Мое Самоубийство

Оля «Если бы мне кто-то сказал об этом ещё вчера, я бы ни за что не поверила: сегодня я провела почти весь вечер в обществе Лены. Выяснилось, что она вовсе не легкомысленная бездельница, а владелица уютной кофейни. Лена оказалась гораздо глубже и сложнее, чем я себе представляла, хотя её двусмысленные шутки на грани приличия всё ещё заставляют меня смущаться. Она открыла для меня невероятное место – крышу, откуда открывается потрясающий вид на уходящее солнце. Удивительно, но рядом с ней я чувствую странную, давно забытую лёгкость. Как бы мне хотелось испытывать такую же безмятежность в присутствии Даши... Я снова, вопреки всему, возвращаюсь мыслями к Даше. Этот замкнутый круг кажется бесконечным. Прошлой ночью я едва не совершила глупость. Находясь под влиянием какого-то импульса, я была готова ответить на настойчивость Лены и поцеловать её прямо у подъезда. Моё минутное помутнение прервала только тётя Таня, моя соседка, которая вышла на улицу в самый нужный момент. И я искренне благодарна ей за это своевременное вмешательство. И всё же один факт не даёт мне покоя: пока я была с Леной, удушающая тоска отступила. Я ни разу не вспомнила о своей неразделенной любви. Возможно, мне действительно стоит чаще общаться с ней, чтобы просто спасаться от собственных разрушительных мыслей? Но здравый смысл упрямо возвращает меня к реальности. Что, если её интерес ко мне – всего лишь очередная игра? Наверняка Лене нужно лишь одно: как можно быстрее вовлечь меня в интимную связь, чтобы потешить своё эго. Она производит впечатление совершенно несерьёзного человека, неспособного на настоящие чувства. Впрочем, имеет ли это значение теперь? Мой личный календарь неумолимо сокращается. Осталось 28 дней». — Ну вот, а ты переживала! — Оля с искренней улыбкой крепко прижала к себе Катю. — Оль, у меня внутри всё буквально леденело от страха перед этим кабинетом! — смеясь, призналась Катя, утыкаясь носом в ее плечо. — Я думала, что забуду даже собственное имя, не то что билеты. Когда мы вышли на залитую солнцем площадь перед университетом, я сразу заметила Дашу. Она стояла у своей машины, небрежно облокотившись на капот и лениво прокручивая в руках ключи. Увидев нас, она широко улыбнулась и раскрыла объятия. Катя, забыв обо всём на свете, радостно побежала к ней навстречу. Я молча шла позади, наблюдая за тем, как Даша приподнимает Катю над землей и нежно кружит. На моих губах застыла вымученная, тяжелая улыбка. В груди привычно заныло от тупой, знакомой боли. Как бы мне хотелось оказаться на месте подруги... Почувствовать эту силу, эту уверенность, это безоговорочное право быть любимой именно ею. — Привет, Олька, — Даша наконец опустила Катю на асфальт, сделала шаг навстречу и коротко, дружески приобняла Олю за плечи. Это объятие длилось всего секунду, но моё тело предательски отозвалось на эту мимолетную близость, жадно зафиксировав сладковатый запах её парфюма. — Я сдала! Представляешь, Даш? Без единой ошибки! — Катя буквально светилась от гордости, преданно заглядывая Даше в глаза. — Я даже не сомневалась в тебе, — Даша тепло улыбнулась и ласково провела ладонью по её щеке. — Это обязательно нужно отпраздновать. Садитесь в машину. Катя привычно заняла переднее пассажирское сиденье, а я устроилась сзади. Это негласное разделение пространства каждый раз напоминало мне о моей истинной роли – я была лишь сторонним наблюдателем в их идеальном мире. Из своего угла я видела их профили, видела, как Даша иногда убирает руку с руля, чтобы переплести свои пальцы с пальцами Кати. От этого зрелища хотелось зажмуриться. — Ну что, поедем в клуб? — спросила Даша, аккуратно выруливая на оживленную городскую улицу. — Ой, только не шумный клуб, пожалуйста, — взмолилась Катя, устало откидываясь на подголовник. — Я слишком истощена этой