Повелитель Тьмы

Цзи Хуань был в курсе, что у Ван Сяочуаня проблемы с хроническим кашлем. Раньше он уже замечал, что тот часто пропускает занятия, а в школе иногда тихо покашливает, прикрывая рот ладонью. Но лишь когда Ван Сяочуань рассказал всё сам, Цзи Хуань узнал, что у приятеля болезнь лёгких. Однако с тех пор, как они начали общаться постоянно, недуг, казалось, постепенно отступил, и Цзи Хуань почти поверил, что Ван Сяочуань действительно выздоровел. Но нынешний приступ превзошёл все предыдущие по своей силе, и в тот же вечер у Ван Сяочуаня поднялась высокая температура. Его состояние резко ухудшилось, и даже врачи не могли определить точную причину этого. Поскольку подобные обострения случались едва ли не каждый год, родители Ван Сяочуаня постарались утешить Цзи Хуаня. - Ничего страшного. Он поправится. Всю беременность я слишком много работала... вот Сяочуань и родился таким слабеньким. Не переживай, с ним это не в первый раз. Просто в последнее время ему стало гораздо лучше, и, глядя, как он радуется общению с одноклассниками, мы забыли напомнить ему о мерах предосторожности... - мать Ван Сяочуаня явно винила себя в плохом здоровье сына. - Эй, смотри, ночь на дворе, а тебя ждут дед и Хэйдань. Не бойся, мама посидит здесь со мной, - Ван Сяочуань, похоже, уже свыкся с ролью «хронического» больного. И всё же, несмотря на заметную слабость, он нашёл в себе силы улыбнуться и поторопить Цзи Хуаня домой. Убедившись, что тот пребывает в довольно бодром настроении, юноша наконец попрощался. Ван Сяочуань был прав: Цзи Хуань и впрямь изнывал от беспокойства за Хэйданя и старика. Хотя по телефону он предупредил деда о том, что вернётся с работы позже, тем не менее тревога о двух беспомощных существах, оставшихся дома, никак не хотела его отпускать. Подгоняемый этой мыслью он вышел из больницы, где лежал Ван Сяочуань. Клиника также располагалась на склоне горы Бадэ, но несколько ниже, чем санаторий. В итоге, сделав большой крюк, Цзи Хуань снова вернулся к исходной точке: едва он проводил товарища до дверей его жилища, как тому потребовалась неотложная медицинская помощь, и на машине родителей Ван Сяочуаня им пришлось срочно мчаться обратно. В такой поздний час ждать автобуса с горы не имело никакого смысла, поэтому Цзи Хуаню оставалось только пешком спускаться к подножию, чтобы там пересесть на один из ночных маршрутов. «Пожалуй, пора обзавестись подержанным мотоциклом - с ним все эти поездки станут куда удобнее, да и в деньгах немного выиграю...» - засунув руки в карманы школьной формы, юноша устремился вниз размашистым шагом, а потом и вовсе перешёл на бег. Ему посчастливилось успеть на последний автобус. Ночью в горах стояла кромешная тьма, так что всю дорогу с остановки Цзи Хуань осторожно освещал себе путь фонариком, и вскоре услышал плач Хэйданя. Почувствовав внезапное облегчение, он заторопился на звук. - Дед, я вернулся! - не заходя в дом, крикнул старику Цзи Хуань. - Сегодня я полдня проторчал в больнице, поэтому сначала приму душ. - Ага! Иди давай! Да поживее! Ума не приложу, что такое с этим парнем - плачет и плачет не переставая. Молоко выпил и опять в крик. Я с ним не справляюсь... - тут же донёсся из задней комнаты голос деда. Всё время пока Цзи Хуань раздевался в ванной, старик пытался успокоить малыша, ревущего с каждой секундой громче и громче. - Хэйдань, дядя тут! Дядя, которого ты так ждал, сейчас моется! Закончит и сразу возьмёт тебя на ручки! Выдавив шампунь на ладонь, Цзи Хуань слегка улыбнулся, однако обеспокоенный неутихающими рыданиями Хэйданя, он и вправду принялся мыться быстрее. После душа он, по обыкновению, собрался забрать племянника у деда, но на этот раз малютка отреагировал иначе: едва юноша прикоснулся к пелёнкам, как из них стремительно вынырнула маленькая чёрная лапка и вцепилась в его ладонь. «Неужели ребёнок так сильно по мне скучал?» - удивился Цзи Хуань, с готовностью принимая Хэйданя на руки. Стоило ему прижать малыша к груди, и тот мгновенно замолчал. Два белых глаза-кольца в течение нескольких минут внимательно изучали лицо юноши, а затем пристальный взгляд Хэйданя перемесился ниже, к ногам дяди. Рефлекторно Цзи Хуань взглянул на свои ступни - разумеется, там не было ничего, кроме его собственной тени. - На улице, кажется, похолодало... - с облегчением выдохнул дед, когда ребёнок перестал заливаться слезами. Он велел внуку достать из шкафа тёплое одеяло, а для Хэйданя приготовил фланелевый свивальник. Хотя сам Цзи Хуань почти не ощущал перепадов температуры, но, заметив, что деду действительно холодно, он поспешно вскипятил воды, чтобы старик мог пропарить ноги, положил ему в постель горячую грелку