Повелитель Тьмы

В конце концов ребёнку дали имя «Хэйдань» - «Чёрное Яйцо». Во-первых, в память о сестре, а во-вторых, потому что сын Сяо Хэй был по-настоящему чёрным и издалека напоминал кусочек угля. С его появлением Цзи Хуань больше не осмеливался использовать свою привычную чёрную простыню - стоило положить на неё малыша, и тот буквально исчезал. На фоне грубого полотна цвета воронового крыла оставались видны лишь два белых кольца-глаза. Смотрелось это жутковато! Прах сестры они похоронили на заднем склоне горы - в месте, которое она так любила при жизни. В очередной раз проходя мимо, Цзи Хуань склонился к зелёному свёртку, пристёгнутому у него на груди, и холодно пояснил: - Это твоя мать. Вырастешь, будешь приходить сюда каждый год, чтобы возжечь благовония и поклониться. Дитя, похожее на клубок непроглядного тумана, в ответ растянуло свой крошечный ротик. Понемногу Цзи Хуань начал разбираться в поведении племянника: улыбка этого странного пацанёнка вовсе не означала радость - так он показывал, что голоден. Впервые приняв мимику Хэйданя за подобие улыбки, новоявленный дядюшка неожиданно ощутил, что в этом существе действительно есть нечто трогательное. Повинуясь редкому душевному порыву, юноша протянул малышу игрушку... и тот моментально цапнул её за плюшевую голову. Не медля ни секунды, он попытался вытащить игрушку изо рта ребёнка, всерьёз опасаясь, что малютка может подавиться, однако тот вцепился в неё мёртвой хваткой. Когда с большим трудом Цзи Хуаню всё же удалось отнять несчастного медведя, стало очевидно, что пострадал отнюдь не Хэйдань. Бедная плюшевая игрушка напрочь лишилась головы. «Ё-моё...» - пронеслось в голове Цзи Хуаня. Теперь он понял, почему про неимоверные усилия в народе говорили «делать что-то с младенческим усердием» [1]. Это «младенческое усердие»... поистине пугало своей мощью. С тех пор Цзи Хуань всегда носил с собой бутылочку. Как только он замечал, что малыш разевает свой алый ротик, он тут же вставлял в него соску. Пища исчезала в Хэйдане с пугающей быстротой. По дороге домой юноша купил две большие банки смеси, которых должно было хватить на пару недель. Но ещё до истечения первой недели обе банки практически опустели. Узнав об этом, дед искренне обрадовался. - Способность много есть - это благословение. Ребёнок с хорошим аппетитом обязательно вырастет крепким, - наставительно изрёк старик и протянул внуку все три банковские карты, завёрнутые в носовой платок, с наказом спуститься с горы и купить для Хэйданя побольше детского питания. - Покупай импортные, они хорошие! И возьми сразу несколько банок... по крайней мере шесть! Оценив богатырский аппетит Хэйданя, старик без колебаний возложил на Цзи Хуаня заботы о пополнении запасов. Не решаясь оставить Хэйданя наедине с дедом, Цзи Хуань примотал его к груди длинной полосой ткани и прикрыл сверху просторной школьной курткой. Это сделало малыша почти незримым для окружающих. Крохотное существо явно уступало в размерах обычным младенцам, и, не всматриваясь специально, никто бы не догадался, что под одеждой у Цзи Хуаня на груди привязан ребёнок. Пока юноша шёл к автобусной остановке, Хэйдань успел опустошить очередную бутылочку. Он пил молоко, сидя на руках у Цзи Хуаня, а закончив, очень серьёзно уставился на подбородок дяди своими белыми глазами-кольцами. Обыкновенного человека, наверное, привёл бы в трепет такой пристальный взгляд, но только не Цзи Хуаня. Он даже не попытался прикрыть страшненькую мордашку ребёнка уголком пелёнки. Если бы малыш не увидел кого-то из взрослых рядом, разве он не встревожился бы? Не понимая причины, юноша никак не мог отогнать от себя эту мысль, поэтому терпеливо позволял Хэйданю наблюдать за ним и неожиданно привык. Более того, после того как детёныш неотрывно следил за ним всю дорогу, Цзи Хуань, прежде чем сесть в подошедший автобус, уже по собственной инициативе опустил голову и взглянул на маленькое чёрное создание. Уголки его губ дёрнулись, и он неловко улыбнулся племяннику. Черты лица у Цзи Хуаня казались довольно суровыми, а выражение - слишком холодным. В детстве его сверстники не любили с ним играть, а ребята помладше, бывало, плакали при его появлении. Однако Хэйдань, похоже, ничуть не боялся его внешности. Юноша беззвучно шевельнул губами - и Хэйдань тоже распахнул свой маленький алый ротик. С учётом того, что ребёнок недавно поел, в данный момент это, вероятно, и впрямь была