках, причмокивая во сне. И впервые за долгое время он подумал: «Может быть, у нас всё получится. Может быть, мы сможем стать настоящей семьёй». Он не знал, что будет завтра или через год. Но в этот момент он был счастлив. Чонгук только успел уложить малышей в их кроватки, как в дверь постучали. Тэхён, всё ещё слабый после родов, приподнялся на подушках, когда в палату вошли знакомые лица. Намджун и Джин, держащиеся за руки, Хосок с огромным букетом, и  Чимин с Юнги. Чимин, который заметно округлился за последние месяцы. — Чонгук, Тэхён, поздравляем вас с рождением детей! — Джин первым шагнул вперёд, протягивая Тэхёну букет белых лилий и небольшую сумку с детскими вещами. — Можно нам взглянуть на них? — Спасибо, — тихо ответил Тэхён, принимая подарки. — Да, конечно, только осторожно. Они только после кормления, только что уснули. Джин на цыпочках подошёл к кроваткам, склонился над ними, и его лицо озарилось улыбкой. Рядом встал Намджун, положив руку ему на плечо. — Боже, какие они сладкие, — прошептал Джин, разглядывая спящих малышей. — И такие крошечные. Тэхён, ты их кормишь грудью или из бутылочки? — Из бутылочки, — ответил Тэхён, улыбаясь. — Мне сказали, что так проще контролировать, сколько они съедают. Да и двойня  это всё-таки нагрузка. — Мудрое решение, — кивнул Хосок, подходя ближе и заглядывая в кроватку. — Они просто идеальные, Тэхён. Вы с Чонгуком молодцы. Чимин тоже подошёл, осторожно коснувшись рукой одного из малышей через одеяльце. Его глаза были влажными. — Я так рад за вас, — сказал он тихо. — Они прекрасны. Юнги стоял позади, скрестив руки на груди, но на его лице блуждала редкая улыбка. Тэхён перевёл взгляд на живот Чимина, который уже явно округлился. — Чимин, а ты...? — спросил он, поднимая бровь. Чимин смущённо улыбнулся и положил руку на живот. — Да, — ответил он. — Третий месяц. Мы тоже скоро станем родителями. Юнги подошёл к нему сзади и обнял за талию, собственнически, но с нежностью. — У нас будет мальчик, — сказал он с гордостью. — Мы уже знаем. — Ой, как здорово! — воскликнула Джин, оборачиваясь. — Мы с Намджуном тоже ждём третьего. Так что у нас будет целая футбольная команда! Тэхён рассмеялся  легко, свободно, как не смеялся уже много лет. Комната наполнилась теплом, голосами друзей, шёпотом и смехом. Чонгук стоял рядом, и в его глазах была благодарность. — Спасибо, что пришли, — сказал он тихо, обращаясь ко всем. — Для нас это много значит. — Мы всегда с вами, — ответил Намджун, хлопнув его по плечу. — Мы же одна семья. И в этот момент Тэхён понял: прошлое осталось позади. Сейчас у него есть будущее. Есть муж, который изменился ради него, есть сыновья, есть друзья, которые никогда не отвернутся. И есть надежда. — Чуть не забыл, — Джин осторожно коснулся пальцем носика одного из мальчиков, и тот чихнул  так тихо и смешно, что все замерли, а потом тихо рассмеялись. — Чонгук, Тэхён, а как вы их назвали? Этих крошечных сладких булочек? Тэхён улыбнулся, переводя взгляд с одного малыша на другого. — Первого зовут Чон Джин Хо, а второго — Чон Куан, — ответил он, и в голосе его звучала гордость. — Оба альфы, как их отец. — Альфы? — Джин приподнял бровь, и в его глазах заплясали озорные искры.  Оба? Так получается, в вашей семье теперь три альфы и только ты один омега? Ну нет, Тэхён, так не пойдёт! Ты должен родить ещё одного ребёнка, но на этот раз омежку, как ты. Что-то тебе не было одиноко. Тэхён открыл рот, чтобы ответить, но Чонгук опередил его, возмущённо всплеснув руками: — Эй, Джин, успокойся! Мой Тэхён только вчера родил! Он ещё не совсем отошёл от родов, а ты уже предлагаешь пойти за третьим! Ты что, совсем с головой не дружишь? Я и так с трудом уговорил его на этих двоих ангелочков, а на второй раз он меня просто члена лишит! А он мне нужен, между прочим! Все рассмеялись  громко, но сдержанно, чтобы не разбудить малышей. Джин хитро прищурился и сложил руки на груди. — Ой, да ладно тебе, Чонгук! Я же вижу, как ты на него смотришь. Вы бы ещё десяток родили, если  бы  Тэхён согласился. — Джин, прекрати смущать людей, — Намджун мягко потянул его за руку, пряча улыбку. — Дай им хотя бы выдохнуть. Хосок, сидевший на стуле в углу, покачал головой: — Вот так всегда: кто родил  тот и страдает от советов. Джин, оставь их в покое. У них двое малышей, это уже подвиг. Чимин погладил свой живот и добавил, улыбаясь: — А я вот даже представить боюсь, каково это  с двумя. Ты, Тэхён, теперь мой герой. — Ну спасибо, — усмехнулся Тэхён, чувствуя себя неловко, но приятно. — Вы меня смущаете. Чонгук подошёл к его кровати и взял его за руку, наклоняясь к уху: — А я серьёзно, — прошептал он так, чтобы слышали только они. — Ты для меня  всё. И эти двое  всё. Мне больше ничего не нужно. Тэхён посмотрел на него, и что-то в его груди дрогнуло. Он сжал руку Чонгука в ответ и тихо произнёс: — Я знаю. И в этот миг, окружённый друзьями и любимым человеком, он впервые за долгие годы почувствовал, что действительно может быть счастлив.