ХОЧУ БЫТЬ КАК - МАЙКЛ

ГЛАВА 2: ФЕНИКС ГОРИТ Детройт. 15 ноября. Пятница. Семь вечера. Клуб "Феникс" на Митчелл-стрит уже гудит. Снаружи — очередь. Человек сорок мёрзнут на ноябрьском ветру. Пар изо рта. Кто-то курит. Кто-то в телефоне. Охранник у двери — ДЕРЕК, 35 лет, бывший армейский, работает тут полгода — пропускает по десять человек. Внутри уже двести. Может больше. Сцена — деревянная платформа метра три на четыре. Два прожектора сверху. Микрофонная стойка. Колонки по бокам. За сценой — узкий коридор. Гримёрка — громко сказано. Комната с зеркалом, вешалкой и диваном у которого сломана одна ножка. Там сейчас — участники. Двадцать три человека в одном небольшом пространстве. Напряжение физически ощущается в воздухе. ЧТО ПРОИСХОДИТ В ГРИМЁРКЕ: Тайра Симмонс стоит у зеркала и беззвучно поёт — прогревает голос, губы двигаются но звука нет. Глаза закрыты. Сосредоточена. Маркус Уильямс сидит в углу. Наушники. Свой трек. Вид — полное спокойствие. Но нога отбивает ритм слишком быстро для спокойствия. Брайан Ли — бармен, гитарист — стоит у окна с гитарой и тихо перебирает струны. Он единственный кто выглядит по-настоящему расслабленным. Потому что работает здесь и знает это место как собственную кухню. И — Джейсон. Джейсон стоит у стены. Чёрный пиджак. Серебряные пуговицы. Чёрные брюки с серебряной полоской по шву. Белые носки. Чёрные лоферы. Руки в карманах. Смотрит в пол. Девонте рядом — он прошёл как "сопровождающий", убедил Дерека на входе в двадцать секунд. — Как ты? — спрашивает он тихо. — Нормально. — Не ври. — Нервничаю. — Это нормально. — Я знаю что нормально, Девонте. Девонте замолкает. Смотрит на костюм. — Тётя Этель... она сделала это круто. Серьёзно. — Знаю. — Ты когда выходишь? — Двенадцатый номер. Середина. — Хорошо. Публика уже разогреется но не устанет. Джейсон смотрит на него. — Ты это сам придумал или прочитал где-то? — Прочитал. Но это правда работает. Дверь открывается. Входит ШЕРИЛ УОТС — деловой костюм, планшет, взгляд человека который видел сотню таких вечеров. — Всем внимание. — Голос ровный, без лишних эмоций. — Начинаем через двадцать минут. Порядок выступлений на листе у двери. Каждому — четыре минуты максимум. Перебор времени — микрофон отключается, без предупреждений. Вопросы? Тишина. — Отлично. Она уходит. Маркус снимает наушники. Смотрит на Джейсона — первый раз за вечер, прямо. Молчит секунду. — Красивый костюм, — говорит он наконец. Тон ровный. Не насмешка. Констатация. Джейсон смотрит на него. — Спасибо. Маркус кивает. Надевает наушники обратно. Тайра открывает глаза. Видит Джейсона. Узнаёт — они переписывались. — Джейсон? — Да. — Тайра. — Она протягивает руку. — Рада что ты пришёл. — Ты тоже. — Он пожимает. — Как голос? — Держится. — Она смотрит на костюм. — Это твоя бабушка сшила? — Откуда знаешь? — Девонте рассказывал всем в районе. Джейсон смотрит на Девонте. Девонте делает невинное лицо. ЗАЛ. СЕМЬ ДВАДЦАТЬ. Рэй Костас стоит у бара и смотрит как заполняется зал. Рядом — барменша КЕЙША, 26 лет — разливает пиво не глядя, движения автоматические, взгляд на публику. — Полный зал, — говорит она. — Угу. — Прошлый раз было меньше. — Прошлый раз не было такого разнообразного листа участников. Кейша смотрит на него. — Ты про парня с Майклом Джексоном? — В том числе. — Это или гениально или катастрофа. — Или и то и другое, — говорит Рэй. — Лучший вариант для вечера. В зале — разная публика. Студенты. Местные. Несколько человек постарше — те кто ходит на всё что происходит в живом формате в этом районе. И — компания Маркуса. Человек десять в левом секторе. Громкие. Уже с напитками. ТРЕЙ — тот самый из переписки — сидит в центре группы, что-то рассказывает, остальные смеются. Девонте видит их когда выходит в зал занять место. Садится подальше. Намеренно. СЕМЬ ТРИДЦАТЬ. НАЧАЛО. Рэй