Повелитель Тьмы

С того дня у Цзи Хуаня и его деда появилась новая привычка: в любое время и в любом месте доводить Хэйданя до слёз. И когда малыш начинал плакать, они тут же брали его на руки и целовали. Так Хэйданю пришлось стать «маленьким плаксой». На следующий день после прививки Цзи Хуань обнаружил, что все свиньи в их хозяйстве поголовно страдают от жуткого поноса. Подумав сначала, что это эпидемия, он сильно испугался, но, понаблюдав за Дабаем и остальными, не заметил у них никаких симптомов болезни и немного успокоился. С тех пор он окружил своих свиней неусыпной заботой - тщательнее готовил им корм, поил свежей водой и даже вычистил свинарник. И хотя диарея у хрюшек периодически повторялась, но не так часто, как раньше, а спустя пару дней они полностью поправились. Возможно, из-за того, что каждый день он плакал слишком усердно, у Хэйданя улучшился аппетит. Если раньше ему требовалось семь кормлений по 60 миллилитров молочной смеси в день, то теперь он перешёл на одиннадцать. Цзи Хуань не ограничивал его в еде: как только малыш проявлял первые признаки голода, он сразу же получал своё питание. В результате ежемесячный расход молочной смеси для Хэйданя снова значительно возрос. Денег, оставленных сестрой, было вполне достаточно, однако Цзи Хуань не планировал пока их тратить. Он хотел найти себе подработку, но автомастерская, в которой он гнул хребет до этого, больше не годилась: в прошлый раз, когда он попросил аванс до оговорённого срока, хозяин выказал ему своё недовольство. К тому же, нестабильный график постоянно вынуждал его задерживаться. При ещё зрячем деде Цзи Хуань уже пропускал уроки, чтобы иметь возможность после подработки вернуться домой без опоздания. Но после того как старик почти ослеп, а в семье появился Хэйдань, даже если бы хозяин мастерской попросил его вернуться, он бы не согласился. И тут Ван Сяочуань опять пришёл ему на помощь: он рассказал обо всём своим родителям. Узнав, что Цзи Хуань - тот самый добрый человек, что спас их сына от хулиганов, и что он частенько помогает их великовозрастному чаду с учёбой, родители Ван Сяочуаня тут же нашли ему работу в местном санатории. - В санэпидемцентре сейчас нет свободных вакансий, зато в санатории, где работает моя тётя, как раз нужен человек. К тому же зарплата там выше... - извиняющимся тоном объяснил Ван Сяочуань. Ему казалось, что работа в медицинском центре больше подошла бы Цзи Хуаню, ведь там его родители наверняка взяли бы юношу под своё крыло. - И так очень даже неплохо. Работы всего на четыре часа в день, а платят чуть ли не вдвое больше, чем в автомастерской, - Цзи Хуань выглядел вполне довольным. Лишь в этот момент до него дошло, что ранее его, вероятно, попросту эксплуатировали. Впрочем, если уж быть честным до конца, то с учётом полного отсутствия каких-либо связей, автосервис стал единственным вариантом, куда его вообще согласились взять. - А? Цзи Хуань, ты раньше ремонтировал машины? - Ван Сяочуань тут же ухватился за новую информацию. - Ну... у нас с дедом туговато с деньгами, - откровенно признался Цзи Хуань. - Ой... извини-извини! - огорчённо воскликнул Ван Сяочуань. - Ничего страшного, - Цзи Хуань покачал головой. - Но у вас в семье с финансами нет проблем, зачем тебе-то подработка? Когда Ван Сяочуань упомянул, что на этот раз пойдёт на подработку вместе с ним, Цзи Хуань слегка удивился. - Э-э... это стажировка! Что-то вроде... стажировки! Ты же в курсе, что у нас в семье все крутятся в медицинской системе. Я раньше как-то не задумывался об этом, но после истории с вакцинами для твоего племяшки, неожиданно заинтересовался. Вот и хочу попробовать, пока не завалили учёбой. Родители только рады... И это тоже являлось чистой правдой. Чтобы иметь возможность пообщаться с Цзи Хуанем подольше, Ван Сяочуань впервые в жизни так быстро выполнил всё заданное на зимние каникулы, чем поразил своих родителей до глубины души! Когда же он спросил их о работе, изумлению доктора Ван и его супруги не было границ - ведь раньше их сын и слышать не хотел о карьере врача, мечтая получит профессию программиста! Но в нынешних реалиях, с переизбытком выпускников IT-направлений, поиск достойной работы в этой сфере превращался в трудновыполнимую задачу. И разве могла она конкурировать с медициной - отраслью, где их семья пустила такие глубокие корни? В конце концов, родители всегда переживают