улыбка. Придя к такому выводу, Цзи Хуань легко шлёпнул Хэйданя по попке и сел в подъехавший автобус. Добравшись до нужной остановки, он направился в самый большой - и единственный - в городке магазин детских товаров. Между заполненными детскими вещичками стеллажами ходили почти одни женщины: либо ещё беременные, либо уже с колясками. Младенцы в колясках - все как один упитанные и розовощёкие - либо бодрствовали, либо безмятежно спали. Цзи Хуань незаметно окинул взглядом чужих детей, а затем направился в отдел с молочными смесями. Он изучил весь ассортимент и, не найдя питания той марки, которую покупал ранее, решил присмотреться к тем, что брали другие мамочки. В конце концов, остановившись на одном импортном бренде и взглянув на ценник, Цзи Хуань мгновенно прикинул в уме, сколько потребуется смеси, чтобы прокормить Хэйданя в течение месяца. Вспомнив наставления деда, юноша секунду помедлил, а потом послушно снял с полки шесть банок детского питания и положил их в тележку. Подгузники на этот раз он покупать не стал. Хэйдань не писал и не какал. Одноразовый подгузник на нем всё ещё сохранял первоначальную сухость. Хоть Цзи Хуаня данный факт крайне удивил, он ни словом не обмолвился об нём деду. Он инстинктивно скрывал от старика все аномальные особенности этого странного ребёнка Сяо Хэй. Ожидая своей очереди на кассе, юноша встал позади двух счастливых мамаш, оживлённо обсуждавших прививки, необходимые их новорожденным малышам. «Оказывается, после рождения детям нужно делать прививки, а я об этом вообще не подумал!» - сохраняя на лице полное спокойствие, Цзи Хуань мысленно составлял подробный список предстоящих дел. Расплатившись в магазине, он первым делом зашёл в единственное в городе интернет-кафе и отыскал в интернете всю имеющуюся информацию о вакцинах, обязательных для детей до года. Из кафе юноша вышел с целой стопкой исписанных листов. Хэйдань уже пропустил положенные ему в первые дни прививки от туберкулёза [2] и гепатита В. А ведь в месячном возрасте малютке предстояла повторная вакцинация от гепатита... Как правило, при рождении ребёнка больница выдавала родителям специальный блокнот с перечнем всех необходимых прививок. Ориентируясь на него, родители затем обращались в медицинский центр, чтобы во время иммунизировать своё чадо. Однако то, что для других детей считалось само собой разумеющимся, в случае Хэйданя становилось серьёзной проблемой. Цзи Хуань не сделал ничего плохого, забрав дитя сестры. Но в глубине души он прекрасно понимал всю ненормальность происхождения этого ребёнка. Он даже боялся показывать его посторонним! А о том, чтобы отвести его к врачу на прививки, говорить тем более не приходилось! Имя «Хэйдань» вполне ему подходило: он до сих пор оставался «маленьким нелегалом» [3] без официального статуса! Дед был простым деревенским жителем, почти не покидавшим гор, а Цзи Хуань - обычным деревенским парнем, лишь однажды за свою жизнь выбравшимся из своего посёлка. Они так и не обзавелись нужными знакомствами, которые помогли бы им с вакцинацией сейчас и с регистрацией ребёнка в будущем... у Цзи Хуаня голова шла кругом от масштаба свалившихся на него проблем. Правда вскоре он нашёл практичный выход из положения. Заскочив в супермаркет за фруктами, юноша направился в восточный район города. На его звонок дверь открыл парень примерно того же возраста, что и он, чуть ниже его ростом, со светлой кожей, усеянной прыщами. Парня звали Ван Сяочуань, и он учился с Цзи Хуанем в одном классе. Его родители работали в местном санитарно-эпидемиологическом центре. Цзи Хуань узнал об этом, когда однажды спас Ван Сяочуаня от шайки местных хулиганов и взялся проводить несчастную жертву вымогателей до дома. Правда ближе их отношения после того инцидента так и не стали. Каждый день после уроков Цзи Хуань спешил на подработку, и времени на то, чтобы заводить друзей, у него совершенно не оставалось. Юноша молча протянул Ван Сяочуаню принесённые им фрукты. Тот слегка удивился, но всё же улыбнулся и пригласил неожиданного гостя войти. Дом Ван Сяочуаня соответствовал представлениям Цзи Хуаня об идеальном жилище для подростка: не слишком большой, но удивительно тёплый и опрятный. Внутри легко угадывалось присутствие всех членов семьи: здесь лежали вещи отца, там - матери, а те, что были разбросаны повсюду, явно принадлежали самому Сяочуаню. Профессия родителей отразилась на обстановке: бытовые предметы на полках соседствовали с медицинскими инструментами - бегло осмотревшись, Цзи Хуань заметил в углу несколько шприцев. Ван Сяочуань пригласил гостя присесть - в его взгляде все ещё читались любопытство и лёгкая застенчивость, но обращался он с Цзи Хуанем неизменно дружелюбно. Ни один из них не отличался особой разговорчивостью, поэтому, усевшись на диване в гостиной, Цзи Хуань надолго замолчал. Ван Сяочуань, у которого, видимо, немного першило в горле, не переставая тихо покашливал. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь этим приглушённым звуком. Наконец, вспомнив о своих обязанностях хозяина, Ван Сяочуань вежливо поинтересовался: - Похоже, у тебя... в семье появился малыш? Он указал на коробку со смесью - поскольку Цзи Хуань купил сразу шесть банок, магазин просто отдал ему нераспечатанную упаковку. - Ага, - кивнул Цзи Хуань, а затем, подумав, добавил. - Ребёнок моей сестры... родился меньше недели назад. - О! Поздравляю, теперь ты дядя! - неловко вымолвил Ван Сяочуань. - ...Сестра умерла при родах... - неожиданно огорошил его Цзи Хуань. Ума Ван Сяочуаню было не занимать, поэтому, на секунду растерявшись, он тем не менее связал известие о смерти сестры Цзи Хуаня с его неожиданным визитом и довольно быстро сообразил, в чём суть дела. - Ты... наверное, хочешь попросить о помощи, касательно ребёнка? Для Ван Сяочуаня, выросшего в семье, где оба родителя работали в эпидемиологическом центре, люди, обращавшиеся с подобными вопросами, не являлись редкостью. Однако впервые кто-то пришёл к нему лично, и этим кем-то стал самый необщительный в их классе человек. Цзи Хуань поднял на него глаза и снова кивнул:  - Только... из-за возникшей там неразберихи у малыша сейчас нет ни свидетельства о рождении, ни медицинской карты. Поэтому я хочу попросить тебя помочь мне получить необходимую для него вакцину и шприцы. Прямо изложив свою просьбу и заметив, что Ван Сяочуань долго не отвечает, он нахмурился: - Это... сложно? Ван Сяочуань поспешно замахал руками: - Нет-нет! Я с радостью..! То есть... я хочу сказать… я рад, если смогу быть полезен... - Тогда я полагаюсь на тебя, - предельно кратко выразил свою благодарность Цзи Хуань. Ван Сяочуань торжественно пообещал передать всё необходимое в течение трёх дней. Когда начало смеркаться, Цзи Хуань собрался уходить. Уже в дверях он вспомнил о пакете, который принёс с собой: - Там груши. Хотя они недорогие и неказистые, но из них получается отличный сироп от кашля. С этими словами он ушёл, оставив Ван Сяочуаня в полном замешательстве. Откуда Цзи Хуань узнал о его проблемах с горлом? Из-за слабого здоровья он часто пропускал занятия и отношения с одноклассниками у него не складывались. А поскольку он намеренно скрывал причины своего отсутствия, то никто в школе даже не догадывался о том, что у него слабые лёгкие, и стоило воздуху в помещении хоть немного застояться, как его тут же одолевал мучительный кашель. Вот и сегодня он старался сдерживаться изо всех сил... Подождите... Ван Сяочуань вдруг застыл в недоумении, обнаружив одну странную вещь: как ни удивительно, но после прихода Цзи Хуаня он и вправду почти не кашлял. И не потому, что пересиливал себя, - ему попросту этого не хотелось. Словно... воздух вокруг Цзи Хуаня был особенно свежим. Постояв в дверях несколько мгновений, он снова почувствовал першение в горле. И тут его взгляд упал на принесённые Цзи Хуанем груши, лежавшие на столе. - Вечером попрошу маму сварить грушевый сироп, - тихо пробормотал он. ______________ [1] «吃奶的力气» (chī nǎi de lìqi) — дословно «сила, [прилагаемая] для сосания молока». Устойчивая китайская идиома, описывающая предельное, максимальное физическое усилие, которое может приложить человек. Часто используется в выражениях вроде «использовать всю свою «силу для сосания молока»» (使出吃奶的力气, shǐ chū chī nǎi de lìqi), что эквивалентно русским «изо всех сил», «напрячь все силы» или «сделать всё возможное и невозможное». Идиома основана на наблюдении, что младенец во время кормления прилагает исключительные усилия, сосредотачиваясь на этом процессе полностью. [2] Прививка БЦЖ (бацилла Кальметта-Герена) предназначена для защиты от туберкулёза, в частности от его тяжёлых форм у детей. Её делают новорожденным 3-7 дней от рождения. [3] Здесь игра слов: «小黑» читается и как имя Сяо Хэй / «Маленький Чёрный» / «Черныш», и как составная часть от слова «小黑户» (xiǎohēihù, маленький нелегал/незарегистрированный).