Три свидания во время депрессии

Звучало странно. "Крутишься?" Я хотел спросить, но не стал, попытавшись сперва ответить себе мысленно, найти и сопоставить малейшие факты, которые упускал раньше, чтобы уличить тебя во лжи. Потому что так привычнее. Потому что боль отвержения, холод одиночества — они отвратительные, но такие знакомые. А то, что пыталось зародиться сейчас уже пугало, уже заставляло тормозить, взбрыкивать, отскакивать, но снова притягивало, как пламя свечи мотылька. — У бабочки сгорят крылья. Выпала фраза из размышлений, сорвалась вслух, стоило только присесть на покрывало, соглашаясь на пикник в номере. Я хотел упасть к тебе в руки и наконец-то рассказать, показать всю правду. Голоса за моей спиной давно разорвали спину до костей, а от крыльев остались отростки. Просто мне приходилось претворяться так часто, как не часто я жил настоящую жизнь. И под тихие напевы с твоей стороны мы принялись за употребление в пищу самых разных продуктов. Ты не купил алкоголь. Ты не купил сигарет. Ты купил много сладостей, вредную пиццу, вредный хлеб, вредную жирную солянку, вредные котлеты с очень вредным соусом. - Все хорошо. - услышал я от тебя, поднял голову и увидел перед собой кусочек вареного яйца с беконом на нём. - Мы начнем понемногу. И ты привыкнешь. Ты меня приручал. Как брошенного котенка. Как побитую судьбой собаку с искусанными блохами боками. Ты приручал даже мой желудок, делая кусочки маленькими, подходящими для моего рта, который уже давно не открывался так широко, как обычно он открывается, когда люди улыбаются. - Джей. Я видел в твоих глазах шанс на возвращение. Но черт возьми, как же я боялся протянуть руки к этому шансу. Понемногу, по малым шажкам, неуверенным, когда я впервые встал на лед, мои ноги нащупывали подошвой верную дорогу. - Ты удивительный. - вырвалось у меня. Я схватил губами, даже зубами, кусочек яйца с вилки и с таким аппетитом его проглотил, что чуть не подавился. - Как ты оголодал… Как я оголодал, мой дорогой Джей, что тебе хватило одного вечера. Или так я жалок, что тянусь к еде из твоих рук как ослик к морковке? - У тебя, верно, анемия. Ты часто на тренировках вскидываешь руками и ногами. Почему ты не ешь? Такой, казалось бы, простой вопрос застрял в моем горле. Я ведь ел, но не всегда. Не всегда наедался. - Останешься на ночь? Или домой поедешь? Так много вопросов из разных категорий на чужом языке… - Останься. Я уйду из номера, чтобы тебя не смущать. - Куда? - вырвалось у меня изо рта вместо с крошками еды. Я стыдливо прикрыл рот руками. - Никуда, если ты не хочешь. -