сессией. Сейчас я готова отдать всё на свете за тихий вечер и огромную порцию хорошего тирамису. Оль, ты как на это смотришь? — Я только за, — Оля улыбнулась своему отражению в боковом стекле. Громкая музыка – это последнее, что мне сегодня нужно. — Тогда я знаю идеальное место. Отвезу вас в лучшую кофейню в городе, — Даша уверенно повернула руль, плавно перестраиваясь в другой ряд. «Отвезу вас...» – эта фраза на мгновение отозвалась во мне глупой, наивной надеждой. Мне показалось, что Даша проявляет заботу и обо мне тоже. Но реальность мгновенно отрезвила меня, нанеся очередной ментальный удар. «Прекрати, Оля. Она делает это исключительно ради Кати. Ты здесь просто попутчица, свидетельница чужого счастья». Очередной укол вины за эти мысли заставил меня сжать кулаки. — Ого, а что это за место? — с любопытством спросила Катя, поворачиваясь к Даше. — Я думала, мы знаем все приличные заведения в этом районе. — Оно открылось совсем недавно, буквально на днях, — пояснила Даша, внимательно всматриваясь в дорогу. — Это бизнес одной моей хорошей знакомой. Там действительно потрясающий кофе и десерты. Новая кофейня. Открылась на днях. Принадлежит знакомой Даши... Внутри меня внезапно всё похолодело. В голове яркой вспышкой промелькнул образ стильного заведения с панорамными окнами, взволнованного баристы и уверенного, властного голоса Лены. «Нет. Этого просто не может быть. Город огромный, шансы на такое совпадение ничтожно малы», – успокаивала я себя, но паника уже медленно расползалась под кожей ледяными иглами, заставляя сердце биться в сумасшедшем ритме. Когда машина плавно затормозила у тротуара, мои худшие опасения подтвердились. Сквозь лобовое стекло я увидела знакомую вывеску и панорамные окна. Это действительно была кофейня Лены. Развернуться и сбежать теперь было невозможно – это мгновенно спровоцировало бы ненужные расспросы со стороны Кати и Даши. Мне оставалось лишь глубоко дышать, пытаясь унять дрожь, и отчаянно надеяться, что самой владелицы сегодня нет на рабочем месте. Если Лена окажется здесь и начнет отпускать свои привычные провокационные шутки на глазах у подруг, это обернется катастрофой. Они ведь могут решить, что между нами есть какая-то романтическая связь. — Давайте сядем воон там, у окна? — предложила Катя, увлекая девушек за собой в глубь уютного зала, оформленного в теплых тонах. Мы заняли столик. Я постаралась сесть спиной к основному залу, надеясь стать максимально незаметной. Но стоило мне случайно скосить глаза в сторону барной стойки, как сердце испуганно забилось о ребра. Лена была там. Она стояла вполоборота к нам и что-то негромко объясняла бариста, указывая на планшет в своих руках. Я спешно отвернулась к окну, делая вид, что увлечена разглядыванием прохожих. Но мои усилия оказались напрасными. Позади раздались уверенные, неторопливые шаги, от которых по моей спине пробежал неприятный холод. — Какая приятная встреча, Дашка, — раздался над ухом тот самый бархатистый, насмешливый голос. — Привет, Ленок! — Даша мгновенно поднялась из-за стола, её лицо озарилось искренней улыбкой. Она тепло и крепко обняла подошедшую Лену. Я едва сдержала стон разочарования. Почему из миллионов людей в этом огромном городе именно они должны были оказаться хорошими знакомыми? Мир вокруг меня сужался до размеров ловушки. — Девчонки, знакомьтесь, — Даша повернулась к нам, мягко коснувшись плеча Лены. — Это Лена, хозяйка этого чудесного заведения. А это моя Катя, и наша близкая подруга Оля. — Очень приятно, у вас здесь невероятно уютно, — лучезарно улыбнулась Катя, совершенно не замечая моего оцепенения. — Взаимно. Рада, что вам нравится, — вежливо ответила Лена. Её взгляд плавно переместился с Кати на меня. В её ярких голубых глазах на долю секунды мелькнуло искреннее удивление, которое тут же сменилось