Двенадцать

Ровно через два месяца после их первой встречи Том вновь переступил порог Малфой-мэнора. Дверь ему открыл Добби. Домовик просиял, едва увидев гостя, и чуть подпрыгнул от радости. — Здравствуйте, мастер Том! — быстро, почти на одном дыхании произнёс он. — Хозяин Абраксас уже ждёт вас. Добби проводит. — Здравствуй, Добби, — спокойно ответил Том, слегка склонив голову. Его удивило не столько радушие домовика, сколько то, что тот уверенно повёл его не в кабинет, а в другую часть поместья. Зимний сад. Стеклянная крыша пропускала холодный осенний свет, отражавшийся в густой зелени редких растений. Несмотря на промозглую погоду октября за окнами, здесь было тепло и удивительно спокойно. Посреди сада уже был накрыт небольшой стол. Лорд Малфой поднялся навстречу. И, вопреки собственному воспитанию, не сумел скрыть искренней улыбки. — Мистер Риддл, — произнёс он мягче, чем обычно. — Лорд Малфой, — ответил Том, выдержав короткую паузу. — Прежде чем мы вновь погрузимся в древние загадки, — Абраксас чуть развёл руками, словно предлагая выбор, — предлагаю выпить чаю. Том на мгновение задумался, едва заметно нахмурившись. Вообще-то он приехал работать. Но отказаться без веской причины было бы невежливо. — Благодарю, — наконец сказал он, чуть медленнее обычного. Он сел напротив. Добби бесшумно разлил чай по чашкам и исчез так же незаметно, как появился. Несколько минут они пили молча. Лишь сделав первый глоток, Том неожиданно остановился, замерев с чашкой у губ. Чёрный. Крепкий. Без сахара. Именно такой, каким он однажды описал его в письме. Он медленно поднял взгляд, задержав его на лице Малфоя чуть дольше, чем следовало. Потом только сейчас заметил, что стол стоял у самого открытого проёма зимнего сада. Свежий воздух свободно проникал внутрь. Тоже так, как он когда-то между делом упомянул в переписке. Лорд Малфой оказался удивительно внимателен к деталям. — Как добрались? — спокойно спросил Абраксас, слегка наклонив голову. — Благополучно, — коротко ответил Том. — Много работаете? — в голосе прозвучала лёгкая, почти неуловимая заинтересованность. — Как обычно. — Удалось хотя бы немного отдохнуть? — он сделал небольшую паузу перед вопросом. — Настолько, насколько этого требовало исследование, — без колебаний ответил Том. Ответы были всё такими же короткими. Абраксас уже начал к ним привыкать. И почему-то перестал считать их холодными. Просто мистер Риддл действительно отвечал ровно на тот вопрос, который ему задавали. — Что ж, — наконец произнёс Малфой, чуть откинувшись на спинку стула, — расскажете, как продвигается наше общее безумие? Том достал из сумки маховик, несколько листов исписанного пергамента и аккуратно положил всё на стол, выравнивая края. — Некоторые наблюдения появились, — сказал он, слегка понизив голос. Он осторожно коснулся внешнего кольца, словно проверяя его реакцию. — Прежде всего я убедился, что это значительно более древний артефакт, чем предполагалось. — Насколько? — Абраксас чуть подался вперёд, не скрывая интереса. — Полагаю… — Том сделал короткую паузу, подбирая формулировку, — настолько, что большая часть литературы, способной объяснить принцип его работы, уже не сохранилась. Абраксас невольно выпрямился. — Настолько древний? — в голосе прозвучало удивление. — Думаю, он относится к самому раннему периоду формирования родовой магии, — спокойно продолжил Том. Несколько секунд он рассматривал гравировку на внутреннем кольце, проводя по ней кончиком пальца. — Некоторые руны мне неизвестны. Конструкция внутренних колец не похожа ни на один известный мне маховик. При этом часть чар остаётся активной, несмотря на то что сам артефакт считается неработающим. Он сделал небольшую паузу, словно позволяя словам осесть. — Складывается впечатление, что он вовсе не сломан. Абраксас невольно подался вперёд, опершись локтями о стол. — Тогда что с ним? — спросил он тише, чем прежде. — Пока не знаю, — ответил Том без малейшего колебания. Это прозвучало совершенно спокойно. Без желания строить догадки. Без попытки казаться более осведомлённым. Просто честный ответ исследователя. Абраксас улыбнулся, чуть прищурившись. — И что заинтересовало вас больше всего? — спросил он, внимательно наблюдая за собеседником. Том почти сразу ответил, не отводя взгляда: — То, что он вообще не должен существовать. На лице Малфоя мелькнуло искреннее удивление, брови едва заметно поднялись. — Почему? — тихо уточнил он. — Потому что противоречит всему, что я знаю о подобных артефактах, — ровно произнёс Том. Для него это звучало почти буднично. Словно речь шла не о невозможной магии, а о погоде. Наступила короткая пауза, наполненная лишь тихим звоном фарфора. Абраксас первым нарушил её, чуть повернув чашку в руках. — Как вам чай? — спросил он, будто между прочим. Том снова посмотрел в чашку, затем медленно перевёл взгляд на хозяина дома. — Такой, какой я люблю, — ответил он, чуть мягче, чем прежде. Ещё одна короткая пауза. — Благодарю, — добавил он после неё, едва заметно кивнув. Абраксас невольно улыбнулся, уголки губ дрогнули. И сам удивился тому, насколько приятно оказалось услышать эти два слова. Вскоре Том аккуратно сложил записи обратно в сумку, тщательно проверяя, всё ли на месте. — Полагаю, на сегодня всё, — произнёс он, поднимаясь. Он поднялся. Абраксас тоже встал, чуть задержавшись, словно не желая прерывать момент. — Мистер Риддл, — окликнул он, когда Том уже сделал шаг. Том остановился и обернулся, выжидающе глядя. — Следующую нашу встречу… — Абраксас сделал короткую паузу, подбирая слова, — давайте проведём за ужином. Не как приглашение. Скорее как предложение немного изменить привычный порядок их работы. Том задумался, взгляд его на мгновение стал рассеянным. — Это поможет исследованию? — спросил он после паузы. — Нет, — Абраксас позволил себе едва заметную улыбку, чуть склонив голову. — Но мне будет приятно. Том молчал, чуть сжав пальцы на ремне сумки. Он не понимал. Подобное внимание выходило далеко за пределы привычных отношений заказчика и исследователя. Отказаться причин не находилось. Согласиться… тоже казалось странным. Он посмотрел на Абраксаса ещё раз, задержав взгляд на его лице. — Хорошо, — наконец произнёс он тихо. И впервые за два месяца Малфой понял, что ждёт теперь не следующего письма. А следующей встречи.