глава 15
17 июня 2026 г., 15:39
Ноябрьский Портленд дышит холодом и мокрыми листьями. Я иду через кампус, не чувствуя ног. В голове одна мысль: «Он использовал меня. С самого начала». Вторая мысль: «Ломка будет через пару часов. Он сказал сто баксов за дозу».
Библиотека на третьем этаже светится жёлтыми окнами, работает круглосуточно во время сессии. Я толкаю тяжёлую дверь, поднимаюсь на лифте. Тишина, только гудят лампы дневного света.
Джексон сидит на том же месте, в углу у окна. Перед ним ноутбук, кружка с остывшим чаем. Он поднимает голову, и его лицо меняется, от усталого до встревоженного.
— Т/И — он встаёт — Ты бледная как смерть. Садись.
Я падаю в кресло напротив. Руки трясутся. Не от ломки, ещё нет. От шока.
— Я всё слышала — говорю я. Голос чужой, сиплый. — Он говорил с Чейзом за дверью. Сказал, что я «лёгкая цель». Что даст мне ещё пару раз бесплатно, а потом заставит платить. Двести баксов? Сто? Я уже не помню.
Джексон закрывает ноутбук, кладёт руки на стол.
— Мне жаль, что тебе пришлось это услышать. Но я пытался тебя предупредить.
— Знаю. — Я смотрю в стол. — Я заблокировала твой номер. Удалила голосовое. Думала, ты завидуешь. Он сказал, что ты просто ревнуешь.
Джексон криво усмехается.
— Ревную? К Пэйтону? К парню, который торгует ***котиками первокурсницам? Ну да, очень завидую.
— Не злись на меня — прошу я. — Я была дурой.
— Ты не была дурой, — он вздыхает — Ты была влюблена. Есть разница. Влюблённые люди не видят очевидного. Я сам через это прошёл.
Я поднимаю глаза.
— Ты? С кем?
— Не важно. Главное, что я выжил. И ты выживешь.
— Через пару часов начнётся ломка, — говорю я. — Пэйтон сказал. Он сказал, что я напишу ему, когда захочу дозу. И что в следующий раз будет не бесплатно.
Джексон молчит несколько секунд. Потом тянется через стол и берёт меня за руку. Ладонь у него тёплая, сухая.
— Ты не напишешь ему.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я не дам. — Он сжимает мои пальцы — Слушай меня. Ломка будет неприятной, но не смертельной. К****н не г****н. Ты будешь хотеть спать, но не сможешь. Будет тошнота, тревога, депрессия. Но это пройдёт через несколько дней. И я буду рядом.
— Ты не обязан — шепчу я.
— Я обязан, потому что я единственный, кто тебя предупреждал, и единственный, кто не бросил. — Он отпускает мою руку, достаёт из рюкзака бутылку воды и пачку крекеров. — Пей. Ешь. Организму нужны силы.
— Не хочу.
— Знаю. Но надо.
Я делаю глоток. Вода кажется металлической. Крекер крошится во рту, я с трудом проглатываю.
— Я не могу сейчас домой — говорю я. — Там пусто. Я сойду с ума.
— Оставайся здесь — Джексон кивает на диванчик у стены. — Библиотека работает всю ночь. Я буду писать курсач, ты поспишь. Если станет плохо, разбудишь.
— Спасибо — выдавливаю я.
— Не благодари — Он открывает ноутбук. — Ложись.
Я иду к диванчику, сворачиваюсь калачиком на жёсткой обивке. Стягиваю кофту, укрываюсь как одеялом.
Через минуту я проваливаюсь в тяжёлый сон без сновидений.
