хороший мальчик

22 сентября, суббота 8:00 — КПП. Выход за территорию Серёжа встал раньше обычного. Спал на животе — спина заживала, но прикосновений всё ещё боялась. Оля и Антон дрыхли без задних ног, когда он бесшумно оделся, сунул в рюкзак скейт и вышел. Арсений ждал у главного входа. Вместо учительского пиджака — тёмная толстовка и джинсы. Похож на нормального человека, а не на надзирателя. — Готов? — спросил он, поправляя лямку рюкзака. — Как никогда, — ответил Серёжа. Охранник на КПП даже не поднял головы. Протянул пропуск, который Арсений оформил ещё вчера, глянул на Серёжу равнодушно: — До семнадцати ноль-ноль. Опоздаешь — не впустят. — Не опоздаю, — бросил Серёжа и шагнул за ворота. Свобода ударила в лицо ветром и запахом бензина. Обычный городской воздух — но после трёх недель в интернате он казался сладким, как первый глоток воды в пустыне. Они пошли по дороге вдоль забора. Арсений шёл, Серёжа катил на скейте рядом. — Арс, а там что? — Серёжа кивнул на забор, который сворачивал за угол. — Западная сторона. Там склад старый. Никто не ходит. — А охрана? — Камер нет. Патрулируют редко. — Арсений затянулся. — Почему спрашиваешь? Серёжа промолчал. Он уже заметил: на заборе, метрах в двадцати от угла, аккуратно загнута сетка-рабица, а за ней — тёмный проём. Не дыра — скорее ложная стена. Кто-то давно подготовил лазейку. «Надо запомнить», — подумал Серёжа. Они прошли мимо. Арсений сделал вид, что не заметил. Может, и правда не заметил. А может, решил не спрашивать. --- 9:30 — Уличная кофейня — Заказывай что хочешь, — сказал Арсений, кинув на столик пару купюр. — Я угощаю. Серёжа взял самый жирный бургер, картошку фри и большой американо. Арсений — чёрный чай и круассан. — Ты где деньги взял? — спросил Серёжа, вгрызаясь в бургер. Интернатовская гречка ему уже поперёк горла стояла. — Ты знал что преподавателям платят? — Усмехнулся Арсений и отпил чай. — Ты как вообще, Серж? Не только про порку. В целом. Серёжа прожевал, подумал. — Выживаю. Позов... он странный. То злой, то добрый. Я не понимаю, чего от него ждать. — Дима — хороший парень, — сказал Арсений. — Просто сломленный, как и все здесь. Он не хотел тебя пороть. — Знаю. — Серёжа откусил ещё кусок. — Арс, а если я сбегу? Арсений замер. Посмотрел на него долгим взглядом. — Сбежишь — тебя поймают. Вернут. И накажут так, что мало не покажется. — А если не поймают? — Серж, ты серьёзно? Серёжа отодвинул тарелку. — Не сегодня. Не завтра. Но я хочу знать, есть ли выход. Кроме того, который в могилу. Арсений помолчал. Потом сказал тихо: — В заборе с западной стороны есть лазейка. Старая, ещё с прошлого года. Один парень пролез, но его сцапали через три дня. С тех пор там почти не следят. Но если решишься — будь готов, что назад дороги не будет. Тебя объявят в розыск. Родители не примут. Окажешься один. — Я и сейчас один, — усмехнулся Серёжа. — Кроме тебя и Оли. — И Димы, — добавил Арсений. Серёжа промолчал. Он думал о своём плане. Чтобы сбежать, нужны деньги. Чтобы заработать деньги, нужен интернет и ноутбук. В интернате вайфай запаролен — ученикам не дают. Мобильный интернет не оплачен — родители заблокировали симку после того, как сдали сюда. Значит, сначала взломать школьную сеть. Пароль от вайфая есть у учителей. Можно попробовать вычислить — Дима иногда вводил его при Серёже, когда проверял что-то на своём ноутбуке. Серёжа запоминал движения пальцев. А потом — удалённая работа. Фриланс. Он умел кодить, мог делать сайты, любые программы (не зря его увлечением последние 