выходит на сцену. Коротко — без пафоса: — Добро пожаловать в Феникс. Сегодня открытая сцена. Двадцать три участника. Голосование в конце — ваши телефоны, QR-код на столах. Приз — пятьсот долларов и слот на городском фестивале в марте. Всё честно. Поехали. Уходит. Аплодисменты. Первый участник — АНТУАН, 17 лет — рэп. Нервный, быстрый, голос срывается на втором куплете. Публика добродушная — аплодируют, поддерживают. Второй — ЛИЗА, 23 года — акустика, кавер на SZA. Хорошо. Публика слушает. Третий. Четвёртый. Пятый — Тайра. ТАЙРА НА СЦЕНЕ. Она выходит без лишних движений. Встаёт у микрофона. Молчит секунду — не от страха. Просто выбирает момент. Потом — поёт. Свою песню. Не кавер. Своё. Зал меняется. Не сразу — секунды через три. Потом разговоры стихают. Люди поворачиваются к сцене. Голос у Тайры — настоящий. Тот редкий тип голоса который не объясняешь словами, просто чувствуешь что это не притворство. Четыре минуты. Аплодисменты — громкие. Настоящие. За кулисами Джейсон слышит это. Стоит и слушает аплодисменты. Брайан Ли рядом. — Сильная, — говорит Брайан тихо. — Да. — Ты следующий за Маркусом. — Знаю. Брайан смотрит на него. — Первый раз на сцене? — Да. — Понятно. — Брайан думает секунду. — Слушай. Один совет — хочешь? — Говори. — Первые десять секунд зал будет смотреть на тебя просто как на следующего номера. Им всё равно кто ты. Эти десять секунд — не твои. Одиннадцатая — твоя. Вот тогда и начинай по-настоящему. Джейсон смотрит на него. — Это откуда? — Из опыта. — Твоего? — И чужого тоже. МАРКУС НА СЦЕНЕ. Выходит уверенно. Знает как это делается — встать, дать залу секунду, потом начать. Его трек — живой, современный, детройтский по духу. Он читает плотно, без провалов. Восемь тысяч подписчиков — это не случайность. Компания в левом секторе орёт. Остальной зал — реагирует хорошо. Маркус заканчивает. Жест в зал. Аплодисменты — сильные. Он уходит за кулисы. Проходит мимо Джейсона. Останавливается. — Твой выход, — говорит он. — Знаю. Маркус смотрит на него ещё секунду. — Не облажайся. Разворачивается. Уходит. Джейсон не понимает — это поддержка или вызов. Может быть и то и другое. За кулисами Шерил называет номер: — Двенадцатый. Джейсон Морроу. ДЖЕЙСОН ИДЁТ К СЦЕНЕ. Коридор. Три метра до занавеса. Сердце — быстро. Не панически. Просто быстро. Белые носки в чёрных лоферах. Чёрный пиджак. Он думает об Этель у швейной машинки в три ночи. О серебряных пуговицах которые ждали сорок лет. О Понтиак Силвердоуме и девяноста тысячах человек. Занавес. СЦЕНА. Он выходит. Зал — двести человек, может больше — смотрит на него как на следующий номер. Обычный парень в чёрном пиджаке. Тишина ожидания. Первые десять секунд — не его. Он знает это теперь. Стоит. Не двигается. Смотрит в зал без страха — просто смотрит. Где-то в левом секторе Трей говорит что-то своим. Тихо но слышно: — Это тот что будет Майкла Джексона изображать? Смешки. Десять секунд. Музыка начинается. Billie Jean. Бас-линия — узнаваемая мгновенно. Несколько человек в зале реагируют сразу — поворачиваются, замирают. И Джейсон начинает. Не так как дома перед зеркалом. Не так как в пустом спортзале. Иначе — потому что сцена меняет всё. Свет в глаза. Двести пар глаз. Деревянный пол под ногами. Первые движения — разведка. Тело ищет пространство. Трей в левом секторе: — Ха. Смотрите. Смешки — уже громче. Джейсон слышит. Потом перестаёт слышать. Потому что бас бьёт в грудь и ноги знают что делать и тело включается — не думая, не считая, просто включается — и лунная походка идёт по деревянной сцене клуба Феникс в Детройте в ноябре две тысячи двадцать шестого года. Зал меняется. Снова — не сразу. Секунды через пять. Разговоры стихают. Сначала в правом секторе. Потом в центре. Кто-то говорит — не насмешливо, просто: — О. Девонте в дальнем углу не