за своих детей. Выяснив, что это Цзи Хуань подвиг их сына без лишних слов завершить все свои домашние задания и пробудил в нём интерес к медицине, а также вспомнив, что именно он когда-то спас их любимого дитятку от хулиганов, родители Ван Сяочуаня, даже не зная юношу лично, прониклись к нему огромной симпатией. Услышав, что в семье Цзи Хуаня недавно появился грудной ребёнок, они настояли на том, чтобы передать через Ван Сяочуаня подарочную карту из ближайшего детского магазина. Работая в городском санэпидемцентре, они получали немало таких сертификатов, а поскольку своих малышей у них не имелось, в качестве небольшого подарка другу сына один из купонов пришёлся очень кстати. На следующий день Цзи Хуань вместе с Ван Сяочуанем приехали на работу минута в минуту. Санаторий находился в горах, на противоположной окраине городка. Оба склона принадлежали одному хребту, однако этот пользовался несравненно большей известностью, чем соседний, где обитала семья Цзи. На всю страну он, конечно, не гремел, но в Бадэ о нём знали все. На самом деле горы в этом районе представляли собой сплошную цепь, которая высокими и низкими пиками извивалась вокруг городка, образуя естественное кольцо. И всё же, когда коренные жители говорили «Гора Бадэ», они всегда имели в виду именно эту сторону. Пейзажи здесь славились живописностью, а пышная зелень не увядала даже зимой, что разительно отличалось от оголённых холмов вокруг дома Цзи Хуаня. И причина всего этого природного великолепия крылась в местных горячих источниках. Термальные источники круглый год обеспечивали всех желающий поистине чудотворной водой. Горожане не только регулярно приезжали сюда для отдыха, но и построили в этой зоне больницу и санаторий. Помимо этого, на склоне горы выросло множество небольших заведений, с натяжкой называвшихся «спа-отелями». Ни о какой роскоши в отношении них думать не приходилось - они скорее напоминали обычные общественные бани. Впрочем, Цзи Хуань ни в тех, ни в других до сих пор не бывал. - А здесь красиво, правда? Смотри, долина вся ещё в цвету! Можем сходить туда попозже, - хотя Ван Сяочуань приезжал сюда бесчисленное количество раз, но сейчас в компании с Цзи Хуанем даже привычные пейзажи заиграли для него новыми красками. Заметив, что юноша сосредоточенно уставился в окно автомобиля, он с любопытством проследил за его взглядом. - Там же обычная трава... Или она какая-то особенная? Услышав это, Цзи Хуань отвёл глаза: - Нет, обычный камыш. На нашей стороне уже давно ничего не растёт, а тут, оказывается, полно зелени. После работы можно будет нарвать для свиней. На секунду лицо Ван Сяочуаня приобрело крайне смущённое выражение! Что ж, для убеждённого прагматика красивое никогда не сравнится с полезным. Перебросившись парой-тройкой коротких реплик, они вскоре добрались до нужного места. Санаторий, где им предстояло работать, располагался чуть выше середины горного склона и принадлежал к числу лучших в Бадэ. У самого входа их ждала женщина средних лет в белом халате, которая, едва завидев Ван Сяочуаня, поприветствовала его радостной улыбкой. - Тётя, это мой одноклассник Цзи Хуань. Цзи Хуань, это моя тётя, - сразу же познакомил их друг с другом Ван Сяочуань. Правда, сделал он это не совсем правильно, напрочь забыв назвать имя своей родственницы. Цзи Хуань на мгновение растерялся. - Полюбуйтесь-ка на этого парня, даже представить человека толком не может. Моя фамилия Чжан, так что зови меня тётушка Чжан, - женщина заметила смущение Цзи Хуаня и, добродушно улыбаясь, помогла ему выйти из неловкого положения, а затем проводила обоих подростков по территории санатория, попутно рассказав об устройстве заведения. И Цзи Хуаня, и Ван Сяочуаня зачислили в штат младшего медицинского персонала. К работе дипломированных медсестёр их, разумеется, не допустили, однако они получили возможность освоить обязанности санитаров и и вносить свой посильный вклад. Тётя Ван Сяочуаня препроводила Цзи Хуаня и своего племянника к старшей медсестре и с улыбкой попросила её присматривать за молодым людям, но при этом не забывать нагружать их работой, после чего, помахав рукой, удалилась. Она явно пользовалась здесь большим уважением, поскольку медбрат, назначенный им в качестве наставника, проявлял необычайное терпение и без утайки делился с ними своими профессиональными хитростями. Контраст с его прежним опытом в авторемонтной