Срочное включение из другого мира

Утро началось не с кофе и газеты, а с того, что Зельда бесцеремонно сдёрнула с меня одеяло и швырнула на кровать ворох ткани, пахнущий нафталином и ушедшими амбициями. — Подъём, спящая красавица. Примеряй, — скомандовала она. — Твой костюм для Праздника Середины Лета. Не благодари. Я сел, протирая глаза, и уставился на предложенный наряд: тёмно-синий камзол, расшитый серебряной нитью, белоснежная рубаха с пышным воротником, узкие бриджи и чёрная полумаска с замысловатой серебряной вязью. Выглядело чересчур богато. — Простите, госпожа Зельда, — осторожно начал я, — не слишком ли вызывающе? Мне ведь надлежит быть незаметным. — В том-то и фокус, дурья твоя голова. Лучшее укрытие — быть настолько заметным, чтобы никто не подумал, что ты здесь по делу. Ты — загадочный купец из восточных земель. Говори с акцентом, улыбайся и не снимай маску. Легенду выучил? Я кивнул. Весь вчерашний вечер ведьма муштровала меня, заставляя запомнить вымышленную биографию: Ли Вонхо, торговец пряностями и редкими тканями из далёкого королевства Тэран. Двадцать семь лет. Холост. Состояние — «вам лучше не знать, милорды, это слишком скучно». Через час я стоял перед мутным зеркалом в каморке и не узнавал себя. Оттуда глядел не уставший репортёр с тёмными, вечно растрёпанными волосами и карими глазами, смотрящими на мир с излишним скепсисом, а надменный аристократ. Камзол сидел как влитой, маска скрывала верхнюю половину лица, оставляя открытыми лишь губы и подбородок. Родная мать не признала бы. — Идём, красавчик, — в дверях возникла Зельда, сменившая корсет и лоскутные штаны на элегантное тёмно-зелёное платье. Без привычного ведьминского облачения она выглядела почти респектабельно. Почти. — Маркус будет ждать у восточных ворот дворца. Его задача — следить за стражей и подать сигнал, если что-то пойдёт не так. Твоя — проникнуть в бальный зал, смешаться с толпой, а когда начнутся фейерверки, незаметно ускользнуть в восточное крыло. Там найдёшь кабинет королевского секретаря. В его столе, по моим сведениям, переписка Лотариуса с тёмными гильдиями. Достанешь письма — и мы на шаг ближе к разоблачению. Я сглотнул. План казался простым. Но что-то подсказывало: простота эта обманчива. Праздник Середины Лета превзошёл все ожидания. Дворец сиял: под высокими сводами бального зала парили сотни магических огней, чьё отражение дробилось в хрустальных подвесках исполинских люстр. Оркестр на балконе играл музыку, от которой ноги сами просились в пляс. Дамы в пышных платьях, сверкающих драгоценностями, кружились с кавалерами в маскарадных костюмах. Воздух, пропитанный ароматами духов, жареного мяса и сладкого вина, был густым и тёплым. Я брёл среди гостей, изображая скучающего богача, и украдкой изучал расположение коридоров. Восточное крыло находилось за аркой с гобеленом, изображающим битву с драконом. Я как раз высматривал этот гобелен, когда чей-то голос заставил меня вздрогнуть. — Прошу прощения, сударь, — произнёс некто с лёгкой, игривой интонацией, — не вы ли тот загадочный купец из Тэрана, о котором судачит половина зала? Я обернулся и едва не забыл, как дышать. Передо мной стоял юноша, рождённый повелевать. Высокий, стройный, с копной светлых, почти платиновых волос, уложенных в элегантном беспорядке. Под изящной золотой полумаской сверкали глаза пронзительной голубизны — такие яркие, что казались подсвеченными изнутри. Белоснежный камзол с золотым шитьём облегал точеную фигуру, а длинные пальцы сжимали бокал с вином. Он двигался с естественной грацией, присущей лишь тем, кто с детства привык к восхищённым взглядам. Я мгновенно понял, кто передо мной. Наследный принц Идергрании. — Ваше Высочество, — я склонился в почтительном поклоне. — Для меня большая честь. Вы правы, я Ли Вонхо, скромный торговец из Тэрана. — Бросьте формальности, — принц небрежно махнул рукой, и его губы тронула лёгкая улыбка. — Сегодня все инкогнито. Зовите меня просто Феликс. Маски для того и существуют, чтобы хоть на одну ночь забыть о титулах. Он говорил легкомысленно, но я — репортёр, а репортёры чуют фальшь за версту. В том, как он изучал меня, не соответствовало образу беззаботного принца. В голубых глазах мелькало нечто острое, пытливое — ум, привыкший анализировать и делать выводы. — Вы весьма любезны, господин Феликс, — ответил я, старательно изображая восточный акцент. — Признаться, не ожидал, что моя скромная персона вызовет интерес у столь блистательного гостя. — О, поверьте, господин Вонхо, — он склонил голову набок, разглядывая меня с откровенным любопытством, — вы совсем не так скромны, как пытаетесь казаться. Слухи бегут быстро. Таинственный красавец-чужеземец, который говорит с акцентом, но двигается как человек, привыкший действовать, а не торговать. — Он отпил глоток вина. — Любопытное сочетание, не находите? Сердце пропустило удар. Он что-то заподозрил. Неужели я настолько плохо играю роль? Или Зельда была права, и во дворце каждый второй — параноик с магическими способностями? — Боюсь, вы мне