Red Ruin

Сеул в сентябре был душным и шумным. Университет для мальчиков, где преподавал Бан Чан, выглядел как островок чопорности и дисциплины среди хаоса мегаполиса. Чан был «свежей кровью» для этого факультета. Молодой, с короткой, аккуратно уложенной светлой стрижкой, всегда в идеально отглаженных рубашках, он быстро заслужил репутацию строгого, но справедливого преподавателя. Австралийский акцент делал его лекции по английскому особенно притягательными, хотя сам Чан старался держать дистанцию. Но был один студент, который эту дистанцию постоянно нарушал. Ян Чонин. Чонин был квинтэссенцией университетской популярности. С его огненно-рыжими волосами и лисьим прищуром он входил в аудиторию так, будто она принадлежала ему по праву рождения. Он был тем самым «распиздяем», который мог пропустить половину семестра, завалиться в зал тягать железо, но при этом на контрольной выдавать идеальные эссе без единой ошибки. Чан наблюдал за ним с невольным восхищением. Ему нравилось, как Чонин щурится, когда что-то пишет, как небрежно закатывает рукава рубашки, обнажая сильные предплечья. — Мистер Ян, — голос Чана разрезал тишину аудитории после окончания лекции. — Ваша работа по стилистике... это было впечатляюще. Где вы нашли эти обороты? Чонин, собиравший вещи, остановился. Он медленно обернулся, его губы растянулись в едва заметной, хищной улыбке. — Я просто много читаю, мистер Бан. Или мне стоит сказать, что я старался исключительно ради вас? — Чонин подошел к столу преподавателя. Его голос был тихим, почти вкрадчивым. Чан на секунду сбился с дыхания. В этом кабинете, в дневном свете, это звучало как обычный студенческий флирт, но внутри него что-то болезненно дернулось. — Не обольщайтесь, — сухо ответил Чан, пряча руки в карманы брюк, чтобы Чонин не заметил, как они сжались в кулаки. — Просто продолжайте в том же духе. Чонин рассмеялся, этот звук отозвался вибрацией где-то внизу живота Чана. — Обязательно, мистер Бан. Увидимся в зале? Я слышал, вы там вчера задержались до позднего вечера. Чонин развернулся и ушел, а Чан остался стоять, глядя на пустой дверной проем. Он чувствовал, как начинает терять контроль. Ему казалось, что «лиса» нужно держать на расстоянии, но при мысли о том, как Чонин будет потеть под нагрузкой в зале, Чан понимал: никакой дистанции не будет.