Глава 12. Complicado
6 июля 2026 г., 06:37
Они целовались, и Итан забыл всё, кроме этой маленькой гостиной, тёплых губ Паркера, его рук на талии Итана. Всё остальное – работа, повышение, Гэри с его коробкой, страх перед завтрашним днём, – отступило куда-то далеко, стало неважным. Итан скользнул ладонями под футболку Паркера и гладил его горячее тело, слегка царапая ногтями от переизбытка чувств.
Когда Паркер отстранился, его глаза были совсем близко: карие, с золотистыми искорками в мягком свете лампы, они смотрели на Итана так, будто спрашивали о чём-то. Итан не сразу понял, о чём.
– Ты хочешь? – спросил Паркер тихо. – Мы можем остановиться прямо сейчас. Если ты не готов, я пойму.
Итан сглотнул. Сердце всё так же колотилось, ладони вспотели. Он хотел. Господи, как он хотел! Но вместе с желанием пришёл и страх, тот самый, который всегда появлялся, когда что-то становилось слишком настоящим.
– Я... – он замолчал, подбирая слова. – Я хочу, просто...
Паркер ждал, не давил, не торопил, просто держал его за талию мягко, но ощутимо, как якорь.
– Я боюсь, – признался Итан. – Не тебя, просто... это всё так... Я никогда не был... с мужчиной...
Паркер кивнул, принимая ответ. Его большой палец продолжал гладить ткань футболки Итана, успокаивая.
– Хорошо, – произнёс он. – Тогда давай по порядку. Ты когда-нибудь делал это с девушками? Ну, анальный секс?
Итан почувствовал, как краснеет. Они говорили о таких вещах? Вот так, спокойно, как будто обсуждали, что приготовить на ужин?
– Да, – сказал он, глядя куда-то в район плеча Паркера. – Было. Пару раз.
– Хорошо, – сказал Паркер, и в его голосе прозвучало что-то похожее на облегчение. – Тогда сегодня я буду снизу.
Итан моргнул:
– Что?
– Ты знаешь, как это делать, но не знаешь, каково это – принимать. А я знаю и то, и другое, – Паркер пожал плечами, как будто говорил о чём-то обыденном. – Логично, чтобы первым принимал я. А ты просто делай то, что знаешь. Только медленно и осторожно, хорошо?
Итан смотрел на него и чувствовал, как страх внутри постепенно уходит, уступая место теплу, благодарности, может быть, даже нежности.
– Хорошо, – сказал он. – Медленно и осторожно.
Паркер чуть улыбнулся и отпустил его талию:
– Иди в душ первый. Полотенце на вешалке.
Через пару минут Итан стоял под горячей водой, упёршись ладонями в кафельную стену, и пытался дышать ровно. Сердце всё ещё колотилось, но теперь к страху примешивалось предвкушение. Острое, почти болезненное, как перед прыжком в холодную воду.
Что я делаю?
Он никогда не думал о себе как о человеке, который может оказаться в такой ситуации. В ванной другого мужчины. В ожидании секса с другим мужчиной. Всю свою жизнь он считал себя обычным, предсказуемым парнем, у которого была девушка, были планы на будущее, была понятная траектория. А теперь...
Теперь я здесь. И я хочу быть здесь.
Он выключил воду, вытерся, натянул домашние штаны, которые Паркер дал ему, вышел в гостиную. Мисо лежал на своей лежанке, довольно посапывая. Паркер ждал своей очереди в душ, и когда Итан вышел, их взгляды встретились.
– Я быстро, – сказал Паркер и скрылся в ванной.
Итан остался один. Он сел на край кровати, не массажного стола, а настоящей кровати в спальне Паркера, куда он ещё ни разу не заходил. В комнате было темно, только свет из гостиной падал полосой на пол. Итан смотрел на эту полосу и пытался успокоить дыхание, но получалось плохо. Он слышал, как в ванной шумит вода и представлял Паркера там – под горячими струями, с закрытыми глазами, с водой, стекающей по плечам, по груди, по плоскому животу... От этой мысли внутри что-то сжималось – сладко и страшно одновременно.
Господи, успокойся. Ты взрослый мужчина. Ты справишься.
Вода стихла, прошло ещё несколько бесконечных минут, когда дверь ванной открылась. Паркер вошёл в спальню босой, в одних свободных штанах, с влажными тёмными волосами. В полумраке его тело казалось особо красивым: жилистое, подтянутое, с чёткими линиями мышц под кожей. Татуировка на плече, которую Итан раньше видел только краем, теперь была видна целиком – геометрический узор, горы и ласточка над ними.