льстите, — я постарался улыбнуться. — В Тэране торговля — дело непростое. Приходится быть готовым ко всему. Возможно, это наложило отпечаток на мою осанку. — О, я вовсе не льщу, — принц шагнул чуть ближе, и я уловил тонкий цитрусовый аромат с нотками сандала. — Я чрезвычайно редко ошибаюсь в людях. И вы, господин Вонхо, определённо не тот, за кого себя выдаёте. Повисла пауза, способная заморозить целое озеро. — Но не волнуйтесь, — вдруг рассмеялся он. — Сегодня я не в настроении разоблачать секреты. Праздник всё-таки. Давайте просто наслаждаться вечером. Я сдержанно кивнул, но внутренне был на взводе. Этот юный принц опаснее всех стражников вместе взятых. Он видит не маску — он видит то, что под ней. — Скажите, господин Вонхо, — Феликс перешёл на заговорщицкий тон, — что вы думаете о нашем королевстве? О том, как идут дела в Идергрании? Вы много путешествуете, наверняка вам есть с чем сравнить. Вопрос был невинен, но я ощутил подвох. — Идерграния — прекрасная страна, — осторожно ответил я. — Богатая история, трудолюбивый народ, величественная архитектура. Но, полагаю, как в любом государстве, есть свои сложности. — Сложности, — повторил он, и улыбка на миг стала горькой. — Как дипломатично вы выразились. А я бы сказал — проблемы. Огромные проблемы, которые с каждым годом лишь усугубляются. Он осёкся, но через секунду лицо вновь обрело выражение беззаботной весёлости. — Простите, я утомил вас политикой. Обещаю впредь говорить лишь о танцах, вине и прочих пустяках. — Вы нисколько меня не утомили, — честно ответил я. — Напротив, мне было бы интересно… Я не договорил. В другом конце зала раздался громкий хлопок — слуги запустили первые фейерверки. Толпа оживилась, гости потянулись к балконам. Идеальный момент, чтобы исчезнуть. — Прошу простить, господин Феликс. Кажется, мне срочно нужно глотнуть свежего воздуха. Было чрезвычайно приятно познакомиться. — Взаимно, — принц слегка наклонил голову, но его глаза продолжали изучать меня с охотничьим интересом. — Надеюсь, мы ещё встретимся. Возможно, тогда вы расскажете мне правду. Я развернулся и быстро зашагал к арке с гобеленом, чувствуя спиной его взгляд. Сердце колотилось. Этот принц — большая проблема. И, кажется, проблема не только для меня, но и для его отца. За гобеленом оказался узкий, тускло освещённый коридор. Я перевёл дух. Итак, принц явно не в восторге от правления Лотариуса. Можно ли ему доверять? Или это ловушка? — Потом, — прошептал я. — Сначала письма. Я двинулся по коридору, считая двери. Кабинет королевского секретаря — третий слева. В кармане лежала отмычка, данная Зельдой «на всякий случай». От самой ведьмы не было ни слуху ни духу, но я привык полагаться на себя. Третья дверь поддалась. Я скользнул внутрь и оказался в просторном кабинете, залитом лунным светом из высокого стрельчатого окна. Массивный дубовый стол был завален бумагами, вдоль стен высились стеллажи с книгами и свитками, а на стене висела карта Идергрании. Я осторожно перебирал документы: счета, приказы, налоговые отчёты… Не то. Вдруг — плотный чёрный конверт с восковой печатью в виде змеи, кусающей собственный хвост. Символ гильдии «Уроборос». Я сломал печать, пробежал письмо глазами — и внутри всё похолодело. «…доставим третью партию к началу следующего месяца. Деревня Грейстоун дала достаточно материала. Ваше Величество может не сомневаться: Сердце Вечной Ночи будет активировано в срок…» «Материал». Деревня Грейстоун. Зельда говорила об исчезновениях людей. Значит, король использует подданных как топливо для ритуала. Я спрятал письмо во внутренний карман камзола. Нужно уходить. Но стоило повернуться к двери, как снаружи раздались шаги — мужские, уверенные, сопровождаемые бряцанием доспехов. Стража. Или королевская гвардия. Я заметался. Окно — слишком высоко. Шкаф — слишком узок. Занавеска — смешно. Дверь распахнулась. На пороге стоял Феликс — без маски. Лунный свет превращал его платиновые волосы в расплавленное серебро, а в голубых глазах горел тот самый холодный, пронзительный огонь. За его спиной никого не было. — А вы полны сюрпризов, господин Вонхо, — произнёс он негромко. — Или мне всё-таки называть вас настоящим именем? Не бойтесь. Я здесь не для ареста. Напротив. Кажется, нам есть о чём поговорить. Я выпрямился. Отступать некуда. — Моё имя Ли Хеншик, Ваше Высочество. Я не купец. Я журналист из другого мира. И я здесь, чтобы разоблачить преступления вашего отца. Феликс помолчал, затем его губы тронула усталая, но искренняя улыбка. — Журналист из другого мира… — повторил он. — А я думал, меня уже ничем не удивить. — Он шагнул ближе и протянул руку. — Что ж, господин Хеншик. Полагаю, у нас с вами одна цель. И, судя по тому, что я нашёл у отца неделю назад, времени у нас куда меньше, чем хотелось бы. Я пожал его руку, всё ещё не веря, что этот невероятный поворот — не сон. За окнами гремели фейерверки, толпа ликовала, а король Лотариус, уверенный в своей неуязвимости, не подозревал, что в сердце его дворца только что родился союз, который разрушит все его планы.