хитрым, торжествующим блеском. Она явно вспомнила наш несостоявшийся поцелуй у подъезда и мою поспешную победу. Я посмотрела ей прямо в глаза, стараясь вложить в этот взгляд всю свою панику, беспомощность и немую, отчаянную просьбу: «Пожалуйста, молчи. Подыграй мне». Лена слегка приподняла одну бровь, считывая моё безмолвное послание, и на её губах медленно проступила едва заметная, загадочная ухмылка. Она явно наслаждалась своей безграничной властью над ситуацией в эту секунду. — Что будете заказывать, дамы? — поинтересовалась Лена. Мы быстро озвучили свои пожелания. Я старалась не смотреть Лене в глаза, сосредоточившись на меню. Стоило ей забрать наши заказы и отойти к барной стойке, как Катя взволнованно подалась вперед. — Оль, ты видела, как она на тебя посмотрела? У неё же буквально глаза загорелись, когда она тебя увидела! — Что? Тебе показалось, Кать, — Оля почувствовала, как к щекам приливает жар смущения, и спешно сделала вид, что поправляет волосы. — Вовсе не показалось, — с улыбкой вмешалась Даша, внимательно наблюдая за реакцией Оли. — Лена действительно проявила к тебе явный интерес. Поверь, она крайне редко демонстрирует симпатию так открыто при первой встрече. Слышать это от Даши – человека, чьё внимание я сама отчаянно и безнадежно пыталась привлечь, было невыносимо. Каждое её слово больно кололо эго. Чтобы прекратить это обсуждение и скрыть своё замешательство, я постаралась придать голосу максимум пренебрежения. — Даже если и так, мне это абсолютно не интересно. Она выглядит как человек, который коллекционирует мимолетные связи и пытается трахнуть каждую встречную в этом городе. Не мой типаж. Я решительно скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула, надеясь поставить точку в этом разговоре. — На самом деле Лена не такая... — тихо произнесла Даша, и её тон внезапно стал серьезным. — Вернее, она стала такой относительно недавно. Раньше она отличалась невероятной доверчивостью, пока её.. — Даша не успела договорить заметив приближающуюся Лену. Эти слова заставили меня внутренне содрогнуться. Я мгновенно вспомнила слезу, катившуюся по щеке Лены на крыше. Значит, её цинизм и пошлые шутки – лишь броня? Наш разговор прервало появление Лены. Она ловко расставила на столе напитки и десерты. — Приятного аппетита, — улыбнулась она. — Спасибо, Лен, — Даша кивнула на свободный стул рядом. — Если у тебя есть несколько минут, присаживайся к нам. Расскажешь, как идут дела. Лена вопросительно посмотрела на меня, словно спрашивая разрешения. Я мысленно взмолилась обо всех возможных неприятностях, лишь бы она отказалась, но Лена лишь усмехнулась моим мыслям и непринужденно опустилась на стул. — Для такой прекрасной компании я всегда найду время, — произнесла Лена, устремив на меня лукавый взгляд. — Ну как твой кофе, Оля? Надеюсь, вкус оправдал ожидания? Я лично проконтролировала, чтобы в него не попало никаких... посторонних ингредиентов, способных вызвать излишнее возбуждение или панику. Катя и Даша тихо рассмеялись, посчитав это обычной шуткой гостеприимной хозяйки. Я же прекрасно поняла её намек на мой вчерашний вопрос о виагре. — Огромное спасибо за бдительность, — язвительно ответила Оля, делая медленный глоток. — Рада узнать, что твоё участие ограничилось лишь контролем, а не личным приготовлением. Иначе этот напиток вряд ли был бы пригоден для употребления. — О, уверяю тебя, я умею удивлять не только в бизнесе, — Лена подперла подбородок ладонью, продолжая открыто рассматривать лицо Оли. — Мои скрытые таланты гораздо интереснее. Тебе просто нужно набраться смелости, чтобы их исследовать. — Я предпочитаю держаться подальше от сомнительных исследований, — отрезала Оля, сохраняя внешнее хладнокровие. — Обычно за красивой оберткой скрывается полное отсутствие содержания и избыток пустых