Итан замер. Ему вдруг стало трудно дышать, но не от страха, а от того, как красиво Паркер выглядел в этом полумраке, как естественно, как правильно.
Паркер подошёл и сел рядом на кровать, близко, но не касаясь. Его колено почти упиралось в колено Итана.
– Ты напряжён, – сказал он негромко. – Но это нормально.
Паркер повернулся к нему и медленно, давая время отстраниться, если захочет, поднёс руку к его лицу. Он коснулся щеки легко, едва ощутимо, провёл большим пальцем по скуле, спустился к подбородку. Итан закрыл глаза, и от этого прикосновения всё внутри вдруг отпустило. Как будто кто-то перерезал струну, которая была натянута до предела уже много лет.
– Дыши глубоко, – сказал Паркер. – Просто дыши, всё в порядке.
Итан выдохнул и вдохнул снова, а потом Паркер поцеловал его. На этот раз поцелуй был другим – не голодным, как в гостиной, а медленным, глубоким, как будто они никуда не торопились. Губы Паркера были тёплыми и мягкими, а руки скользнули по плечам Итана, по спине, притягивая ближе, но не давя. Итан отвечал, и с каждым движением губ, с каждым прикосновением пальцев страх уходил всё дальше, пока не исчез совсем.
Это было правильно. Так правильно, как ничто в его жизни до этого.
Они легли на кровать – Паркер потянул его за собой, и Итан оказался сверху, упираясь локтями в подушку по обе стороны от его головы. Паркер смотрел на него снизу вверх, и в его глазах не было ни страха, ни сомнения, только доверие. И желание.
– Медленно, – напомнил он. – Я скажу, если что-то будет не так.
Итан кивнул. Его руки дрожали, когда он стягивал с Паркера штаны. Дрожали, когда он потянулся за смазкой на тумбочке. Дрожали, когда он выдавил немного на пальцы и коснулся Паркера – сначала легко, почти невесомо, проверяя реакцию.
Паркер выдохнул и развёл ноги чуть шире.
– Хорошо, – сказал он. – Продолжай.
Итан продолжал медленно, осторожно, слушая дыхание Паркера, ловя каждое его движение. Один палец, потом второй. Паркер дышал ровно, но его глаза были закрыты, и Итан видел, как напрягаются мышцы на его животе, как он чуть выгибает спину, подстраиваясь.
– Ещё? – спросил Итан.
– Да. Медленно.
Третий палец. Паркер застонал тихо, низко, утробно, и этот звук отозвался в Итане волной жара, что прошла от груди до паха. Он никогда не слышал, чтобы Паркер издавал такие звуки. Всегда спокойный, сдержанный, почти невозмутимый, а теперь он лежал, запрокинув голову, и стонал от его прикосновений.
– Готов, – выдохнул Паркер. – Давай. Медленно.
Итан убрал пальцы, потянулся за презервативом. Руки всё ещё дрожали, но теперь не от страха – от возбуждения, от желания, от осознания того, что сейчас произойдёт. Он вошёл в Паркера, и мир остановился. Было жарко. Узко. Невероятно. Итан и не осознавал, как долго хотел этого, но сейчас знал точно.
Паркер выдохнул длинно, прерывисто, и его руки легли на бёдра Итана, сжимая, но не останавливая. Его глаза были закрыты, лицо сосредоточенное, но не напряжённое. Он дышал глубоко, и с каждым выдохом его тело чуть расслаблялось, принимая Итана глубже.
– Ты как? – спросил Итан хрипло, замирая.
– Хорошо, – голос Паркера прозвучал ниже обычного, с лёгкой хрипотцой. – Двигайся. Медленно.
Итан начал двигаться сначала совсем чуть-чуть, боясь причинить боль, но Паркер направил его – его руки скользнули по бёдрам Итана, задавая ритм глубже и увереннее. Его дыхание стало чаще, а стоны – громче. Итан смотрел на него и не мог оторваться. Паркер в постели был не таким, как в жизни – не спокойным, не сдержанным; он отдавался полностью: запрокидывал голову, выгибал спину, стонал, не сдерживаясь, и его пальцы то сжимались на бёдрах Итана, то скользили по его спине, притягивая ближе. Его глаза иногда открывались – тёмные, затуманенные, полные такого откровенного желания, что у Итана перехватывало дыхание.
– Ещё, – выдыхал он. – Да, вот так. Не останавливайся.
Итан не останавливался. Он двигался, подстраиваясь под ритм Паркера, ловя его стоны, его движения, его дыхание. Это было не как с Рэйчел. Не как с кем-либо до этого. Это было похоже на танец – немного неуклюжий, может быть, но искренний.
