Золото и сталь

После отъезда Жени прошло три дня, и за это время Алена ни разу не выходила из конспиративной квартиры. Генри настаивал на осторожности. После ночного нападения на лавку тамплиеры затаились, но это было затишье перед бурей. Феррис знал, что русская ассасинка где-то рядом, и его люди прочесывали Уайтчепел квартал за кварталом. Кэт докладывала, что у восточного причала видели троих агентов в штатском, а Финн, все еще хромавший после ранения, сказал, что один из них спрашивал про «светловолосую торговку» в портовой лавке. — Они сужают круг, — сказал Генри, когда они сидели в подвале над картой. — Через пару дней могут выйти на прачечную. Тебе нужно уходить. — Куда? — В Ист-Энд. Там есть заброшенный склад, мы использовали его как запасную явку. Пересидишь, пока все не утихнет. — А потом? — А потом будем думать, как вытащить Женю из Суррея. Но сначала — твоя безопасность. Алена нехотя кивнула. Она ненавидела прятаться, но понимала: сейчас не время для геройства. Феррис стягивает силы, и если она попадется, то уже не выберется. Она вышла затемно, взяв с собой только самое необходимое: плащ, клинок, револьвер и запасные ножи. Генри провожал ее до угла Брик-лейн, где они разделились. Дальше Алена пошла одна. До Ист-Энда было минут сорок пешком, и первые полчаса все шло спокойно. Она двигалась дворами, держась подальше от фонарей, и уже почти добралась до заброшенного склада, когда заметила их. Двое. В штатском, но с военной выправкой, которую не скроешь. Они стояли у входа в переулок и явно кого-то ждали. Алена нырнула за угол и прижалась к стене. Сердце забилось быстрее, но руки не дрожали. Она узнала одного из них — тот самый человек, которого она допрашивала в переулке три недели назад. Значит, он вернулся. И привел подкрепление. — Она где-то здесь, — услышала она его голос. — Я видел, как она свернула с Бейкерс-роу. — Уверен? — Уверен. Высокая, светлые волосы, в темном плаще. Она. Алена мысленно выругалась. Высокая? Ну, значит, описание все еще неточное, но это ненадолго. Если они заметили ее сейчас, то скоро узнают и рост, и лицо, и адрес. Нужно было уходить — быстро и тихо. Она нашла водосточную трубу и за секунду взобралась на крышу. Савелий когда-то говорил: «Город — это не только улицы, это еще и верхний этаж. Научись ходить по нему, и тебя никто не догонит». Она научилась. Крыши Ист-Энда были скользкими от ночной мороси, но Алена двигалась уверенно — перепрыгивала с карниза на карниз, хваталась за печные трубы, перемахивала через узкие проулки. Внизу, на улице, двое агентов растерянно озирались, пытаясь понять, куда она делась. Они смотрели по сторонам, но не вверх. Никто никогда не смотрит вверх. Алена позволила себе короткую усмешку и продолжила путь. Но уйти тихо не получилось. На соседней крыше она заметила движение — еще один человек в штатском, но с револьвером в руке. Видимо, Феррис выставил посты не только на улицах, но и на крышах. Он учился. И этот третий агент явно ждал ее — он стоял, пригнувшись за трубой, и целился. Алена метнулась в сторону за секунду до выстрела. Пуля чиркнула по черепице в паре футов от нее, разнесла вдребезги кусок старой кладки. Она перекатилась, вскочила и побежала. Стрелок не отставал — он двигался параллельно, по другой стороне улицы, и продолжал стрелять. Второй выстрел разнес печную трубу, третий ушел в молоко. Алена добежала до края крыши и, не останавливаясь, прыгнула. Переулок внизу был широким — футов десять, не меньше. Она приземлилась на карниз противоположного дома, поскользнулась на мокрой черепице и едва не сорвалась вниз, но успела ухватиться за край крыши. Пальцы заныли, плечо прострелило болью — то самое, раненое, — но она подтянулась и забралась наверх. Стрелок остановился на той стороне. Такой прыжок он повторить не рискнул. Алена видела, как он опустил револьвер и скрылся за трубой. Погоня закончилась. Она спустилась на землю через полчаса, в другом конце Ист-Энда. Убедившись, что хвоста нет, она нырнула в заброшенный склад и закрыла за собой дверь. Плечо ныло, ладони были стерты в кровь, но она была жива. И она знала: Феррис выставил посты на крышах. Значит, в следующий раз придется придумать что-то новое. Утром в склад пробрался Генри. Он принес еду, воду и новости: тамплиеры прочесывают район, но склад пока вне подозрений. Финн передал, что в порту тихо, а Кэт раздобыла форму железнодорожных рабочих — ту самую, для операции. — Что с Женей? — спросила Алена. — Пока ничего. Из Суррея вестей не было. Но это хорошо — значит, она в безопасности. — Или наоборот. — Не накручивай себя. — Генри положил руку ей на плечо. — Женя сильная. Ты сама ее научила. Она справится. Алена кивнула, но тревога не уходила. Она смотрела на свои стертые ладони и думала о том, что где-то там, в поместье под Сурреем, Женя ждет вестей. И она должна дожить до того момента, когда они снова увидятся. — Скоро, — сказала она сама себе. — Скоро все закончится. Генри ничего не ответил. Он только проверил револьвер и полез обратно через черный ход. Война продолжалась.