слов. — Какая ты категоричная, — Лена ничуть не обиделась, её глаза светились искренним азартом от этой словесной дуэли. — Но ведь самые опасные эксперименты часто приносят самое большое удовольствие, верно? — Только для тех, у кого отсутствует инстинкт самосохранения, — парировала Оля, глядя ей прямо в глаза. Катя с улыбкой наблюдала за нашей пикировкой, явно довольная тем, что её тихая подруга так активно огрызается. В глубине души я испытывала колоссальное облегчение. Несмотря на всю свою провокационность, Лена строго соблюдала правила игры. Она ни единым словом не выдала тайну нашего знакомства, не упомянула ни клуб, ни свою квартиру, ни тем более наш странный разговор в парке. Эта её неожиданная деликатность вызывала у меня странное, непривычное чувство благодарности. — Лен, принеси нам счет, пожалуйста, — попросила Даша через какое-то время, когда стаканчики и тарелки опустели. — Сейчас всё организую, — Лена мягко улыбнулась и поднялась из-за стола. Мы начали собираться. Пока Даша расплачивалась, а Катя увлеченно рассматривала яркую витрину с пирожными думая, какое возьмет в следущий раз, Лена незаметно подошла ко мне. Её пальцы на секунду коснулись моей ладони, и я почувствовала, как она быстро вложила в неё аккуратно сложенный кусочек бумажной салфетки. Прежде чем я успела отреагировать, Лена отступила, одарив меня долгим, непривычно серьезным взглядом. Мы сели в машину. Оказавшись на заднем сиденье, в относительной безопасности, я дрожащими пальцами развернула салфетку. На ней синей пастой был выведен аккуратный, размашистый почерк: «Твой взгляд на Дашу разбивает мне сердце. Приходи в семь на крышу». В этот момент воздух в моих легких словно застыл, лишая способности дышать. Осознание сокрушительной правды мгновенно отозвалось дрожью во всем теле. Лена всё поняла. Она безошибочно считала мою тайну: то, как я замирала от каждого случайного прикосновения Даши, мою немую тоску, мою позорную ревность. Мой самый главный секрет, который я так тщательно и мучительно оберегала от Кати, теперь был раскрыт практически чужим человеком. Меня накрыло удушающей волной уязвимости и жгучего стыда. Я судорожно прижала ладони к лицу, пытаясь спрятаться от этого невыносимого разоблачения. — Оль, с тобой всё в порядке? — Катя обеспокоенно обернулась ко мне с переднего сиденья, заметив моё состояние. — Да... просто внезапно сильно разболелась голова, — выдавила Оля из себя, стараясь, чтобы голос звучал как можно ровнее. — Даш, сможешь притормозить прямо здесь, у перекрестка? Я лучше пройдусь пешком. — Ты уверена? — Даша бросила на меня быстрый, тревожный взгляд через зеркало заднего вида. — Ты выглядишь очень бледной. Не упадешь по дороге? Может, мне всё-таки довезти тебя до подъезда? Этот неожиданный проблеск искренней заботы с её стороны отозвался во мне новой вспышкой боли. Даша беспокоилась обо мне, по-дружески, тепло, даже не подозревая, что именно её присутствие медленно уничтожает меня изнутри. — Нет, правда, всё нормально. Прогулка пойдет мне на пользу, — тихо ответила Оля. Машина остановилась. Я поспешно вышла на тротуар, сделав глубокий вдох. Как только красный автомобиль скрылся в потоке машин, я развернулась и побежала в противоположную сторону, туда, где над кронами деревьев возвышался знакомый силуэт многоэтажки. Встречный ветер обжигал лицо, легкие горели от быстрого бега, но я не останавливалась. Разум кричал о том, что я совершаю безумие, что мне нужно немедленно вернуться в свою пустую квартиру. Но какая-то неведомая, отчаянная сила упрямо тянула меня назад, к той самой крыше. Почему я бегу к ней? Наверное, потому, что Лена стала единственным человеком, перед которым мне больше не нужно было притворяться. Рядом с ней моя глухая боль на время затихала, уступая место настоящим, живым эмоциям. Тяжелая металлическая