дышит. Смотрит. Этель дома. Она не пришла — Джейсон не хотел чтобы она видела если что-то пойдёт не так. Она согласилась слишком легко — значит, поняла. Сидит в кресле. Чашка чая. Постер на стене. Ждёт. На сцене — Джейсон. Спин. Стоп. Лунная походка — назад, медленно, идеально. Трей замолкает. Маркус за кулисами смотрит в щель занавеса. Смотрит молча. Долго. Тайра рядом с ним. Тоже смотрит. — Господи, — говорит она тихо. Маркус не отвечает. СЕРЕДИНА ВЫСТУПЛЕНИЯ. Зал — тихий. Внимательный. Не такой как для Тайры — там было восхищение. Здесь — что-то другое. Любопытство. Удивление. Что-то на грани между "это странно" и "это работает". Брайан Ли у бара — он вышел из гримёрки, встал сбоку. Смотрит профессиональным взглядом. Кейша рядом. — Хорошо? — спрашивает она тихо. — Очень, — говорит Брайан. — Неожиданно хорошо. Рэй у другой стены. Скрещенные руки. Шерил рядом — планшет опущен. Она смотрит на сцену. — Ну? — говорит Рэй тихо. — Подождём конца, — отвечает Шерил. Но планшет она так и не поднимает. ПОСЛЕДНИЕ ТРИДЦАТЬ СЕКУНД. Джейсон чувствует как кончается трек. Бас начинает затихать. Он делает последнее движение — чистое, точное. Замирает. Тишина. Полсекунды тишины в зале. Потом — аплодисменты. Не такие как у Тайры — другие. Громче? Нет. Другие по качеству. Удивлённые. Настоящие. Кто-то свистит. Кто-то в центре кричит что-то одобрительное. Трей в левом секторе молчит. Смотрит на сцену. Потом — медленно — начинает хлопать. Джейсон стоит под светом прожекторов. Двести человек. Смотрит в зал — первый раз по-настоящему смотрит, до этого был внутри музыки. Это продолжается — секунды три, четыре. Он разворачивается. Уходит за кулисы. ЗА КУЛИСАМИ. Девонте уже там — непонятно как успел. Обнимает его — коротко, крепко. — Брат. — Не надо. — Брат. — Девонте. — Ладно. Просто — ты сделал это. Тайра подходит. — Ты хорошо двигаешься. — Спасибо. Ты хорошо поёшь. Она улыбается. — Посмотрим кто выиграет. — Ты, — говорит он без паузы. Она смотрит на него. — Почему ты так думаешь? — Потому что у тебя своё. У меня — чужое, даже если хорошо исполненное. Жюри всегда выбирает своё. Тайра молчит секунду. — Это... честно. — Я не жалуюсь. Просто говорю. Маркус подходит. Встаёт рядом. Молчит несколько секунд. — Хорошо, — говорит он наконец. Одно слово. Уходит. Джейсон смотрит ему вслед. Девонте рядом: — От него это много значит. — Знаю. ЗАЛ. СЛЕДУЮЩИЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ. Тринадцатый. Четырнадцатый. Зал продолжает жить своей жизнью — пьёт, разговаривает между выступлениями, реагирует. Но несколько человек у центральных столиков всё ещё обсуждают Джейсона — Рэй видит это, замечает. Омар Хасан пришёл. Один. Стоит у дальней стены. Джейсон не знал что он придёт. Омар смотрит на сцену — спокойно, как смотрит на всё. Брайан выходит последним — двадцать третий номер. Гитара. Своя песня. Живая, сложная, не для фона — для слушания. Зал слушает. Конец выступлений. Рэй на сцену: — Голосование открыто. QR-код на столах. Десять минут. ДЕСЯТЬ МИНУТ. Гримёрка. Все участники — кто сидит, кто стоит. Напряжение другое теперь — не предстартовое, а послефинишное. Усталость и ожидание вместе. Джейсон сидит на диване сломаной ножкой. Снял пиджак — держит на коленях. Смотрит на серебряные пуговицы. Достаёт телефон. Пишет Этель: "Выступил." Ответ через минуту: "Знаю. Как?" Джейсон думает. "Не знаю ещё." "Это хороший ответ." Он улыбается. Убирает телефон. Брайан садится рядом. — Честно скажу — ты лучше чем я ожидал. — Ожидал плохо? — Ожидал любительски. Получил что-то другое. Джейсон смотрит на него. — Что именно? Брайан думает. — Ты не изображал Майкла. Ты двигался как человек которого Майкл научил двигаться. Разница есть. Джейсон не сразу отвечает. — Это... точно сказано. — Я бармен. У меня много времени наблюдать за