Паркер вдруг потянул его вниз, заставляя лечь на себя всем весом, и их губы встретились – поцелуй был сбивчивым, влажным, прерывистым, потому что ни один из них уже не мог дышать ровно. Итан чувствовал, как сердце Паркера колотится о его собственную грудь – быстро, сильно, в унисон с его собственным.
– Я близко, – выдохнул Паркер ему в губы. – А ты?
– Да, – Итан едва мог говорить. – Да, я тоже.
– Вместе. Давай.
Итан ускорился – уже не сдерживаясь, отдаваясь ритму, который вёл их обоих к краю. Паркер вскрикнул коротко, сдавленно, и его тело выгнулось под Итаном, сжимаясь вокруг него. Этого было достаточно. Итан рухнул следом с глухим стоном, уткнувшись лицом в изгиб шеи Паркера, чувствуя, как всё внутри взрывается.
Несколько секунд они лежали неподвижно, тяжело дыша. Паркер обнимал его крепко, обеими руками, прижимая к себе так, будто боялся, что Итан исчезнет. Его пальцы гладили спину Коула медленно, успокаивающе, почти как на массаже, но совсем иначе. Интимнее.
Итан чувствовал, как бьётся сердце – уже медленнее, ровнее. Чувствовал тепло тела Паркера, его запах – теперь смешанный с потом и чем-то ещё, чем-то, что было только их. Чувствовал его руки, которые всё ещё держали его, не отпуская.
– Ты в порядке? – спросил Паркер тихо, и его голос прозвучал хрипло, но мягко.
– Да, – выдохнул Итан. – Больше чем в порядке. Мне хорошо.
Он попытался приподняться, чтобы не давить всем весом, но Паркер не пустил, а обнял крепче, прижимая к себе.
– Полежи так ещё, – попросил он. – Минуту.
Итан послушался, обнял Паркера в ответ. Он лежал на нём, чувствуя, как их дыхание постепенно выравнивается, как расслабляются мышцы, как внутри разливается тёплое, тягучее спокойствие. Ему не хотелось двигаться, хотелось остаться в этом моменте навсегда.
Через несколько минут Паркер всё-таки отпустил его, и Итан скатился на бок, ложась рядом. Они лежали лицом друг к другу и смотрели в глаза.
– Это было... – начал Итан и осёкся.
– Да, – согласился Паркер. – Было.
Он потянулся и легко коснулся губами лба Итана – нежно, почти благоговейно. Итан закрыл глаза, чувствуя, как внутри что-то тает. Что-то, что он держал замороженным очень, очень долго.
Позже, когда они приняли душ (на этот раз вместе – Паркер просто взял его за руку и повёл за собой, и Итан не сопротивлялся), они вернулись в постель. Паркер принёс воду, они выпили по стакану, сидя бок о бок, прислонившись к изголовью. Мисо, который всё это время тактично спал в гостиной, пришёл и устроился в ногах кровати, довольно посапывая.
– Когда ты понял? – спросил Итан вдруг. – Что я тебе... не просто клиент.
Паркер задумался, глядя в полумрак.
– Не сразу, – сказал он. – Сначала это была просто забота. Ты выглядел так, будто вот-вот сломаешься, а я знал, каково это. Я не собирался сближаться, ничего такого не планировал. Но потом ты стал приходить, и я начал замечать тебя иначе.
– Когда?
– Трудно сказать точно. Может, когда ты рассказывал про бабушку и дедушку. Меня это подкупило, и захотелось узнать тебя лучше.
Он замолчал, потом добавил тише:
– Ты был таким открытым в своей боли. Не прятался, не делал вид, что всё в порядке. Я редко встречал людей, которые так честно говорят о том, что им тяжело. Наверное, с этого момента ты перестал быть просто клиентом.
Итан смотрел на него внимательно. Он не ожидал такого ответа.
– А ты? – спросил Паркер.
Итан задумался. Когда он понял? Не в курилке – там было только любопытство, первое прикосновение, которое зацепило, но не более, не так. Настоящее осознание пришло позже.
– Я точно не знаю, но пару недель назад я, кажется, стал признаваться себе в этом, – сказал он наконец. – Всё пришло постепенно, я постоянно думал о тебе, ждал очередной среды, просто чтобы снова оказаться с тобой рядом, не на работе. Мне хотелось говорить с тобой, слушать тебя. Я смотрел на твои руки, думал о твоих словах… А сегодня я испугался, что могу это потерять.
Паркер ничего не сказал, но его рука нашла руку Итана под одеялом и сжала.
– И всё-таки, что мы будем делать? – спросил Итан тихо. – На работе. Ты теперь мой начальник.
– Да, – сказал Паркер. – Это complicado, как говорят в моём любимом мексиканском ресторане.