мастерской оказался настолько разителен, что, оставшись наедине с Ван Сяочуанем, Цзи Хуань не сдержался и поделился своим восхищением. Но тот лишь фыркнул: - Поверь мне, дело тут не в уважении. Секрет в том, что тётя отвечает за оценку эффективности работы всего персонала санатория. Естественно, все стараются с ней дружить. Цзи Хуань на секунду застыл в недоумении, а потом задумчиво кивнул. Их рабочий день длился четыре часа, включал один обед, а на карту сотрудника ежемесячно начислялись бонусные баллы, которые принимали в санаторском магазине. Обнаружив, что здесь продаётся любимая молочная смесь Хэйданя, Цзи Хуань тут же решил тратить все баллы на карте исключительно на неё. Большинство постояльцев этого санатория составляли пенсионеры, и, обладая богатым опытом общения со стариками, Цзи Хуань быстро освоил основную часть того, чему учил курирующий их медбрат. К тому времени как он начал уверенно справляться с обязанностями квалифицированного санитара, Ван Сяочуань всё ещё оставался на подхвате. Пару раз подметив слегка обиженную физиономию одноклассника, юноша ободрил того парой фраз, а сам с удвоенным рвением продолжил перенимать у «наставника» навыки ухода за пожилыми людьми. Цзи Хуань отчётливо понимал, что дед уже стар, а значит, эти уроки рано или поздно пригодятся ему, поэтому испытывал искреннюю благодарность к Ван Сяочуаню, устроившему его в санаторий. Только попав сюда, он осознал, как трудно найти вакансию, подобную этой. И дело было не в том, что его предыдущая подработка приносила мало денег, а в том, что столь хорошо оплачиваемые должности оставались недоступны для человека без связей и протекции. Оценив по достоинству эту возможность, юноша проникся к Ван Сяочуаню глубочайшей признательностью. Выражал он её весьма практично: обучал Ван Сяочуаня необходимым рабочим моментам и помогал ему, когда тот не справлялся. Постепенно между ними сложились отношения, напоминающие дружбу наставника и ученика, что сделало их гораздо ближе. Выяснив, что у Ван Сяочуаня слабые лёгкие, Цзи Хуань стал каждый день приносить ему из своего погреба по замороженной груше. Тому они очень нравились, однако, зная, что достать такое лакомство зимой считалось почти невыполнимой задачей, Ван Сяочуань чувствовал некоторую неловкость. - Хотя я и жаловался тебе на свои лёгкие, но, как ни странно... в последнее время я совсем не кашляю... Кажется, это с тех пор, как мы встретились… Сначала Ван Сяочуань просто поделился наблюдением, но, немного погодя, вдруг сообразил, что это и вправду так. - Мне ещё раньше приходило в голову, Цзи Хуань, что воздух вокруг тебя.. особенный что ли! - однажды сказал Ван Сяочуань, уплетая в обеденный перерыв очередную грушу. Узкие глаза Цзи Хуаня скользнули по его лицу: - Наверное, вокруг меня много отрицательных ионов. Я же в горах живу. - Хе-хе, точно! Надо и мне как-нибудь пожить у тебя, может, тогда стану таким же здоровым, как ты. Под болтовню и смех подростков рабочая смена незаметно пролетела, и они вместе отправились домой. Пока они сидели напротив санатория в ожидании автобуса, Ван Сяочуань внезапно чихнул, а затем зашёлся непрекращающимся кашлем. Он дохал так сильно, что побагровел от натуги. Едва Цзи Хуань собрался отвести его назад в санаторий, как мимо них внезапно проследовал кортеж машин. Автомобили, составившие колонну, выглядели очень дорогими, и многочисленные постояльцы лечебницы тут же высыпали на улицу, чтобы попялиться на происходящее. Цзи Хуань нахмурился. Длинная вереница машин преградила им путь обратно в санаторий. Не имея возможности пройти, Цзи Хуань мог лишь поддержать Ван Сяочуаня, ожидая, пока проплывёт череда автомобилей. Юноша машинально смотрел на то, как машины проезжают одна за другой. И когда стекло заднего сиденья среднего автомобиля внезапно слегка опустилось... ... он увидел руку. В приоткрывшемся окне мелькнула очень бледная рука с длинными и изящными пальцами. Лёгким движением она будто выбросила что-то, и окно тут же закрылось. Этот миг был столь краток, но по какой-то причине он запечатлелся в памяти Цзи Хуаня с невероятной чёткостью. Кортеж уже давно скрылся, но тот небрежный жест продолжал навязчиво всплывать в его памяти. В конце концов надрывный кашель Ван Сяочуаня вывел его из раздумий. По настоянию приятеля они не стали возвращаться в санаторий, а поспешили сесть в подошедший автобус и уехали.