Город на костях

Олег оттолкнул его, но не грубо, а скорее, чтобы создать дистанцию, разорвать это безумное притяжение. Он отступил на шаг, провел рукой по волосам, и Антон впервые увидел в его движениях растерянность. Железный контроль дал трещину. – Исчезни, – голос Олега был глухим. Он развернулся и, не оглядываясь, быстрыми шагами пошел прочь, растворяясь в тумане и неоновом свете вывесок. Антон остался один на мокром тротуаре. Воздух был холодным, но его щеки горели. Он все еще чувствовал на губах вкус виски и отчаяния. «Покойник». Слово не пугало, а, наоборот, отдавалось странным, болезненным восторгом. Впервые за все время в этом городе он совершил поступок, который принадлежал только ему, а не был продиктован страхом или приказами Хозяина. Он переступил черту, и пути назад не было. Дни потекли в лихорадочном бреду. Антон механически выполнял свою «работу», но мыслями был далеко. Он жил от встречи до встречи, хотя не знал, будет ли еще хоть одна. Он стал одержим. Он выучил маршруты, по которым передвигались машины «казанских», знал их «точки». Он не следил, нет, он просто находился поблизости, в тени, в толпе, надеясь на случайный взгляд, на мимолетный силуэт в окне проезжающего автомобиля. Это было похоже на болезнь. Он понимал всю абсурдность и опасность своего положения. Он был предателем для своих и мишенью для чужих. Любой из людей Хозяина, заметив его интерес к конкурентам, доложил бы немедленно. Любой из людей Олега, увидев его рядом, пристрелил бы без вопросов. Их следующая встреча была подстроена им. Антон узнал, что Олег иногда бывает в старой бильярдной на Васильевском острове. Это было нейтральное место, где иногда пересекались люди из разных «семей», чтобы поговорить неофициально. Антон пришел туда один. Сердце стучало так громко, что, казалось, его слышно сквозь гул голосов и стук шаров. Олег был там, в дальнем зале, играл партию с каким-то седым мужчиной. Он двигался вокруг стола с той же хищной грацией, с какой держал в руках пистолет. Он увидел Антона сразу. Его лицо на мгновение окаменело, в глазах вспыхнула холодная ярость. Он закончил партию точным ударом, коротко кивнул партнеру и направился прямо к Антону. Он завел его в пустой коридор, ведущий к туалетам, и с силой вжал в стену, перехватив горло. Хватка была не удушающей, но железной. – Я тебе что сказал? – прошипел Олег, его лицо было в нескольких сантиметрах. – Ты жить не хочешь? Или думаешь, это игра? – Это не игра, – выдохнул Антон, глядя ему прямо в глаза, не пытаясь вырваться. – Я просто… должен был тебя увидеть. Эта отчаянная честность, кажется, сбила Олега с толку. Его хватка ослабла. – Зачем? Чтобы я тебя прикончил? Или чтобы твои дружки увидели нас вместе и прикончили тебя сами? Хозяин любит предателей, да? – Мне все равно. – Врешь. Ты боишься. Я это вижу. – Боюсь, – согласился Антон. – Но увидеть тебя… это сильнее страха. Олег смотрел на него долго, изучающе, словно пытался разгадать сложную загадку. В его взгляде боролись ярость, недоумение и что-то еще, что-то, что он отчаянно пытался скрыть. – Ты больной, – наконец заключил он, отпуская Антона. – Убирайся отсюда. И если я еще раз увижу тебя рядом со мной или моими людьми, я тебя лично в Неву сброшу. Понял? Антон кивнул, но не сделал ни единого шага или попытки сдвинуться с места. Олег резко схватил Антона за запястье и буквально втащил его в туалет для маломобильных групп — самую большую и дальнюю кабинку. Дверь громко щёлкнула, когда Олег закрыл её на замок. Антон едва успел вдохнуть, как Олег уже прижал его спиной к холодной стене кабинки. Сильная ладонь легла ему на грудь, придавливая, а тёмные глаза горели откровенным голодом. Он резко опустился на колени прямо на плиточный пол. Одним движением расстегнул ремень и молнию на брюках Антона, стянул их вниз вместе с трусами. Твёрдый, уже мокрый от предэякулята член Антона тяжело вырвался наружу и ударил Олега по щеке. Олег посмотрел вверх — прямо в глаза Антону — и медленно облизнул губы. Без предупреждения он взял член глубоко в рот, до самого горла. Антон глухо застонал, вцепившись пальцами в мокрые волосы Олега. Олег сосал жадно, грязно, с громкими влажными звуками. Его голова двигалась быстро, губы плотно обхватывали ствол, а язык яростно работал по головке. Он то заглатывал член полностью, упираясь носом в пах Антона, то резко отстранялся, оставляя только слюнявую головку во рту, и сильно сосал её. — Блядь… Олег… — выдохнул Антон, тяжело дыша. Олег одной рукой крепко держал Антона за бедро, а второй уже яростно дрочил свой собственный толстый и твёрдый член. Он полностью вытащил его из брюк и быстро двигал рукой вверх-вниз, размазывая обильную смазку. Его стоны вибрировали вокруг члена Антона, от чего тому становилось ещё жарче. Олег работал ртом всё быстрее, щёки вваливались, слюни стекали по подбородку. Он то глубоко заглатывал, почти давясь, то резко вытаскивал член и бил им себя по языку и губам, прежде чем снова взять в рот. Его рука на своём члене двигалась в бешеном темпе. — Я сейчас… — хрипло выдохнул Антон, чувствуя, как приближается оргазм. Олег только сильнее зарычал и ещё глубже насадился на член, не собираясь отступать. Антон резко дёрнулся, вцепился в волосы Олега и начал кончать — мощными, густыми толчками прямо ему в горло. Олег глотал всё, не останавливаясь, продолжая яростно дрочить себя. Через несколько секунд Олег сам застонал вокруг члена Антона и кончил — сильно, брызгая спермой на пол кабинки и на свои брюки. Его тело сотрясалось, но он продолжал медленно сосать Антона, выжимая из него последние капли. Когда всё закончилось, Олег медленно поднялся, вытер губы тыльной стороной ладони и хищно посмотрел на тяжело дышащего Антона. — Как же ты меня заебал. Сказал Олег, развернулся и ушёл.