Итан усмехнулся и просто повторил:
– Сложно…
– Я думал об этом... весь день думал, – Паркер вздохнул и убрал руку, переплёл пальцы на колене. – Если кто-то узнает, будет нехорошо. Для нас обоих. Будут болтать чушь, придумывать, что я делаю тебе поблажки. В общем, дерьма будет много, – Паркер повернулся к нему, и в его глазах была та самая спокойная серьёзность, за которой Итан теперь умел читать заботу.
– Значит, нужно держать в тайне, – сказал Итан. – На работе. Никто не должен знать.
– Да. Ты как к этому относишься?
Итан задумался. Тайна. Скрываться. Делать вид, что они просто коллеги, когда на самом деле... Он никогда не был в такой ситуации. С Рэйчел всё было просто – они встречались, все знали, никто не осуждал. А теперь...
– Мне не нравится, – сказал он честно. – Но я понимаю, почему это нужно. И я согласен.
Паркер кивнул, принимая:
– Это не навсегда. Просто пока не поймём, что делать дальше.
– Хорошо.
Они допили воду. Паркер забрал стаканы, отнёс на кухню, вернулся и выключил свет. В темноте он лёг позади Итана, обнял его поперёк груди, притягивая к себе, и уткнулся носом в его затылок. Его дыхание было тёплым, размеренным, успокаивающим.
Итан лежал, чувствуя спиной тепло его тела, его руку на своей груди, его ровное дыхание, и думал о том, что ему не хочется быть где-то ещё. Только здесь. Только так.
– Засыпай, – прошептал Паркер ему в затылок. – Завтра на работу.
Итан закрыл глаза и провалился в сон – глубокий, спокойный, без сновидений.
***
Утро наступило серое, но тёплое. Итан проснулся от того, что Мисо скрёбся в дверь спальни и тихо поскуливал. Паркера рядом не было, но из ванной слышался шум воды – он принимал душ. Итан потянулся, чувствуя, как приятно ноет тело, и сел на кровати. На тумбочке завибрировал телефон Паркера, кто-то звонил. Итан машинально скосил взгляд на экран. И замер. «Алекс». А потом высветились сообщения – видимые даже с заблокированного экрана, посыпались одно за другим: «Привет. Я в Бостоне на пару дней». «Может, увидимся?» «Соскучился». Итан смотрел на эти слова, и внутри что-то медленно холодело. Алекс. Бывший муж. Тот самый, с которым Паркер был в отношениях семь лет. Который ушёл, потому что Паркер был «слишком спокойным», «слишком скучным», «не хотел жить на полную». И вот он в Бостоне. Хочет увидеться. Соскучился. Вода в ванной стихла. Через минуту Паркер вышел с влажными волосами, в одном полотенце на бёдрах. Он улыбнулся Итану, подошёл к тумбочке, взял телефон. Итан смотрел на него, не в силах отвести взгляд. Паркер прочитал сообщение. Его лицо осталось спокойным – ни радости, ни волнения, ни вины. Он просто набрал что-то в ответ, коротко, и отложил телефон экраном вниз. Потом открыл шкаф, достал свежую рубашку, начал одеваться. Итан ждал, что Паркер скажет что-то, объяснит, спросит, видел ли он. Но Паркер молчал, просто собирался на работу, как будто ничего не произошло. Внутри у Итана что-то сжалось. Он ничего не сказал. Он просто ответил и отложил телефон. Как будто это не важно. Как будто я не должен знать. Или как будто... это не моё дело. Итан встал, молча прошёл в ванную и закрыл за собой дверь. Включил холодную воду, плеснул в лицо и посмотрел на своё отражение. Серые круги под глазами стали меньше за последний месяц, но всё ещё были там. Взгляд – уставший, встревоженный. Алекс был до него. Алекс был семь лет. Алекс был мужем. А Итан – кто? Парень, который приходит по средам? Которому сделали массаж, а потом случилось то, что случилось прошлой ночью? Паркер так и носит кольцо. До сих пор. Говорил, что по привычке. Но что, если не по привычке? Итан вытер лицо полотенцем и глубоко вдохнул. Что со мной не так? Нужно было выходить, одеваться, ехать на работу и делать вид, что всё в порядке. Что ничего между ними с Паркером не было. Он открыл дверь ванной. Паркер стоял у кухонной стойки, наливал кофе в две кружки, Мисо крутился у его ног, солнце пробивалось сквозь жалюзи, рисуя полоски на полу. Всё выглядело так... обычно. Так правильно. Кроме одного. Где-то в Бостоне был Алекс. И он хотел увидеться. Соскучился. А Паркер ничего не сказал.