дверь, ведущая на крышу, оказалась незапертой. Я толкнула её и вышла на открытую площадку, окутанную прохладным вечерним воздухом. В полумраке, среди мерцающих внизу огней вечернего города, я сразу разглядела силуэт Лены. Она сидела на деревянной скамье, задумчиво глядя в темнеющую даль. Я медленно подошла ближе и опустилась на лавочку рядом с ней. Некоторое время мы молчали, слушая приглушенный гул машин. — Ты из-за Даши в таком состоянии, верно? — негромко, без лишних эмоций спросила Лена, не поворачивая головы. Её голос звучал на удивление спокойно, полностью лишенный привычной язвительности. — Мгм, — едва слышно промычала Оля, чувствуя, как к горлу подкатывает знакомый болезненный спазм. Отрицать очевидное перед человеком, который только что видел меня насквозь, не имело никакого смысла. Лена тихо вздохнула и наконец повернулась ко мне. Её лицо в свете далеких фонарей казалось мягким и непривычно серьезным. — Послушай меня, Оля, — мягко начала она, слегка коснувшись ладонью края скамьи между ними. — То, что ты делаешь с собой – это разрушительно. Любить человека, который беззаветно предан твоей лучшей подруге, и ежедневно наблюдать за их счастьем – это способ полностью уничтожить собственную личность. Ты тратишь огромные душевные силы на то, что никогда, ни при каких обстоятельствах не принесет тебе взаимности. Это тупик. Ты заперла себя в ловушке из постоянного притворства и удушающего чувства вины перед Катей. Это неправильно по отношению к твоей собственной жизни. Ты буквально наказываешь себя за чувства, которые не можешь контролировать. Она сделала небольшую паузу, давая мне возможность осмыслить её слова. В её глазах не было ни капли осуждения, только глубокая, понимающая печаль. — Но я не собираюсь упрекать тебя или учить жизни, — продолжила Лена, и её голос стал еще тише. — Я слишком хорошо понимаю, что ты сейчас испытываешь. Я знаю эту невыносимую, глухую боль в груди, когда тебе приходится улыбаться и делать вид, что всё нормально, пока твоя реальность рушится. Я понимаю твое отчаяние. И я хочу, чтобы ты знала: здесь, на этой крыше, тебе больше не нужно играть роль сильной и безразличной. Со мной ты можешь быть любой, слабой, заплаканной, растерянной. Я поддержу тебя, даже если твой привычный мир окончательно разрушится. Я слушала её, и впервые за долгое время внутренний барьер, которым я окружила себя, начал медленно таять. Её искренность обезоруживала, даря то самое редкое ощущение безопасности, в котором я так отчаянно нуждалась все эти мучительные месяцы. — И ещё кое-что, — добавила Лена, выразительно скользнув взглядом по ногам Оли. — Пожалуйста, старайся в следующий раз не выбирать столь короткие юбки. Моё самообладание имеет вполне конкретные границы, и оставаться в рамках приличия рядом с тобой становится слишком трудной задачей. Я тяжело, обреченно вздохнула, хотя где-то глубоко внутри почувствовала странное облегчение от того, что она вернулась к своему привычному образу. Это защищало меня от необходимости продолжать слишком личный разговор. — А я всё гадала, в какую именно секунду этот благородный спаситель исчезнет, и наружу вновь просочится твоя истинная натура, — отозвалась Оля, стараясь вернуть голосу прежнюю холодность. — Я просто предельно честна с тобой, — Лена непринужденно пожала плечами, ничуть не смутившись. — К тому же, согласись, это мгновенно отвлекло тебя от невеселых мыслей. Мои методы, возможно, кажутся тебе грубыми, но они работают. — Твои методы скорее вызывают желание держаться от тебя на безопасном расстоянии, — хмыкнула Оля, поднимаясь со скамьи и поправляя подол той самой юбки. — Но ты всё равно пришла ко мне на крышу, — тихо заметила Лена, снизу вверх глядя на Олю со своей неизменной, торжествующей улыбкой. И на это заявление мне абсолютно нечего было ответить.