3 года было программирование). Первые деньги — на ноут и оплату мобильного интернета. Дальше — больше. Это были пока только мысли. Но Серёжа уже знал: он будет к этому идти. Шаг за шагом. — О чём задумался? — спросил Арсений. — О программировании, — соврал Серёжа. — Скучаю по нормальному ноуту. — Потерпи. Может, когда-нибудь... — Ага, — Перебил его Серёжа. Он допил кофе. — Погнали кататься? --- 12:00 — Скейт-площадка в городском парке Площадка была почти пустая — суббота, ранний день, нормальные люди либо спят, либо шляются по магазинам. Серёжа встал на скейт и выдохнул. Две недели без доски — как две недели без воздуха. Он начал с простого: разогнался, проехал по пандусу, сделал олли. Тело вспомнило движения само. Ветер в лицо, гул колёс, адреналин — всё, чего ему так не хватало. — Смотри, Арс! — крикнул он и сделал кикфлип. Приземлился криво, но удержался. — Вижу, — Арсений сидел на скамейке, пил кофе из автомата и улыбался. — Ты неплох. — Неплох? Да я бог! Серёжа носился по площадке, забыв про больную спину, про порку, про Диму, особенно про Диму. Только скейт, только доска, только бетон под колёсами. Он показывал трюки: флипы, вращения, прыжки. Арсений хлопал, когда получалось круто, и ржал, когда Серёжа падал — но падал он редко. А потом решил выпендриться. Новый трюк — то, что он учил ещё до интерната, но до конца не отточил. Нужно разогнаться, зацепиться за перила, проскользить на задней подвеске и приземлиться. — Арс, смотри, это самое крутое! Он разогнался. Прыгнул. Зацепился. Всё шло идеально — полсекунды скольжения, равновесие, ветер. А потом сила тяжести взяла вверх. Скейт ушёл в одну сторону. Серёжа — в другую. Он рухнул на асфальт, прокатился по инерции метра полтора, обдирая локоть и колено. Остановился на спине, глядя в небо. — Ты живой?! — Арсений уже бежал к нему. Серёжа приподнялся на локтях. Локоть правой руки был содран до мяса, коленка тоже. Из ссадин сочилась кровь, смешанная с песком и бетонной крошкой. И он заржал. — Бляяя, — выдохнул он сквозь смех. — Больно же, а я ржу. — Ты дурак, — Арсений протянул ему руку, помог встать. — У тебя кровь, а ты ржёшь. — А че мне делать? Плакать? — Серёжа отряхнулся. Колено ныло, локоть жёг. Но внутри было весело. Впервые за две недели — по-настоящему весело. — Арс, это было круто. Ну, до падения. — Круто — это когда не падаешь. — А я люблю падать. Арсений покачал головой, достал из рюкзака влажные салфетки. — Давай обработаем, пока инфекцию не занёс. Они сели на скамейку. Арсений аккуратно вытер кровь, приклеил пластырь на локоть. Потом на колено. — Спасибо, — сказал Серёжа. — Ты как мать. — Иди в жопу, — беззлобно ответил Арсений. — Поехали обратно. Время к пяти. --- 16:40 — Возвращение в интернат У КПП их встретил тот же охранник. Взглянул на Серёжины бинты, на грязную толстовку. — Упал? — Пытался летать, — ответил Серёжа. Охранник хмыкнул и открыл калитку. Интернат встретил запахом хлорки и тишиной. Воскресенье — ученики по комнатам, учителя по кабинетам. Арсений похлопал Серёжу по плечу. — Отдыхай. В понедельник увидимся. — Арс, — Серёжа остановился. — Спасибо. Правда. Я давно так не кайфовал. — Обращайся. — Арсений улыбнулся и пошёл в сторону учительского крыла. Серёжа остался один в коридоре. Смотрел на залитую вечерним солнцем плитку и думал. О дыре в заборе. О вайфае, который нужно взломать. О деньгах, которые нужно заработать. О ноуте, которого нет. План был сырой, почти безумный. Но это был план. — Поработаем, — сказал он себе и пошёл в комнату №23.