Red Ruin

Суббота в другом городе выжала из них всё. В номере отеля не было места романтике или долгим разговорам по душам — только резкое, почти агрессивное сближение двух людей, которые наконец сбросили маски. Это была вспышка. Яркая, разрушительная и абсолютно честная. Но когда пришло время возвращаться, атмосфера в машине изменилась. Чан вел автомобиль уверенно, но челюсть была сжата до боли. Чонин, сидевший на пассажирском сиденье, не собирался вести себя как покорный студент. Всю дорогу он демонстративно держал руку на колене Чана, то и дело вызывающе поглаживая его член через ткань штанов, словно напоминая, что было всего несколько часов назад. Чан терпел, лишь сильнее вцепляясь в руль. Когда он припарковал машину в тени деревьев, в паре кварталов от кампуса, он резко повернулся к Чонину, перехватив его руку. — Хватит, — отрезал Чан. В его голосе не было нежности, только холодная дисциплина, которая вдруг снова вернулась на свое место. Чонин усмехнулся, глядя на него с вызовом. — Что такое, мистер Бан? Уже скучаешь по своей маске? Мы же отлично провели время, зачем снова эти игры в «учителя и ученика»? — Именно поэтому, — Чан подался вперед, вторгаясь в его личное пространство. — В университете мы — преподаватель и студент. И так будет до тех пор, пока я не решу иначе. Никто не должен знать о том, что было здесь. Ни единого слова, ни единого косого взгляда. — Ты боишься за свою карьеру? — прищурился Чонин, в голосе которого зазвучала стальная нотка. — Я забочусь о том, чтобы нас обоих не вышвырнули оттуда к чертям, — отрезал Чан. — У меня есть план, как уладить всё это, чтобы нам не пришлось прятаться. Но это требует времени и идеальной дисциплины с твоей стороны. Если я узнаю, что ты хоть кому-то намекнул… ты знаешь, что будет. Чонин смотрел на него, оценивая серьезность момента. Это не было похоже на признание в любви. Это было похоже на деловую сделку с очень высокими ставками. Ему нравилась эта жесткость — в этом было даже больше честности, чем в утренних ласках. — Значит, до понедельника мы снова чужие? — спросил Чонин, медленно высвобождая руку. — До понедельника, — подтвердил Чан. — Веди себя так, будто ничего не было. Если ты провалишься — я аннулирую всё, что между нами произошло. Чонин толкнул дверь машины, собираясь выйти. Он задержался лишь на секунду, бросив на Чана последний хищный взгляд. — Идет. Но не жди, что я буду смирно ждать, пока ты там строишь свои планы. Если станет скучно — я напомню тебе о нас. Он вышел в вечернюю прохладу, не оглядываясь. Чан смотрел ему вслед, чувствуя, как внутри пульсирует досада от необходимости снова надевать эту чертову маску. Игра перешла на новый уровень, и правила теперь были намного опаснее.