и в довершение укрыл ещё одним - последним в доме - одеялом. Лишь проделав всё это, юноша вернулся в их с Хэйданем комнату. Посмотрев на на лежащего в кровати и неотрывно таращившегося на него племянника, Цзи Хуань подумал, что малышу, возможно, тоже холодно, и закутал того потеплее. Ночь прошла беспокойно. На следующее утро с трудом разлепив веки, юноша испуганно вздрогнул: пелёнки, в которые он с вечера заботливо завернул Хэйданя, оказались пусты. Резко приподнявшись, Цзи Хуань со странным чувством откинул одеяло и обнаружил голенького ребёнка, свернувшегося калачиком у его ног. Чёрная лапка обнимала его левую ступню, пока кроха тихо посапывал, погружённый в безмятежный сон. Под ногами Цзи Хуаня было тепло и влажно. Осторожно переложив племянника на одеяло, юноша встал с кровати и стащил с неё промокший тюфяк. Увидев умывавшегося во дворе деда, Цзи Хуань вышел на порог и, будто ничего необычного не случилось, небрежно обронил: - Хэйдань описался. Старика охватил неописуемый восторг! Правнук, с рождения ни разу не испачкавший ни одного подгузника, впервые обмочился. Над маленьким пятнышком дед трясся, словно над величайшим сокровищем. После просушки он бережно спрятал матрасик в шкаф, где уже хранились «карты местности», оставленные в пору младенчества Цзи Хуанем и его сестрой. Сегодня днём юноша не работал, поэтому сперва он немного почитал, далее три часа изучал материалы следующего семестра, после чего проверил Хэйданя: тот по-прежнему мирно спал в своих пелёнках. За исключением тех моментов, когда племянник громко плакал, в остальном он вёл себя пугающе тихо и незаметно. Вот и сейчас, стоило его глазам-кольцам сомкнуться, как личико малыша полностью превратилось в клубящееся чёрное облако. Сидя на кровати, Цзи Хуань какое-то время наблюдал за дрыхнущим без задних ног мальчуганом, а потом не удержался и ткнул  Хэйданя пальцем в животик. Только услышав хныканье ребёнка, он с облегчением убрал руку. Обложил край кровати подушками, юноша налил себе стакан воды и в приподнятом настроении окунулся в привычные домашние хлопоты. В первую очередь он вычистил свинарник, затем заглянул в теплицу и прежде чем вернуться домой, нарвал там пучок съедобной зелени, а разглядев слой пыли на полу, неугомонный Цзи Хуань снова взялся за метлу. Этот сезон в их краях всегда отличался засушливостью, и хотя благодаря ручьям и обильной росе горные склоны сохраняли относительную влажность, в жилых помещениях пыль скапливалась довольно быстро. Начав с главного зала, юноша подмёл комнату деда, спальню сестры и напоследок привёл в порядок свой закуток. Однако, закончив уборку и собравшись ссыпать мусор в совок, он вдруг замер, а через мгновение присел на корточки, зачерпнул горсточку пыли и, потерев её между пальцами, задумался. К серовато-жёлтой пыли явно примешивались чёрные порошкообразные частицы. Во всех остальных комнатах весь осевший на полу сор был полностью серо-жёлтым, так почему же в его комнате в нём появился какой-то чёрный осадок? Так и не найдя объяснения этой аномалии, Цзи Хуань просто выкинул мысль о ней из головы. Вскоре вернулся дед. По привычке, которой он следовал не одно десятилетие, старик каждое утро ходил ловить рыбу в ручье перед домом. Дорогу туда и обратно он знал до того хорошо, что прошёл бы её с закрытыми глазами. Поэтому, даже когда дед почти полностью потерял зрение, внук не стал лишать его возможность заниматься любимым делом. - Хорошо, что мы вчера достали тёплые одеяла! Я пока ловил рыбу, слышал, что уже несколько семей простудились! У двоих температура поднялась такая высокая, что их отправили в больницу, - едва переступив порог, сообщил старик. - Твой одноклассник, наверное, совсем здоровьем слабенький, поэтому и заболел, чуть только похолодало. Ты, если сегодня пойдёшь куда, надень куртку потеплее. - Ага, - коротко откликнулся Цзи Хуань на новости деда. Поначалу он вообще не придал болтовне старика никакого значения, однако, приехав в санаторий ко второй смене, обнаружил, что ситуация гораздо сложнее, чем он предполагал: из-за внезапного похолодания две трети его коллег из числа младшего медицинского персонала отсутствовали! Кто-то слёг сам, кому-то пришлось остаться дома из-за заболевших родственников. В итоге, те немногие, кто всё-таки явился на дежурство, вкалывали как проклятые. В конце смены начальник отделения сестринского ухода лично подошёл к Цзи Хуаню и с виноватым видом попросил молодого человека поработать сверхурочно: - Оплата будет в четыре раза выше твоей обычной почасовой ставки. Пожалуйста, выручи нас хотя бы на ближайшие несколько дней! После таких обещаний Цзи Хуань, конечно же, не мог не согласиться.