людьми. РЕЗУЛЬТАТЫ. Шерил выходит на сцену. Зал — полный. Никто не ушёл. — Голосование закрыто. Результаты. Пауза — короткая, профессиональная. — Третье место. Маркус Уильямс. Аплодисменты. Компания Маркуса орёт. Сам Маркус кивает — принимает. — Второе место. Джейсон Морроу. Зал реагирует — аплодисменты, несколько выкриков. Девонте в углу что-то кричит неразборчиво. Джейсон стоит за кулисами. Слышит своё имя. Второе место. — Первое место и главный приз — пятьсот долларов и слот на городском фестивале. Тайра Симмонс. Зал — громко. По-настоящему громко. Джейсон смотрит как Тайра выходит на сцену. Она не прыгает, не кричит. Просто улыбается — широко, настоящей улыбкой. Принимает конверт от Рэя. Он хлопает. Первым из тех кто стоит рядом. ПОСЛЕ. Зал постепенно расходится. Народ остаётся у бара. Джейсон стоит у выхода в пиджаке — накинул обратно. Холодно. Подходит Рэй Костас. — Джейсон Морроу? — Да. — Рэй. Владелец. — Жмёт руку. — Хорошее выступление. — Спасибо. — Второе место при таком листе участников — это не утешительный приз. — Я знаю. Рэй смотрит на него. — Ты думал про регулярные выступления? Пауза. — Нет. — Подумай, — говорит Рэй просто. — У нас открытая сцена каждые две недели. Приходи. Посмотрим. Он уходит к бару. Джейсон стоит. Переваривает. Девонте появляется рядом — как обычно, без предупреждения. — Ты слышал что он сказал? — Слышал. — И? — И ничего пока. Просто слышал. Омар проходит мимо — к выходу. Останавливается. — Ты хорошо двигался, — говорит он. — Ты пришёл. — Пришёл. — Почему не сказал? Омар пожимает плечами. — Хотел посмотреть. Без предупреждения честнее. Разворачивается. Уходит в ноябрьский Детройт. Тайра с конвертом в руках. Подходит к Джейсону. — Ты был прав. — Я знаю. Поздравляю. — Ты не расстроен? Джейсон думает честно. — Нет. Я удивлён что не расстроен. Но нет. Тайра смотрит на него. — Ты придёшь на фест в марте? Посмотреть? — Посмотрим. Она кивает. — Я запишу твой номер нормально. В смысле — телефон оставь прежний. — Оставлю. Маркус — последний. Подходит когда все уже расходятся. Трей где-то за спиной, но Маркус идёт один. Останавливается перед Джейсоном. Молчит секунду. — Где ты учился? — Нигде. YouTube. Зеркало. Маркус смотрит. — Серьёзно? — Серьёзно. Маркус качает головой — не с осуждением. С чем-то похожим на уважение. — Ладно. — Он протягивает руку. — Хорошая работа. Они жмут руки. Маркус уходит к своим. НОЧЬ. КВАРТИРА. Десять вечера. Джейсон открывает дверь. Этель сидит в кресле — не спит. Ждала. Чашка чая давно остыла. Он заходит. Снимает куртку. Садится напротив неё. Молчание. Она смотрит на него. — Второе, — говорит он. — Я знаю. Девонте написал. — Ты с ним переписываешься? — Иногда. Он хороший мальчик. Молчание. — Первое взяла певица. Тайра. Голос настоящий. — Хорошо. — Что хорошо? — Что выиграл человек с настоящим голосом. Джейсон смотрит на неё. — Ты не расстроена что я не первый? Этель берёт остывшую чашку. Смотрит в неё. — Ты вышел на сцену. Ты двигался. Двести человек тебя видели. — И? — И Айзек бы сказал что это трата времени, — говорит она тихо. — А я говорю — нет. Тишина. За окном Детройт. Фонари. Редкие машины. — Владелец клуба предложил приходить на регулярные открытые сцены, — говорит Джейсон. Этель смотрит на него. — И? — Не знаю. — Знаешь. Он молчит. — Ба. Опять. — Опять, — соглашается она. — Потому что ты знаешь. Майкл на стене. Смотрит как всегда. Лунная походка по деревянной сцене клуба Феникс в ноябрьском Детройте. Серебряные пуговицы которые ждали сорок лет. Джейсон берёт пиджак — он держал его на коленях всю дорогу домой. Вешает на спинку стула. Аккуратно. — Спокойной ночи, ба. — Спокойной ночи. Он уходит в комнату. Этель сидит в темноте ещё немного. Смотрит на постер. — Видел? — говорит она тихо. Не Джейсону. Не себе. Встаёт. Медленно — колени. Уходит спать.